Отзывы на книги автора «Фердиа Леннон»

Искренне обожаю всю серию художественных ретеллингов мифологических сюжетов от издательства Corpus, потому и мимо романа «Славные подвиги» пройти не мог. Работа Фердиа Леннона хоть и не располагает греческим мифом, излагая его в новой оптике, но вышла не менее интригующей. Действие разворачивается в V в до н.э., когда в Пелопонесской войне наметился поворот, и афиняне начали раз за разом уступать сиракузянам. Тогда-то два гончара из Сиракуз решают устроить для местных театральное представление, актёрами которого станут пленённые афиняне (ведь только они могут цитировать «Медею» Еврипида).
«Славные подвиги» — это роман о дружбе, искусстве и его силе. Помимо изображения двух главных героев-гончаров Гелона и Лампона, один из которых движим горем и любовью к трудам Еврипида (искусство превыше войны), а другой — тщеславием и возможностью выделиться, Леннон добавляет в текст ещё одну основную фигуру, пленного афинянина Пахеса, который исполнит главные роли в постановке, чтобы спастись от верной смерти. Именно такой набор персонажей позволяет роману стать столь оригинальным: от главы к главе мировоззрение Гелона приобретает черты прогрессивных вольнодумцев будущего. Он одним из первых понимает, что война — лишь способ жизнеустройства древних государств, на смену победам Сиракуз придут новые, в данном случае захватнические набеги Карфагена, а люди в этих войнах являются лишь пешками в руках полководцев. Потому Гелон, влекомый собственной трагедией, спешит не только верить в чудесные странствия пропавших душ, но и в беспрекословную силу искусства, для которого нет границ государств и военных союзов, национальностей и пола.
Как и любой древнегреческий классический труд, «Славные подвиги» — это единение трагедии и комедии, и хотя представление (на этот раз трагическое) вышло на славу, ему на смену зрители захотели комедий, как бывает в любом жизненном цикле, театральном сезоне, временном отрезке государственности, периоде войны и мира. Финал с небольшим камео самого Еврипида кажется наиболее логичным и пророческим для такого романа, максимально в духе ретеллингов, объединённых издательством в одну серию.

После прочтения «Медеи» Еврипида просто нельзя было пропустить эту новинку, где герои ставят эту пьесу.

Комедия
Накидались как-то два сиракузских лоботряса неразбавленого винища и решили ставить Еврипида с пленными афинянами. На дворе пятый век до нашей эры, но проблемы у любителей театра, те же, что и спустя пару с половиной тысяч лет – где взять бабки. Нашли продюсера, в искусстве без этого никак. Но разве может режиссер обойтись без хитона небесного цвета, крокодиловых башмаков и новой стрижки? И всё бы хорошо, да только…

Трагедия
У Гелона умер сын и ему везде мерещится сбежавшая жена. Лампон – хромой от рождения, в свои тридцать лет до сих пор живет с матерью и влюблен в рабыню из кабака. Афиняне гниют заживо и голодают в карьерах, где вместо с товарищами давно похоронили и свои планы по захвату Сиракуз. Надсмотрщики лишь дубинками могут выразить свою боль от смерти близких в бессмысленной войне. И Медея сходит с ума от предательства Ясона, а собачка старика-музыканта никогда не дождется хозяина.

Горшок с оливками
Фердиа Леннон написал очаровательный роман. «Славные подвиги» не лишены дебютной рыхлости и некоторой... даже не знаю… излишней правильности? Но всё же, это очень приятная и хорошая книга.
Главные герои – нелепые, смешные, трогательные и жалкие неудачники. Они ссорятся и мирятся, клянут друг друга последними словами, бросают в трудную минуту, и все же приходят на помощь в минуту последнюю. Я как подросток цепляюсь за глупый вопрос: «А они хорошие или плохие?». Афиняне пришли на их землю с войной. Парни развлекаются тем, что ходят кормить пленных. Нет, не с любовью к людям, не с уважением к человеческой жизни идут они кормить афинян, но забавы рады. Затеяв постановку великого афинского драматурга Еврипида, друзья отбирают себе актеров, которых ждет вода, сыр, оливки, вино и зрелище того, как рядом умирают от жары и голода другие люди. Нет правильного ответа. Да, спасти жизнь одного человека – это больше, чем не спасти ни одной, но меньше, чем спасти пять, десять, сто.

Театр в карьере для пленных – пир во время чумы или животворящая сила искусства, озаряющая смыслом существование? Победители и побежденные на краткий миг стали просто зрителями, переживающими восторг и ужас из жизни легендарных персонажей. И это был миг единства. И искусство было больше войны. И он ничего не изменил в реальности. Так был ли в нем смысл? Стоило за него отдать жизнь? Нет правильного ответа.

Сюжет у «Славных подвигов» прост и нарочито надуман. Язык насмешливо и обаятельно современен. Мир поздней античности очень аутентичен – по запахам, звукам, эмоциям, поступкам – и в то же время забавным образом очень актуален и узнаваем.

Книгу хочется и рекомендовать, и обсуждать!

P.S.
И кто-нибудь, кто читал, расскажите, кем по вашему мнению был их таинственный продюсер? Последняя глава с камео Еврипида разбила мою версию.

P.P.S.
А еще, хочется отметить одну из самых трогательных сцен в романе – погребального костра, который герои вместе с детьми устроили для нескольких мертвых афинян.

P.P. P.S.
Ах, да, в книге много мата и это, на мой взгляд, абсолютно естественно и оправдано.

