ПРОЛОГ: "КОШМАР ПЕРВОГО ЧАСА"

Кейра проснулась не от звука. Звука не было – только глубокий, первобытный гул, который прошёл сквозь стены её квартиры, сквозь кости, сквозь тело, словно планета вздохнула и издала последний, смертельный стон.

Её глаза открылись в темноте. 3:47 утра, показывали встроенные линзы на её сетчатке – голографический дисплей, имплант, оставшийся со времён её службы в корпоративной безопасности. Старая привычка: даже во сне она отслеживала время. На Марсе время было – одна из немногих вещей, которые ещё работали как надо.

Второй толчок.

На этот раз она почувствовала не только гул, но и движение. Весь город дрожал. Книги со стеллажа упали на пол, издав тихий, почти извиняющийся звук. Ночной светильник на полке закачался, его тень танцевала на стене, как живое существо.

Кейра сидела на кровати, не двигаясь. Ждала. Её тело знало, что это не простое землетрясение – на Марсе их не было уже 200 лет. Атмосфера восстановлена, тектоническая активность стабилизирована, планета приручена. Это был канон, на котором строилось всё на марсианских колониях: Марс безопасен. Марс дом.

Третий толчок был мощнее. Спектакулярнее.

Кейра встала, обнажённая, и прошла к окну. Её мышцы помнили каждое движение из 15 лет корпоративной службы – смертельная грация, которую невозможно разучить. За окном раскинулся Аресополь, столица Красной Планеты.

Город спал под двойным луком земного серпа Луны и луны Марса – Фобоса. Неоновые рекламы корпораций мигали неживым светом: логотипы HELIX Industries, Prometheus Corp, Nova Technologies. Небоскрёбы тысячелетия – стеклянные иглы, пронзившие марсианское небо. Это была красота холодная, отточенная, как лезвие ножа.

Потом небо загорелось.

Это началось с белой вспышки на горизонте, в сотне километров к юго-западу, там, где под землёй, глубоко, в защищённых бункерах, располагались главные штаб-квартиры корпораций. Святая святых. Места, куда рядовой человек не мог попасть под угрозой смерти.

Белая вспышка превратилась в красную.

Потом в чёрную.

Кейра видела ядерные взрывы только в исторических видеозаписях. Она знала о них теоретически, как дети знают о динозаврах – древние, вымершие, невозможные в современном мире. Но это… это было совсем другое.

Ударная волна достигла Аресополя примерно за две минуты.

Волна энергии прошла через город, как невидимая рука, которая сжала его, встряхнула и отпустила. Окна квартиры Кейры треснули с громким, звенящим звуком, паутина трещин разбежалась по стеклу. Осколки посыпались на пол и на её ноги. Её кожа покрылась кровью из десятка мелких ранок. Она не почувствовала боли.

Сирены. Везде сирены. На Марсе сирены означали только одно: эвакуацию или смерть. Обычно это происходило одновременно.

Кейра прошла на балкон, несмотря на острый ветер, хлещущий её обнажённое тело. Город горел. Небоскрёбы Аресополя наклонились, как деревья перед бурей. Самый высокий – башня HELIX Industries, которая была видна отовсюду – просто развалился, его верхние этажи упали на улицы внизу. Осколки летали в воздухе, светились во вспышке взрыва, как смертельные насекомые.

Вторая вспышка.

Третья.

Четвёртая.

За три минуты небо над Аресополем превратилось в картину ада. Радиоактивные облака поднимались в небо, их формы напоминали кулак, поднятый в угрозе. Облака были оранжевыми, как восход солнца, но неправильного, противоестественного оранжева. Небо над Марсом пожелтело. Потом покрасилось в жёлтый, потом в оранжевый, потом в коричневый.

Кейра слышала звуки – рев взрывов, хруст тысячи зданий, которые рушились, крики людей где-то внизу, в улицах. Но эти звуки казались ей нереальными, как звуки из какого-то кошмара, который она видит со стороны.

Её боевой компьютер в затылке – старый корпоративный имплант – начал вибрировать. Сигнал тревоги. Затем ещё один. И ещё.

Голос в её голове – синтетический, бесцветный, но всё ещё полезный:

"Обнаружена критическая активация в зонах подземных хранилищ HELIX, Prometheus, Nova, Titan Energy и Persepolis Mining. Система здравоохранения отключена. Система безопасности скомпрометирована. Система распределения продовольствия отключена. Вероятность выживания при текущих условиях: 12%."

Двенадцать процентов. Неплохо.

Кейра прошла в ванную комнату, посмотрела на себя в зеркало. Её серые глаза смотрели на неё с холодной, безучастной отстранённостью. Шрамы на щеке и над левым глазом – их она получила двадцать лет назад, когда спасала конвой с корпоративной документацией. Никакой признательности от компании. Только увольнение через три года, когда её нервы сломались.

Теперь это уже не имело значения.

