От автора

Здрав

Начало

Дорога в родной Алексеевск была для меня самым тяжелым испытанием за последнее время.

— Нельзя работать без выходных, Иван, — я сидел в кабинете у своего куратора, Грачева Дмитрия Михайловича.

— Обойдусь без отпуска, я не устал.

Грачев снял квадратные очки и устало потер переносицу.

— Пойми, Вань, я за тебя перед ВУДом головой отвечаю, они не понимают ошибок, и в случае чего головы полетят только так, именно поэтому я всегда должен быть в курсе подобных происшествий. Моя работа — следить не только за отделом, но и за ментальным здоровьем моих подчиненных.

— С моим ментальным здоровьем всё хорошо, у меня есть заключение психиатра и отдела переподготовки. — Я протянул белые офисные листы, которые доказывали мои компетенции.

— Охотно верю, — Грачев отложил их, даже не глянув, поправил свой пиджак в клетку и сел на место. — Но только в отпуск все равно пойдешь. Это не обсуждается!

— Дмитрий Михайлович, — начал я, но он остановил меня на полуслове.

— Я сейчас с тобой не как начальник разговариваю, а как наставник. Я же вижу, что тебе это необходимо. Съезди разберись со своими скелетами, в конце концов, тебе с документами на квартиру нужно разобраться, а потом вернешься отдохнувший, полный сил и готовый к новым свершениям, хорошо?

— Хорошо, — наконец согласился я. — Разрешите идти.

— Иди, документы я сам подготовлю. — Грачев снова уткнулся в рабочий планшет. — Ах да, Токарева с собой возьми, пусть за тобой присмотрит. Это тоже не обсуждается.

— Так точно, — ответил я и вышел из кабинета.

В коридоре меня уже ждал Илья.

— Что он сказал?

Признаться честно, Илья был последним, с кем бы я хотел сейчас разговаривать.

— Вань, — окрикнул он меня, когда я молча прошел мимо. — Да подожди ты! Что случилось?

Я был зол на друга. Если бы он не вмешался, ничего бы этого не было. Моя жизнь нисколько бы не изменилась.

— Вань, да подожди ты! — Илья быстро поравнялся со мной. — Все так плохо?

Я выдохнул и посмотрел на испуганного Илью. Кажется, он действительно переживал за меня.

— Ты зачем документы Грачеву отдал?

— А что мне было делать?

— Со мной это обсудить!

— Что? То, что у тебя мать умерла почти полгода назад, а ты все это время пахал как конь? Да я просто переживаю за тебя, Вань! Вспомни, как ты с моим отцом по больницам катался? А я даже не знал, что у тебя мать хоронили!

— Грачев меня в отпуск отправил, и тебя вместе со мной. Мы едем в Алексеевск.

— Мы?! — удивленно спросил Илья.

— Мы. И это не обсуждается.

— Во дела... — Илья уткнулся в телефон. — Я билеты на завтра забронирую, собраться успеешь?

— Успею.

Илюху, кажется, вообще не смущало сложившееся положение дел. Казалось, он был даже рад поехать со мной в маленький забытый всеми городок. Меня это успокаивало. Портить ему отпуск не хотелось.

Поезд отправлялся в восемь утра. Ехать предстояло недолго. Всего пять с половиной часов.

С соседями по купе нам повезло. Молодые студентки пришлись по вкусу Илье, и он всю дорогу очаровывал девушек.

Я же все это время просто смотрел в окно и думал о предстоящем отпуске. За пару часов до прибытия я получил сообщение от Грачева. В Алексеевске произошло убийство. Дмитрий Михайлович просил заняться делом после того, как я разберусь с документами. Людей в департаменте пока не хватало, и отправлять дополнительную выездную группу было непозволительной роскошью.

Я машинально ткнул на прикрепленные материалы.

Убита Таисия Волкова, погибла в пожаре. Предположительно, поджог.

Убита. Таисия. Волкова.

Я перечитывал это снова и снова, пока у меня не зазвонил телефон. Звонил Грачев. К счастью, нас ждала остановка почти в тридцать минут, и со связью не было никаких проблем.

— Иван, ты получил мое письмо? Я понимаю, что у тебя были явно другие планы на это время, но...

— Дмитрий Михайлович, мы можем перенести мой отпуск ровно на неделю? Мне хватит этого времени разобраться в деле.

— Ты уверен?

— Более чем.

— Хорошо, отправлю запрос в ВУД, как только они ответят, я свяжусь с вами. Илья, ты согласен тоже перенести свой отпуск?

— Согласен, — ответил Илья, который, оказывается, был подключен к групповому звонку.

— Отлично, тогда я свяжусь с вами позже.

— Рассказывай, — Илья вышел ко мне на улицу и закурил, — кто она?

— Ты же бросил?

— Бросил. Привычка, — он затушил сигарету. — Рассказывай.

* * *

Я знал её с самого детства. Когда мы познакомились, у неё была любимая игрушка. Маленькая плюшевая обезьянка, которую отец привез ей из какого-то дальнего путешествия.

