Отзывы на книги автора «Фазиль Искандер»

В детстве и юношестве я всегда почему-то мечтала стать учителем. Сначала воспитателем детского сада, потом учителем начальных классов, затем учителем русского и литературы и, наконец, преподавателем музыки по классу скрипки в музыкальной школе. Последнюю мечту я даже попыталась осуществить, но вовремя одумалась... В итоге - три моих закадычных подруги таки стали учителями, а я нет! И, собственно, ни сколько не жалею о сём, если не считать отсутствие филологического образования... Кошки иногда скребут на душе, и локоть немного дразнит своей недоступностью, но, как говориться, судьба... Руки мои проложили мне дорожку в жизни, ну а детская мечта... Её ещё не поздно немного приблизить, минуя преподавание, потому как я по натуре не учитель и не люблю обучать и контролировать других...

Однако, к чему я об этом? Рассказ этот об учителе. А тема, которая меня саму не раз интересовала - а как учителю держать дисциплину в классе? Учителя ведь по натуре и психике все разные. И степень их учёности не всегда равняется способности прививать знания, как и держать внимание учеников. А к этому ещё и примешиваются вредные детские натуры, ибо все знают, что дети - самые жестокие в мире люди. Развивающийся человеческий интеллект, который ещё не контролирует внутреннюю мораль - ядерная смесь, которая подчас дорого обходится многим вполне талантливым учителям.

Так вот, некий математик, Харлампий Диогенович, который, как и Пифагор, был грек по происхождению, выбрал себе, как приём удержания дисциплины в классе, которым несколько наказывал провинившихся учеников, всеобщее осмеяние. Нет, он не позорил свою жертву, он просто слегка подтрунивал над ней, якобы остроумной шуткой или сравнением с кем-либо, а весь класс при этом начинал смеяться. Что чувствовал при этом нашкодивший по умыслу или без умысла ученик? Стыд, конечно, который потом забыть было трудно, а значит урок по дисциплине усваивался однозначно. И вот воспоминания героя данного рассказа Искандера, которому математик приписал несуществующий тринадцатый подвиг Геракла :

Я, понятно, об этом нисколько не жалею, но мне хочется благодарно возвысить метод Харлампия Диогеновича. Смехом он, безусловно, закалял наши лукавые детские души и приучал нас относиться к собственной персоне с достаточным чувством юмора. По-моему, это вполне здоровое чувство, и любую попытку ставить его под сомнение я отвергаю решительно и навсегда.

Возможно, и хороший метод выбрал учитель, и многим он подошёл, в качестве некоего отрезвления, особенно в детстве. Ибо, как говорил Б. Окуджава - "Когда я кажусь себе гениальным, я иду мыть посуду".
Но... Я бы не стала применять этот метод со всеми подряд, потому как некоторых, особенно в детстве, можно и ранить до глубины души и не заслуженно даже, а вовсе не исправить их мелкие огрехи, потому что мы ведь все разные... Поэтому профессия учителя очень сложна и ответственна. Ведь, учитель не только даёт знания, но и в некотором смысле "лепит" наши души.

Вообще Чик заметил, что чем слабее умственно человек, тем меньше он чувствует оттенки. Оттенки — это лакомство умных, вот что заметил Чик.

Блистательный, яркие, густо окрашенные национальным колоритом, порой уморительно смешные рассказы Фазиля Искандера о Чике были и остаются читательским наслаждением. Современные, несмотря на то, что написаны в шестидесятые, а рассказывают о еще более ранних пятидесятых. Читать удовольствие, слушать аудиокнигой еще большая радость, а когда в исполнении Игоря Князева - чистый восторг

Сегодня их легко воспринять как оду счастливому советскому детству и удивиться, почему эту литературу не поднимают на знамя сторонники идеи о стране, которую мы потеряли. Потому же, почему в собственно советское время эта чудесная проза не только не стала хрестоматийной, но попросту обходилась вниманием: не издавалась и не переиздавалась, в отличие от гор идеологически выдержанного словесного шлака, не входила в число рекомендованной для внеклассного чтения. А если и входила, то достать и реально прочесть возможности все равно не было и массовый читатель познакомился с этими чудесными рассказами только в позднеперестроечный период.