Она оделась быстро: чёрный комбинезон, тяжёлые ботинки, куртка с защитой от радиации. Дома у неё было всё, потому что трещины у неё в башке обучили её одному: выживание начинается с подготовки. Радиопередатчик, компас, таблетки от радиации, два ножа, старое оружие – пистолет, который она притащила со своего рабочего места. Боеприпасы. Немного кредитов в криптовалюте, залитой в специальный кристалл.

Окна продолжали трещать. Гул был постоянным теперь, как гул умирающей машины.

Кейра открыла дверь и выбежала в коридор многоквартирного дома.

Здесь была хаотическая нереальность. Соседи вывалили на улицы в панике. Люди кричали, плакали, требовали объяснений у голосовых систем зданий, которые уже были мертвы. Старик в соседней квартире сидел на полу, оплакивая свою внучку, которую он потерял – или думал, что потерял – среди хаоса. Молодая женщина пыталась протащить чемодан, битком набитый вещами, но волок его, как живой труп.

Кейра прошла мимо них, не останавливаясь. Жестокость? Может быть. Но она знала одно: помощь другим означала её собственную смерть. Эгоизм выживания был единственной философией, которая работала на Марсе.

Лестница. Четыре этажа вниз. Её квартира была на 47-м этаже, что означало лучший вид и лучшую способность выжить при коллапсе – основное верование аристократии выживания.

На втором этаже она услышала звук, который заставил её остановиться.

Чей-то голос, рваный, сломанный:

"Кейра? Кейра Альванс?"

Она обернулась. В полусогнутой позе, прислонившись к стене, сидел человек в тяжелой защитной куртке, с зелёным логотипом HELIX на груди. Его лицо было почти неузнаваемо – одна сторона покрыта ожогами, волосы обуглены, глаз левого был закрыт опухшей плотью. Но его голос… она знала этот голос.

Викрам.

Её боевой товарищ из 15-летней давности. Парень, который спасил ей жизнь дважды. Парень, который пропал без вести пять лет назад, когда произошёл скандал с беглецом на Луне и корпорация искала козла отпущения.

"Викрам?" Она подошла к нему, присела на корточки. Его тело дрожало. На его куртке были пятна крови, но это была не его кровь, или не только его. "Что с тобой произошло?"

"Я был… я был внизу," прошептал он, его голос едва слышен. "В хранилище данных уровня 9. Я был там, когда они…" Его голос сломался. "Кейра, это не взрыв. Это не естественный взрыв."

"Что ты имеешь в виду?"

"Это инженерная работа. Это… это спланировано. Они все знали. Они все знали, что это произойдет." Его рука схватила её запястье, его хват был слабым, как хват умирающего животного. "Найди Гарета Тэнна."

"Кого?"

"Гарет Тэнн. Он…" Викрам кашлянул, его рвало кровью. "Он был одним из первых. Он помнит. Найди его. Расскажи ему, что я сказал тебе. Скажи ему… скажи ему, что Проект Призрак активирован. Скажи, что они открыли…"

Кейра ждала, но больше слов не пришло. Викрам перестал дышать. Его рука упала, её запястье освободилось от его хватки. Его глаз, оставшийся открытым, смотрел в пустоту, в ничто.

Кейра остановилась. Она знала, что должна сделать – встать, уйти, выжить. Но её тело не слушалось. Она сидела в полусогнутой позе рядом с трупом своего старого товарища, и слушала, как город рушится вокруг неё, и чувствовала, как холодная марсианская смерть крадётся в улицах, распространяясь, как чёрное чернило в воде.

Гарет Тэнн.

Проект Призрак.

Слова зависли в её памяти, как осколки стекла в воздухе после взрыва.

Новая волна толчков прошла через здание. Потолок третьего этажа обрушился, осыпаясь частицами бетона. Кейра инстинктивно накрыла голову и бросилась вниз, прыгнув через разломы в лестнице.

Первый этаж. Выход.

Двери жилого комплекса не открывались – электричество было отключено. Кейра пробила стекло своим локтем, перелезла через острые края и выбежала на улицу.

Аресополь был в состоянии полного коллапса.

Небо было не голубым, не красным, а грязно-коричневым. Радиация уже была в воздухе, она могла почти почувствовать её, как холодное дыхание невидимого хищника. На улицах был хаос – люди бегали туда-сюда без определённой цели, машины столкнулись в пробках, и их водители уже давно забыли, как ездить. Где-то горело. Где-то падали здания.

Кейра включила защитное поле вокруг себя – жужжание энергии, едва слышное, но достаточное, чтобы защитить её от радиации. Батарея была рассчитана на 48 часов. После этого она будет мёртва, если не найдёт способ зарядить её.

Двадцать процентов шанса на выживание. Или двенадцать. Числа размывались.

Кейра начала идти в сторону центра города, в сторону памятника, где встречались две главные артерии Аресополя. Может быть, там будет информация. Может быть, там будут ответы. Может быть, там будет Гарет Тэнн.

Над ней небо горело.