— Одуванчик, — ласково говорила она про свою любимую мягкую зверушку.

— Асенька, ну какой же это одуванчик? — спрашивала Нина Васильевна, нянечка маленькой Асеньки.

— Самый настоящий! — задорно смеялась рыжая девчушка, бегая по полю, усыпанному белыми цветами.

Кораблики-сердцевинки отрывались от стебля и, кружась вокруг маленькой бестии, падали вниз.

Тогда ей было шесть. И я смотрел на неё, как на маленькую надоедливую занозу, совсем не думая о завтрашнем дне.

Аська всегда бегала за мной.

— Ванечка, Ва-ань, ну поиграй со мной!

Мне нравилось играть с ней, хоть я никогда этого не показывал. Конечно. Я же взрослый! Мне, десятилетнему лбу, было не положено играть со всякими малявками.

— Ванька, смотри, это же целый океан! — Аська стояла, разинув рот, и смотрела на спокойную водную гладь.

— Глупая, — ответил я, плюхнувшись на песок, — это всего лишь маленькое озеро.

— Правда? А я думала, озеро может уместиться в ладошках! — Ася протянула свои маленькие детские ручки, чтобы показать мне, сколько же может поместиться в её ладонях.

Я засмеялся. Её детская наивность всегда казалась мне очень глупой и смешной, поэтому я часто смеялся над ней.

— Ванюш, а мы будем дружить вечно, правда?

— Как же мы будем дружить, если ты такая маленькая?

— Я вырасту! — Маленькая бестия топнула ногой, и копна её рыжих волос, словно море после штормового предупреждения, покачнулась.

— Вот когда вырастешь, тогда и посмотрим! Хватит мне глупые вопросы задавать.

Она часто прибегала, чтобы рассказать мне об огромном дереве, которое точно посадили великаны, о том, что соседская кошка родила троих котят, а в океане она видела маленькую рыбку.

— Рыбка, наверное, заблудилась, — с таким восторгом Аська рассказывала большие новости своего маленького мира, что я невольно начинал восхищаться вместе с ней!

Вспоминая это сейчас, мне бы очень хотелось оказаться там вновь, но время, увы, не идет на договоры с простыми людьми. Оно неминуемо идет вперед. И вот маленькая заноза уже девчушка десяти лет. Она больше не рассказывает мне сказок про золотую рыбку, не называет озеро океаном.

Мы все так же часто гуляем, она все так же таскается со своей плюшевой обезьянкой Одуванчиком. Её няня Нина Васильевна приходит все реже.

— Вань, а Вань, а ты Ленке нравишься! — смеясь, говорит мне Ася.

— Да ну! Врешь.

— Нет, Вань, не вру, она мне сама сказала. Говорит: «Люблю — не могу»!

Ленка была светленькой конопатой девчонкой. Она часто болела и ныла, что мы её обижаем. Тогда мне Ленка точно не нравилась!

— Пойдешь с ней на свидание? — не унималась Аська.

— Да ну её! Передай Ленке, что мне другая девчонка нравится, пусть отстанет.

Время шло, и мы росли.

Мне было уже восемнадцать, и я уехал учиться.

Аська тоже повзрослела. Теперь она редко выходила гулять, потому что постоянно читала книги, которые привозил ей отец. Она плакала от неразделённой любви к местному хулигану Стёпке, но по-прежнему называла меня Ванюшей.

От маленькой бестии не осталось почти ничего. Теперь она была настоящей девушкой, романтичной и ранимой. Такой я запомнил её в последнюю нашу встречу.

— Ты пиши мне, пожалуйста, Ванюша, — говорила она перед тем, как я сел на поезд, — и звони, пожалуйста, — Ася робко улыбалась.

Не помню, сколько лет я не бывал в родных краях. Полгода назад мне поступил звонок. Ася. Моя мать умерла. Помню, в ответ я сказал что-то глупое. Сказал, что приеду, как только смогу, перевел какую-то часть от зарплаты, чтобы покрыть расходы на похороны. Тогда мой мир треснул. Я с головой окунулся в работу, отказываясь от выходных.

Время шло, а я так и не приезжал. Боялся. Чего? Сам не знаю... Боялся войти в дом, который в моей памяти всегда пах мамиными румяными булочками. Боялся увидеть Аську, счастливую жену какого-нибудь хулигана Стёпки.

Наверное, это была попытка выиграть у времени хоть парочку лет. Тогда мне казалось, что жизнь там остановилась в тот момент, когда я перешагнул порог родного дома. Я был не готов к переменам в жизни близких мне людей.

Когда мне пришла вторая весть из родного города, я ничего не ответил. Умер Алексей Дмитриевич, отец Асеньки. Писала мне Нина Васильевна, она же сказала, что сама Ася выходит замуж. Тогда мне показалось, что мой и без того шаткий мирок разрушился совсем. Казалось, что жизни дальше и быть не может, но она продолжалась. Ровно до этого момента. Убита. Таисия. Волкова.