Отчего так? Наверно оттого, что Искандер не лакировал действительность, а показывал жизнь такой, какая есть. Люди у него часто говорят одно, подразумевая совсем другое - а признание такого рода двоемыслия, хотя бы и относящегося к бытовой сфере, в Советском Союзе, где нормой были эзопов язык, чтение между строк и кухонная откровенность, было крайне нежелательно - признай за этим право на жизнь в одной сфере, ну как распространится крамола на остальные? Нет уж, пусть лучше эти рассказы останутся в серой зоне не выдающейся в библиотеках, и от того благополучно забываемой литературы.

Примерно в том же положении в Советском Союзе были книги Владислава Крапивина, в полном соответствии с пелевинским тезисом об элитном интеллектуальном потреблении, доступные лишь детям номенклатурных работников. Теперь можно всем, но уже как-бы не очень интересно, так? Не совсем так. Замещающих вариантов, на самом деле, хватает: сериалы, сети, компьютерные игры и музыка в наушниках. Однако уровнем возможности осмысления хорошая литература превосходит большинство альтернатив. А просто возможность выбрать, что тебе по вкусу, уже хороша.

Я переслушала вчера эти рассказы, которые прежде читала в разное время. В большинстве узнавая себя в детстве - по большому счету разница между книжным мальчиком и девочкой, для которых важно утвердить свой авторитет и в дворовой среде, не так велика. Чик именно такой герой, смышленый, крепкий, открывает для себя мир элитных радостей литературы, но не может позволить себе пребывать в статусе ботана. Да и не его это, природная бойкость, подвижность требуют познавать жизнь во всех ее проявлениях.

Характерное для полукровок и детей, воспитывавшихся не в традиционной семье умение усидеть на двух стульях. Странные, занятные, забавные логические построения, которыми оправдывает свои, не всегда безупречные с точки зрения общепринятой морали, проступки. Взаимодействие и способы нахождения общего языка с самыми разными людьми из своего окружения, все это так узнаваемо. Хотя допускаю, что изначально цельная натура, без этой внутренней раздвоенности воспримет Чика не с той безоговорочной приязнью.

Моим фаворитом был и остался рассказ "Защита Чика", вчера точно так же умирала со смеху над несчастным дядей и Акакием Закидоновичем, как в первый раз вот и теперь смеюсь.

"Кролики..." это не только ценный мех, но и 3-4 килограмма... диетического... легкоусвояемого... мяса текста (респект тем, кто помнит этот смехопанарамный прикол)! Повесть действительно легко читается и не оставляет тяжести ни в одном органе, а в глубине души (что у многих находится в глубине желудка) даже восхищает.

Баланс нужен во всём. И в природе, и в политике. Если кроликов станет слишком много, они пожрут всю растительность. Если слишком мало - оголодают удавы и начнут бросаться на людей. И т.д. Все мы знаем из биологии, что пищевые цепочки нарушать нельзя, вмешиваться в экосистемы опасно. В государственном устройстве то же самое: резкие перемены губительны. Для поддержания порядка требуется перманентная доза страха (=гипноза) и подчинения. Система попросту развалится без рабского менталитета братцев-кроликов.
Реформы Задумавшегося внесли сумятицу; удавы придумали новый способ порабощения - и всё встало на круги своя, все остались довольны. Из сложившейся ситуации следуют 2 взаимонеисключающихся вывода:
1) кролики ещё не готовы жить "правдой",
2) любой У.Смит пасует перед Большим Братом, т.е. бесполезно пытаться изменить систему.

Нельзя просто взять и исключить как понятие пиитет перед начальством, он же страх, он же гипноз - иначе наступит анархия. В каких бы добрых отношениях мы не состояли, мы немножечко побаиваемся своего начальника, далее опасаемся главы отдела и боимся министра. Но если даже мы перестанем их всех бояться, не обольщайтесь - нас начнут душить, на нас найдут управу. А если даже удушение мы ликвидируем, то они найдут какие-нибудь мягкие демократичные способы манипулиции, "гуманный отглот".
Например, наобещают с три короба, поманят Цветной Капустой, а когда мы клюнем на крючок и проголосуем, будет уже поздно. Я подумал даже, что Цветная Капуста (ЦК) это аллюзия на советскую действительность, на светлое будущее коммунизма, но наверное это общий символ пустых обещаний и обмана. Ложь, предательство, махинации это ведь обязательные атрибуты власть имущих.

