Глава 1

Веки казались свинцовыми, да и все тело как будто застряло в желе. Видимо, это последствия переломов. Раньше у меня их не было, но все когда-то бывает в первый раз. А уж если попадаешь под электричку, то радуйся тому, что ты выжила.

Не открывая глаз, я попыталась пошевелить сначала пальцами ног, потом рук, давалось это тяжело, но препятствий не было. Странно, может я долго пролежала в коме и все уже срослось.

Через веки пробивался совсем слабый отсвет. Открыв глаза с немалым усилием, я смогла сфокусировать взгляд на балдахине. В больничной палате не место балдахину. Повернув голову вправо, я увидела скрюченную фигуру, спящую в кресле, а рядом на столике кучу склянок и мерцающий язычок свечи, который вскоре готов быть потухнуть.

Ничего не понятно. Я вновь закрыла глаза и попыталась воспроизвести в памяти события сегодняшнего дня.

Я помню, как встала в пять утра, сварила себе рисовую кашу, ополоснулась и закинула в рюкзак все необходимое. Сначала побежала на маршрутку, потом на электричку, не дай бог не успеть, следующая будет только через час, и тогда я опоздаю на лекцию на целых десять минут. А с нашими принципиальными преподавателями ничего не объяснишь. Не успел вовремя – считай, тебя и не было. И ладно бы только пропуск, который пришлось бы отработать дополнительным рефератом. Ведь и из аудитории выставят, не дав ничего законспектировать.

Я отучилась всего один семестр и пару месяцев, но четко усвоила все реалии жизни студента бюджетника из области. Будь ты хоть семи пядей во лбу, гением от природы, никому до этого нет никакого дела. Не хочешь вылететь, крутись. Никто не будет принимать во внимание никакие обстоятельства. Ответ один: «Много вас таких, чтобы входить в ваше положение. Это вам не школа, за вами никто бегать не будет. Вам надо – вы и бегайте». С одной стороны все правильно, хочешь учиться, учись. А с другой стороны, что такого в том, чтобы опоздавший немного студент сел тихонечко на заднюю парту и записал лекцию? Впрочем, я отвлеклась…

Я успела купить билет и влетела на платформу в тот самый момент, когда нос электрички подходил к ее краю. Чего не ожидала, так это ледовой дорожки. Еще и маятниковая дверь, как назло, поддала мне сзади пинка, и покатилась я по льду прямиком к железнодорожному пути. Толпа, которую обычно и ломом не разгонишь, неожиданно расступилась, и последнее, что я помню – это ощущение падения и все…

Теперь я тут, не знаю где, под балдахином, в темной комнате. Я тяжело вздохнула и натужно закашлялась.

– Госпожа, вы очнулись! Сейчас, сейчас… – нечто подпрыгнувшее из кресла оказалось нескладной худенькой девочкой-подростком. Она попыталась поднять меня и подложить подушки под спину, но ей это с трудом удавалось. Я и сама пыталась привстать, но это оказалось непосильной задачей. Мое тело еле двигалось, как будто все суставы закрепили на заржавевших шарнирах.

– Включите, пожалуйста, свет, – произнесла я хриплым голосом. Что за напасть? Голос звучал так, словно я слегла с тяжелой ангиной.

– Свет? Ах, свет, – девчонка скрылась в темноте, и я услышала щелчок выключателя. Комната сразу обрела очертания. Я полулежала на кровати поистине царских размеров. Шелковое белье фиолетового цвета резало мне глаза, но сиреневый балдахин немного смягчал общий вид. Несколько зашторенных окон, огромный шкаф, резное трюмо с зеркалом. У стены ютились кресло и столик, откуда-то принесенные и не вписывающиеся в общую картину спальни.

Под потолком висела люстра, или, скорее, какое-то кристаллическое изваяние в форме лотоса, испускающее мягкое, розоватое сияние.

– Госпожа, я сейчас же отправлю за доктором! – девочка застыла на пороге, словно ожидая моего позволения. Я едва заметно махнула рукой. Она убежала, а вот я замерла.

Моя рука была вся сморщенная, как изюм, тонкая и сухая кожа напоминала пергамент и выглядела ужасно.

Как? Как такое возможно? Я, Петрова Мария Аркадьевна, совсем недавно отпраздновавшая свое восемнадцатилетие… Это не может быть моей рукой!

Я ощупала лицо и почувствовала морщины, словно глубокие борозды, испещрившие его.

Это сон… Это кошмарный сон!

Я читала книги фэнтези. Попаданки, магия, молодость и сила, шикарные мужчины… А это что?! Не знаю, сколько времени я провела в таком оцепенении. В голове была звенящая, пугающая пустота, из которой меня вывел голос вошедшего врача.

– Здравствуйте, мистрес Эдельвейз. Мы уже отчаялись, – он сделал, многозначительную паузу, – но ваша искра сохраняет вас.

Искра? Возможно, магия. Это, конечно, хорошая новость, но она не перекрывает того, что я теперь старее египетских пирамид.

