Пролог

Не паниковать!

Спокойно!

Всё будет хорошо!

Он меня не достанет, не найдёт!

И пусть это чудовище сейчас рыщет по коридорам своей Академии в поисках той самой, которой очень сильно не повезёт.

Если верить проклятию, перед тем как одичать навсегда, он может силой брать любую попавшуюся девушку на своём пути. Чтобы найти одну. Жестоко. Зло. Безжалостно. Не обращая внимания на крики боли, слёз и мольбы.

Это было предречено. И даже столь могущественный дракон, как Тирон, не в силах скинуть с себя оковы древнего проклятия.

Застряв в полуобороте второй ипостаси. Ослеплённый похотью и в пелене безумия, он не знает жалости. Он пойдёт на всё, чтобы найти свою истинную.

В моих ушах сейчас стояла какофония звуков грохота и треска. Чудовище ничего не замечало вокруг. Сносило стены, двери, мебель в своей же Академии. Крики. Ужас. Плач девушек, спрятавшихся, где кто смог, успел.

Я бежала по коридору. Высматривала, выискивала надёжное убежище среди подсобных комнат, аудиторий, широких гобеленов на стенах, скрытых ниш. И, демон его подери, я даже готова была залезть в ту высокую глубокую вазу. Лишь бы спрятаться от его лап и того самого между ног, чем он сейчас думал.

Но каждый раз моё живое воображение рисовало, как он выцепляет меня когтями из вазы. Распахивает дверь аудитории. Сносит стену коморки. Выскакивает на свет и ярко сверкает своими обезумевшими, пульсирующими алыми глазами.

Моё дыхание уже давно сбилось. В боку кололо. Сердце билось где-то в районе горла. А в ушах стоял шум крови.

Мне было страшно. Очень страшно.

Каждую секунду своего побега я задавалась одним вопросом: почему сейчас? Почему проклятие активировалось именно сейчас?

Я не хотела, не могла поверить, что именно я была виновна в случившемся. Нет. Этого не может быть! Я не знала!

Я закрыла рот ладонью, пытаясь сдержать рвущийся наружу ужас. Закричала в ладонь. Из глаз брызнули слезы.

Выбежала в левое крыло. Судя по нетронутой обстановке, он здесь ещё не побывал. Звуки грохота и шума оставались позади.

Я обмерла.

Вдоль стены, словно скованные парализующим заклятием, сидели девушки. Уставившись в одну точку перед собой. Вот только то, как они вздрагивали и ёжились от каждого звука, доносившегося из другой части замка, говорило о том, что они были в здравом уме.

— Что вы делаете? — крикнула я, хотя мой голос сорвался на шёпот. — Бегите!

Они все как одна посмотрели на меня. И тут же, почти одновременно опустили головы.

Вот только я чётко прочла страх на их лицах. Ужас. Но никто не сдвинулся с места.

Лишь одна нашла в себе силы ответить, задержав на мне взгляд:

— Зачем бежать от того, что неизбежно? Ректор Делони — привлекательный и достойный мужчина. Каждая девушка хотела бы стать его истинной.

Девушки завистливо и испепеляюще покосились на неё.

О, теперь я вспомнила.

Это те самые девушки, чей разговор я невольно подслушала пару месяцев назад. Помню, как они грезили о том, чтобы именно во время их обучения дракон, управляющий Академией, обезумел. Чтобы проклятие пробудилось. Они мечтали, чтобы прекрасный дракон взял их, сделал своими и любил.

Всё, лишь бы оказаться истинной «такого красавчика». Стать почитаемой и уважаемой эйлой. Женой дракона. Как в самых лучших сказках.

— Дуры! — бросила я.

Я больше не стала тратить на них время и поспешила дальше. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

В то время как вся Академия дрожала и тряслась от страха, даже преподаватели и те попрятались, эти сложили ручки на колени и ждут не дождутся, когда их слопают и не подавятся.

У этой сказки был изъян.

Это был не прекрасный и достойный мужчина, которого мы все отчётливо помнили. А разъярённый и ослеплённый похотью монстр. Скорее в обличии дракона, чем человека.

И он совершенно точно не будет их любить. В таком-то состоянии?

Пророчество гласило: это чудовищное насилие выдержит не каждая. Поэтому он скорее разорвёт хрупких человеческих и нечеловеческих девушек на части, чем будет нежничать. В пелене и агонии накрывшего его проклятия, это невозможно. Он не управляет собой. Шанс есть, пожалуй, лишь у дракониц.

Хотят обманывать себя? Пожалуйста.

Я двинулась дальше. И тут же услышала это.

Смертельная тишина.

Она ударила по ушам после длительного шума и грохота.

Волоски на моём затылке встали дыбом. Воздух буквально накалился, затрещал от напряжения.

Я чувствовала: за моей спиной всё изменилось.

Всё освещение разом погасло. Послышались перепуганные вскрики девушек.

Лишь один светильник на стене рядом со мной боролся с надвигающейся темнотой и ужасом, наполнявшем каждый сантиметр вокруг. Он мигал. Словно одинокий огонёк на ветру. Будто пытаясь развеять страх.

А потом я услышала его дыхание.

Шумное. Тяжёлое. Хищное.

Я застыла. Боясь вздохнуть. Боясь сдвинуться.

Отчаянная надежда боролась с диким ужасом в душе. В коридоре я не одна. Перед ним ещё по меньшей мере шесть девушек. Кто-то из них может его остановить.

Как бы малодушно это ни было, я молилась богам, чтобы одна из девушек заинтересовала дракона Тирона. Это дало бы мне фору. Я бы успела убежать.

Конечно, я знала, что никак не могу подойти его дракону. Ведь я не могла быть его истинной. Это совершенно точно. Но проверять на практике не хотелось.

Я медленно обернулась, пытаясь всмотреться в пространство в свете мигающего светильника.

Первая вспышка— я вижу огромную фигуру полумужчины-полудракона с гигантскими чёрными крыльями за спиной.

Вторая— он поводит носом на вполне человеческом лице.

Чёрные чешуйки завладели его скулами, спускаясь по линии челюсти и теряясь в чёрном вороте. Это был Тирон. И в то же время уже не он. Красивое лицо. И чудовищное. Одновременно.

Он принюхивается. Прислушивается к сидящим и дрожащим девушкам перед ним.

Третья— резко выдыхает и яростно качает головой.

Четвёртая— поворачивается ко мне. Я вздрагиваю, пячусь назад и упираюсь спиной в стену.

Пятая— он в метре от меня.

В темноте, с треском лопнувшей лампочки, не выдержавшей разрушительной силы дракона, я слышу, как он принюхивается ко мне.

Моргаю, пытаясь разглядеть его. Меня обдаёт его запахом. Дым. Дерево. И что-то ещё. Дикое, опасное. Его запах.

Он шумно сглатывает.

Наступает абсолютная тишина.

Мне конец.