А другая неотъемлимая часть многих полит.систем это "общественный договор". Вы нас глотаете (в умеренных количествах), а мы воруем овощи с огородов туземцев. Все мы слабые люди (животные), все мы хотим, как придворный Поэт, пристроить своих детей в тёплое местечко, хотим порадовать жену и желаем, чтобы в последний путь нас проводили с почестями. И пока сидит внутри эта мелкобуржуазная слабость, никакой революции не жди. Поэтому в следующий раз, когда будем хаять правительство, давайте разглядим брёвна-соринки у себя в глазах и вспомним сколько мелких подлостей мы сделали сами; написали ли мы поэму, или до сих пор сочиняем к ней бессловесные ритмы.

Предположим, что заветы Задумавшегося полностью воплотились в жизнь... Но ведь не случайно он замялся, когда ему задали вопрос "Что дальше?". Предложение самостоятельно выращивать овощи из его уст прозвучало неуверенно. Если даже представить такие кроличьи колхозы, где все работают на благо королевства, рано или поздно возникнет денежная система, в которой одни кролики вырастят отборную капусту и будут "рубить капусту" за счёт тех, у кого случился неурожай; а валюта как явление ещё никому не приносила всеобщего счастья и мира.

В это издание вошли также повести "Стоянка человека", "Созвездие козлотура" (моя рецензия) и рассказ "Широколобый". Это гуманистический рассказ о том, как буйвола везут на убой, а он вспоминает случаи из своей буйволиной жизни: его отношения с погонщиками, "адюльтеры" с буйволицами, соперничество с трактором Сонливый Крепыш, пастьбу на сочных альпийских лугах, попытки скотокрадства и т.д. Очевидно, что без убоя не быть котлете на вашем столе, но Широколобого всё равно жалко (в чём заслуга Искандера), тем более что тот уже почти спасся, убежав к морю, однако был пойман и убит. Отчего автора так занимала животная тема? В животноводческой Абхазии, видимо, такие персонажи сами просились на бумагу.

Интересно, что Фазиль Абдулович, написавший "Кроликов" в 1982-м году, с 89-го по 91-й года сам был депутатом в Верховном Совете СССР. Слыл ли он там Задумавшимся? Как бы то ни было, политика - не его дело, ему лучше подходит писать о ней (например, "Пиры Валтасара"), чем заниматься ею. Да и вообще, всё, о чём пишет Искандер, будь то политика, животные или люди, мне очень интересно; это его 2-я книга на моей полке и, наверняка, не последняя.

Иногда всего несколько страниц способны вернуть нас в прошлое — туда, где пахнет мелом, где сердце замирает перед кабинетом математики, а учитель кажется почти мифическим существом. Именно так действует рассказ Фазиля Искандера "Тринадцатый подвиг Геракла" — он не просто читается, он проживается. И пусть у вас не было такого учителя, как у героя, всё равно кажется, будто вы его знали. Или хотя бы мечтали о нём.

С первых строк ощущается школьная жизнь — не как декорация, а как живая ткань рассказа. Здесь и лёгкое волнение ученика, и характер учителя, и та самая неловкость, когда не готов, но надеешься на чудо. Всё это передано с такой точностью, что невольно улыбаешься: да, это было. Или могло быть.

Харлампий Диогенович — не просто персонаж, а целый мир. Он строг, но не злой, ироничен, но не жесток. Его методы — не из учебника педагогики, но они работают. Он не наказывает, он учит — иногда через смех, иногда через неожиданную развязку. И в этом — особая прелесть рассказа.

Искандер пишет так, будто рассказывает историю за чашкой чая. Легко, с юмором, без лишней серьёзности, но с глубоким пониманием человеческой природы.

Сюжет — прост, но не банален. В нём есть и попытка выкрутиться, и неожиданное решение, и тонкая мораль. Название — с иронией, но не с насмешкой. Это не подвиг в героическом смысле, а скорее урок — о честности, находчивости и умении смеяться над собой.

Остаётся светлое чувство. Хочется ещё таких историй — коротких, но насыщенных, с живыми героями и узнаваемыми ситуациями. Хочется перечитать, чтобы снова почувствовать ту самую школьную дрожь и тепло.