– Могу ли я приступить к осмотру?

Я кивнула и предпочла помалкивать. Молчание это золото и так далее по списку… Главное – постараться понять, что вообще происходит. Это реальность или бред отбитой рельсами головы.

В комнату зашли две женщины. На вид крепкие, с толстыми косами, перекинутыми через плечи, глаза горят. Они проворно подхватили меня под руки и поставили на ноги.

Перед глазами заплясали темные мушки, голова стала непомерно тяжелой, тело словно магнитом притягивалось к полу, но женщины крепко держали меня и не позволили позорно рухнуть.

И вот это моя сказка? Может, меня заколдовала злая мачеха, и как только я встречу своего принца, то превращусь обратно в молодую девушку?!

Но врач безжалостно развеял все мои робкие надежды:

– Для ста двадцати лет с такой слабой искрой вы неплохо держитесь. Ничего, я оставлю Вам лечебных настоек, от болезни и следов не останется. – Врач водил напротив меня каким-то кристаллом, защелкнул у меня на запястье браслет, и на тонкой пластине, которую он рассматривал, появились непонятные символы и ЭКГ….

Странно было бы ее не узнать, ведь, учась на первом курсе медицинского университета, я видела эту кривую по пять дней в неделю. Похоже браслет и кристалл аналоги нашей техники, но более продвинутые, так как помимо ЭКГ на пластине светились еще данные, но язык казался незнакомым.

Все, конечно, очень интересно, но сто двадцать лет? Как я еще не развалилась, хотя по ощущениям близка к этому. То, что я попала в альтернативную реальность, сомнений не оставалось. В моем распоряжении – немощное тело старухи со слабой искрой, вокруг меня суетятся слуги, но нет ни одного родственника, которого бы волновала моя судьба. Мне не от кого ждать помощи, а дни мои, похоже, сочтены. Кажется, скоро шок сменится истерикой.

Закончив все манипуляции, врач ушел, оставив на столике мензурки с настойками. Женщины бережно усадили меня обратно на кровать и замерли у двери, склонив головы. Неужели они собираются постоянно меня сторожить?

– Выйдите, пожалуйста, – произнесла я скрипучим голосом. Мне не хотелось признавать действительность происходящего и только это не давало мне впасть в крайность. Пока я пыталась переварить все свалившееся на меня, за шкафом заметила еще одну дверь и очень надеялась, что это именно то, о чем я подумала. Не хотелось бы мне пользоваться ночными горшками. Если есть свет и даже какие-то кристаллические медицинские устройства, то и до обыденных удобств должны были дойти в этом мире.

Самостоятельно встать с кровати оказалось трудно. Держась за стойку кровати, я кое-как спустила свои новые ноги на пол и медленно меняла положение, помня о мушках перед глазами. Старушка слаба, не хватало еще получить какой-нибудь удар и лежать овощем. Нет уж, может это тело и дряхлое, но на своих двоих ходит, что уже приятно. Держась за кровать, я шаркающей походкой обошла ее по кругу и, когда почувствовала, что могу более-менее сносно передвигаться без опоры, то осторожно двинулась к двери. Надо бы заказать себе какую-нибудь трость для передвижения. В книгах старые леди обычно имеют такие, и, желательно, с увесистым набалдашником, чтобы в случае чего было чем за себя заступиться. С этим мыслями я открыла дверь и возрадовалась. Это оказалась ванная комната с небольшим мраморным бассейном, встроенным прямо в пол. У одной из стен я приметила небольшой тропический душ, а также несколько ручек на стене и на полу рядом с бассейном. Это все конечно замечательно, но не хватало самого главного… Не могла же пройти цивилизация мимо "белого друга"? Я решила осмотреться получше, двигаясь по стеночке. Все было выполнено в черно-белом цвете. Одна из стен была полностью зеркальной, но я старательно игнорировала ее, не желая смотреть на свое отражение. Не готова моя психика к такому. По бокам от зеркал стояли два белых шкафа, стены и потолок то ли имитировали мрамор, то ли были выполнены из него. Обилие слуг, личный врач, мраморная ванная комната… Да я богата! Хоть какой-то плюс во всем этом кошмаре. Ни молодости, ни здоровья, ни сильной магии, но деньги – это тоже неплохо. Нащупав рукой какую-то выемку в стене, на которую опиралась, я потянула ее посильнее и стена сдвинулась. То, что я увидела, скорее, напоминало трон, здесь даже имелось что-то типа подушечки для сидения на нем. Все-таки да, сидеть на холодном камне не хотелось. С потолка свисала тонкая ниточка с хрустальным шариком на конце. «Дерни за веревочку и….». Нет, продолжение не из сказки. А жизнь-то потихоньку налаживается!

Со всем этим осмотром я чувствовала, как силы меня покидают, и обратно в кровать уже практически ползла. Последнее, что помнила, – это то, как моя голова коснулась мягкой подушки.