Марисса продолжала махать ручкой Дэвида перед камерой, хотя того больше интересовала другая ручка, пальчиками которой он активно ковырял в носу.
– Итак, – сказал Мартинез, – ты в ярости.
– Догадался? – спросила Марисса. – Я пыталась это скрыть.
– Мы вместе с тех пор, как нам исполнилось пятнадцать. Я знаю, когда ты в ярости.
– Ты вызвался продлить миссию на пятьсот тридцать три дня, – ответила она. – Идиот.
– Точно, – сказал Мартинез. – Я догадался, что причина в этом.
– Твой сын уже будет ходить в детский сад, когда ты вернешься. У него не останется никаких воспоминаний о тебе.
– Знаю.