"Тринадцатый подвиг Геракла" — это не просто школьная зарисовка. Это рассказ о взрослении, о педагогике без нравоучений, о юморе как способе воспитания. Он напоминает, что даже в самых простых ситуациях можно найти глубину, а в строгом учителе — доброту. Искандер создал историю, которая остаётся с тобой — как воспоминание, как улыбка, как тихий урок.

Веселый рассказ из школьной жизни, написано легко и просто, я получила удовольствие, но…

Но есть некоторое сомнение в методике учителя. Впрочем, по порядку.
Начнем с того, что время действия – середина прошлого века. Война. Но наши герои далеко от фронта, маленькое село в Абхазии, да и сами они еще дети. И учитель математики, эксцентричный Харлампий Диогенович, умеющий управляться со школьниками с помощью одного нехитрого приема. Он прекрасно высмеивает их. Не орет, не ругается, не размахивает линейкой. Он поступает тоньше.

Главное оружие Харлампия Диогеновича — это делать человека смешным. Ученик, отступающий от школьных правил, — не лентяй, не лоботряс, не хулиган, а просто смешной человек. Вернее, не просто смешной, на это, пожалуй, многие согласились бы, но какой-то обидно смешной. Смешной, не понимающий, что он смешной, или догадывающийся об этом последним.
И когда учитель выставляет тебя смешным, сразу же распадается круговая порука учеников, и весь класс над тобой смеется. Все смеются против одного. Если над тобой смеется один человек, ты можешь еще как-нибудь с этим справиться. Но невозможно пересмеять весь класс. И если уж ты оказался смешным, хотелось во что бы то ни стало доказать, что ты хоть и смешной, но не такой уж окончательно смехотворный.

Не то, чтобы это был утонченный изысканный юмор. Все просто, но для пятиклассников достаточно. И видимо дело все же не в высмеивании, а вот в этом противостоянии – с одной стороны высмеянный хулиган, с другой – все остальные. И никто не становится на защиту высмеиваемого, потому что он и правда неправ, а слова учителя и правда смешные. Так что все верно. И в то же время что-то тут не так. Не буду говорить, что «хрупкая психика ребенка страдает от насмешек», и тем более не использую модное слово «буллинг», оставим эти рассуждения современным психологессам, но тем не менее что-то смущает в этом методе. Правда крепкая здоровая нормальная психика героя рассказа воспринимает все как должное – не выучил, хотел схитрить – не вышло. Тогда расплачивайся, все честно и справедливо. Может быть дети со своей простой незаумной логикой были все же здоровее взрослых, склонных перемудрить?

Мне кажется, что Древний Рим погиб оттого, что его императоры в своей бронзовой спеси перестали замечать, что они смешны. Обзаведись они вовремя шутами (надо хотя бы от дурака слышать правду), может быть, им удалось бы продержаться еще некоторое время. А так они надеялись, что в случае чего гуси спасут Рим. Но нагрянули варвары и уничтожили Древний Рим вместе с его императорами и гусями.
Я, понятно, об этом нисколько не жалею, но мне хочется благодарно возвысить метод Харлампия Диогеновича. Смехом он, безусловно, закалял наши лукавые детские души и приучал нас относиться к собственной персоне с достаточным чувством юмора. По-моему, это вполне здоровое чувство, и любую попытку ставить его под сомнение я отвергаю решительно и навсегда.

А еще любопытные реалии того времени – оказывается прививку от тифа делали просто во время урока – приходил доктор с сестрой и всем ребятам подряд делали укол. Никаких разрешений от родителей и медотводов. Надо – значит надо. А стало плохо – нюхни нашатыря.
Кстати, а при чем тут тринадцатый подвиг Геракла? А так учитель назвал хитрый план нашего героя, заманившего доктора делать прививку классу вне очереди. Ибо по плану сначала – пятый «А», но « наш класс был почти пятый «А», потому что он был пятый «Б» »

PS известно, что 13-м подвигом Геракла, переглядываясь, называют совсем другое свершение, но это же детский рассказ…