«…война окончена. Кто победил — не помню. Должно быть, греки: столько мертвецов вне дома бросить могут только греки» - примерно так мог бы начинаться дебютный роман «Славные подвиги» ирландца Фердиа Леннона, однако он выбрал для этой истории совсем другой регистр. Представьте: Средиземноморье, пятый век до нашей эры. Пелопонесская война между Аттикой и Спартой, растянувшаяся на три долгих десятилетия, обернулась для горделивых афинян, имевших значительное численное превосходство, постыдным и сокрушительным поражением под Сиракузами. Сотни кораблей сгинули в водах гавани, опытные и закаленные в боях воины взяты в плен и лишь немногим посчастливилось спастись бегством. Спустя два года жизнь на солнечном сицилийском побережье вернулась в прежнее русло, и о минувших битвах напоминают разве что искореженные, пробитые доспехи, которые еще можно отыскать в полях, да выбеленные кости, которыми играют в городки чумазые мальчишки, потерявшие кто – отца, кто – старшего брата. И, разумеется, каменоломни, где все это время томятся тысячи пленных афинян, давно растерявших воинственный дух. Теперь они скорее напоминают бестелесных стенающих обитателей царства мертвых: днем страдают от палящего зноя и жажды, а ночами стучат зубами от холода, медленно умирая от истощения и тоски по родине.
И вот сиракузскому гончару Гелону, который с детства бредит театром, приходит в голову безумная идея: отыскать среди пленных тех, кто помнит наизусть хотя бы несколько строф из «Медеи» Еврипида, сколотить из них труппу, а представление устроить здесь же, в известняковом карьере, который стал тюрьмой под открытым небом, как в амфитеатре. Актеры, готовые разыгрывать сцены за кусок хлеба, горсть оливок и глоток вина, находятся в мгновение ока, а в напарники он берет недотепу Лампона, который вызывает у сограждан насмешки не столько из-за физического увечья, сколько из-за бестолковости и невезучести. Появляется и некий таинственный меценат – богатый иноземный купец, в трюме корабля которого заточен плененный бог.
Разыгрывая отрывки из «Медеи» и «Троянок», сшитых в единое метамодернистское полотно, и обреченные пленники, и их гонители приподнимаются над землей, на миг забывая об обыденном ужасе окружающей действительности и кровоточащих ранах, телесных и душевных. То, что целительная сила искусства удерживает от полного отчаянья в темные времена – мысль, в общем-то, не то чтобы новая, но Лампон, на которого все давно уже махнули рукой, бесхитростный, необразованный и злой на язык Лампон, далекий от высоких материй, внезапно становится проводником другой истины. Мы не в силах исправить все несовершенство мира. Но даже одна-единственная спасенная жизнь – славный подвиг. Без всякого сарказма.

Довольно долго держался в стороне от этой книги. Всё из-за обложки. Она оформлена в том же стиле, что и незабвенные опусы Мадлен Миллер, которые я считаю эталоном псевдоантичной графомании. Вот поэтому меня на "Подвиги" и не тянуло — опасался, что в одну серию с Миллер этот роман попал не просто так.

Опасения оказались напрасными. К "Славным подвигам" можно относиться по-разному, но одно можно сказать наверняка — на творения Мадлен Миллер эта книга не похожа совершенно точно. Ни по сюжету, ни по тематике, ни по стилистике, ни по языку. Особенно по языку — если вы категорически не терпите книжек с матом, то прямо сейчас закрывайте рецензию и удаляйте "Подвиги" из вишлиста.

Действие романа разворачивается в V веке до н.э., во время Пелопоннесской войны. Никию и афинянам уже показали сиракузькину мать, теперь они пленники и томятся в сиракузских карьерах. Двое горожан время от времени подкармливают бедолаг, а потом им приходит в голову идея поставить с афинянами Еврипида — прямо в карьере. Идея мегастранная, ведь среди пленных солдат не то чтобы много завзятых театралов, да и обычные сиракузяне не настроены поощрять такие затеи — они бы вообще с удовольствием перебили вчерашних врагов, если бы не охрана. Но главные герои оказываются очень настойчивыми и кое-что в итоге получается. Пусть и не так, как они хотели. Сами прочитаете.

Несмотря на то что книжка совсем небольшая и написана в вольном стиле а-ля Мартин Макдонах, вопросы на ее страницах поднимаются серьезные и актуальные. Например, о том, как увидеть человека в заклятом враге, как простить непростительное и как искусство помогает в ситуациях, когда не помогает уже ничего. Отдельно подкупило отсутствие стопроцентного хэппи-энда, к которому поначалу как будто шло — авторская версия концовки оказалась куда глубже, чем если бы [СПОЙЛЕРЫ]. В общем, жизненная книга, события которой могли случиться где и когда угодно — недаром местами Леннон демонстративно бросается анахронизмами вроде "менеджер", намекая, что читателю не стоит слишком уж привязываться к Сиракузам и V веку до н.э.

Помимо увлекательного сюжета, симпатичного стиля, юмора и бриллиантовых диалогов неожиданно отмечу и познавательный аспект книги. Я, как и те самые пленные афиняне, не так уж много знал о Еврипиде и том, как функционировал античный театр, поэтому все эти хлопоты с репетициями, прогонами и заказом масок/костюмов показались весьма любопытными. Ну и в целом книга сильно мотивирует почитать Еврипида, что похвально.

5/5, отличное праздничное чтение. Но очень не рекомендую, если вас триггерит мат.