Книги Фазиля Искандера для меня всегда особые - в них кроме слов и предложений есть еще жаркое солнце, море, многоголосых хор южных народов, наивный и возвышенный взгляд на мир и много-много любви к своей родине. Один из любимых персонажей Искандера - Чик, мальчишка в возрасте между ребенком и подростком. В нем воплощены лучшие черты земляков писателя, зачастую взаимоисключающие - наивность и мудрость, честность и хитрость, щедрость и "хозяйственность". Остраненность, достигаемая за счет того, что читатель видит окружающий героев мир глазами Чика, действует на меня просто обезоруживающе. А ненавязчивая и очень уместная философская рефлексия, стремительно сменяющая стиль плутовского романа, проникает в самое сердце.
Тринадцатый подвиг Геракла - это сборник рассказов о Чике, восемь историй, каждая из которых - жемчужина. Сложно сказать, какой у меня самый любимый. Может быть Страшная месть Чика, который начинается с любви, продолжается унижением и завершается прощением. А может быть Возмездие, который начинается унижением, продолжается жаждой мести и заканчивается унижением. Но, скорее всего, это Подвиг Чика, который начинается с любви, продолжается любовью и завершается победой.
Честное слово, такие вот произведения и есть настоящие духовные скрепы.

Чудесная, теплая, смешная, милая, солнечная книга о детстве абхазского мальчика по имени Чик. Книга включает в себя несколько повестей о разных приключениях Чика и его друзей.

Чика нельзя не полюбить. Нельзя не умилиться им, его мыслями, фантазиями. Его наивностью и одновременно невероятной проницательностью. Особенно в отношении взрослых.

Несмотря на немного кавказский колорит, книга доказывает, что у детства нет языка и национальности. Уверена, что многие чувства, размышления, игры и развлечения будут знакомы всем читателям. Тем более, если вы - мальчик.

Мне очень понравилось абхазское детство, полное фруктов, которые можно есть прямо с ветки, винограда, который растет прямо среди фруктовых деревьев, природы, солнца. Мне понравилось, что детство Чика не безоблачно, а он сталкивается и с жестокостью, и с преступностью, и с предательством. Главное, что он делает из всего этого правильные выводы. Мне понравился сумасшедший дядя Чика - дядя Коля.

Через счастливое и беззаботное детство Чика проглядывает и жестокая сторона сталинского режима. Вскользь, мимоходом, но Чик чувствует, что творится что-то неладное: папа соседской девочки Ники был задержан (сама Ника думает, что он в командировке), а далее по тексту намек на то, что дядя и отец самого Чика тоже больше не вернётся... И впереди война с фашистами... Но это все потом.

А сейчас: футбол, охота с собакой Белочкой, подглядывание за лунатиком, поиск шпионов и вредителей, и изготовление жвачки из сосновой смолы.

Рекомендую всем, кто хочет почитать лёгкую, теплую книгу о том, что знакомо всем и каждому.

P.S. Книга есть также в изданиях для детей, с иллюстрациями.

Живут в пампасах кролики и удавы. Кролики воруют капусту с огородов туземцев, удавы гипнотизируют кроликов и глотают. И так было установлено обычаями и было веками. Единственный способ борьбы кроликов с удавами – это "размножение с опережением", ведь чем больше кроликов, тем меньше шансов у каждого кролика встретить своего удава. Но однажды кролик по имени Задумавшийся понял, что "их гипноз – это наш страх" и рассказал об этом другим кроликам. И тут началось…

Конечно, книга не про животных, а про людей, про власть и предательство, боязнь перемен даже к лучшему, особенно если они требуют усилий. Книга одновременно смешная и грустная, развлекательная и философская, местами ее можно разбирать на цитаты.
"Удав, из которого говорит кролик, это не тот удав, который нам нужен".
"- А каким образом, - продолжал Король, - вы добываете эти продукты?
- Воруем, - сокрушенно отвечали кролики, - разве вы не знали?
- Ну, это сказано слишком резко, - поправил Король, - правильней сказать - отбираете излишки... Ведь вы туземцам кое-что оставляете?"

Рекомендую книгу читать, а не слушать, как делала я – уж слишком трагичен и назидателен был в некоторые моменты голос чтеца, чем немного смазал хорошее впечатление от книги.

Это было восхитительно! Конечно, после сатирической, но душевной повести «Созвездие козлотура» априори настраиваешься на что-то столь же приятное, но в итоге получаешь даже больше, чем ожидаешь. Философская сказка «Кролики и удавы» оказалась такой пленительно завораживающей и поглотилась, что тот кролик, легко, вкусно и сытно.

На деле сказка представляет собой пародию на общество. Их тут целых два: одно олицетворяют кролики, второе являют собой удавы. И там, и там жёсткий диктат, который помогает поддерживать баланс сил в извечной борьбе данных социумов. Порядок в звериных государствах зиждется на страхе и на соответствующей идеологии. Вот, например, кролики. В их государстве считается, что только при помощи надежды (Цветная Капуста) и страха (удавы) можно разумно управлять жизнью кроликов, а потому мудрый Король

лично, вместе со своими придворными помощниками, определял, какое количество страха и осторожности должны испытывать кролики перед удавами в зависимости от времени года, состояния атмосферы в джунглях и многих других причин.

Простенько и продуктивно. Внутри общества наблюдается слепое поклонение власти со всеми вытекающими последствиями: предательство, доносы, тупость, инертность. Цветная капуста – та самая морковка, коей машут перед носом населения для обозначения цели жизни. Удавы – угроза извне. Отсюда выведена стратегия выживания кроликов: «Размножаться с опережением - вот наше оружие!» И они размножаются, ибо это их единственный способ остаться в живых в неравном общении с удавами. Последние же, управляемые старым Великим Питоном, тоже в свою очередь стимулируются страхом. За малейший проступок бедолаг ссылают чёрти куда без права переписки.

Но вот однажды этот баланс сил нарушается. Среди кроличьей братии находится индивидуум, который рушит установленный раз и навсегда порядок. Он смеет кинуть вызов обоим обществам.

...их гипноз — это наш страх. А наш страх — это их гипноз.

Но смогут ли кролики воспользоваться появившейся надеждой на иную жизнь? Смогут ли удавы противопоставить что-нибудь этой революционной идее? В принципе развитие событий и конец угадываются сами собой, но читать от этого становится только увлекательнее. Искандер находит такую форму повествования, такие обороты и слова, и всё это с чарующей иронией и добротой, что весь ужас происходящего как-то сглаживается и не даёт скатиться в депрессию. Вот для наглядности сценка одного лирического отступления:

Интересно отметить, что среди Допущенных к Столу сидели несколько охранников. Под видом Допущенных к Столу они следили за разговорами Допущенных к Столу, чтобы вовремя обнаружить следы заговора или просто отклонений от королевской линии, которые впоследствии могли бы привести к заговору.
Но так как они, хотя и сидели под видом Допущенных, на самом деле не были Допущенными, им по инструкции полагалось меньше налегать на особенно ценные продукты, каковыми считались капуста, горох и фасоль. Но так как Допущенные к Столу знали, что среди них есть охранники, сидящие под видом Допущенных, а также знали, что охранникам не положено есть по норме Допущенных, они следили за тем, как едят остальные Допущенные, и в то же время сами старались есть как можно больше, чтобы их не приняли, как говорится в кроличьем просторечии, за шпионов. Но так как те, кого в кроличьем просторечии именовали шпионами, знали, что, если они будут скромничать за столом, остальные обнаружат их истинные застольные функции, они, стараясь замаскироваться, ели как можно больше, что соответствовало их личным склонностям.
Таким образом получалось, что за королевским столом все ели с огромным патриотическим аппетитом.

Потрясающая книжка!

Море,солнце,горы,фрукты и друзья-что еще нужно для счастливого детства?...
Все это и не только, есть в замечательной книге Фазиля Абдуловича "Детство Чика"!!! Вместе с юным героем автор отправляет нас и в поход за мастикой,для добычи натуральной жвачки,по пути Чик с друзьями лакомится разнообразными фруктами; и на море,где можно искупаться и порыбачить;в горы к родственникам; Чик познает окружающий мир и делает массу открытий,примечает то,что не видят даже взрослые,успевает задуматься о вечности!
Книга знакомит читателя с традициями народов гор! Как же здорово иметь тетушку или бабушку на Кавказе,уж они то не допустят того,чтобы их подопечный похудел! А названия блюд и приправ кавказской кухни-просто песня,которая ласкает слух,не говоря уже о желудке: лобио,сациви,хмели-сунели,мацони,чурчхела-пальчики оближешь...
Прекрасная,яркая,местами довольно горячая книга,которая позволяет окунуться с головой в теплое и столь дорогое всем людям детство!
Большое спасибо автору за его замечательное,трогательное и искрометное творение!)