Отзывы на книгу «Дело вдовы Леруж»

Как автору это удалось? Совместить бесшабашность приключений Дюма и педантичность научных изысканий Жюля Верна? Сентиментальность слезливых дамских романов (которых в царской России именовали не иначе, как французские) и решительность докопаться до истины преступления? Эта насквозь классическая неторопливая история пестрит тем, что сейчас бы назвали штампами, роялями и банальностями. Вот только тогда еще они таковыми не были. И читали их не пресыщенные бразильскими мелодрамами и болливудскими зитами-гитами жители постэпохи сексуальных революций, а обитатели второй половины девятнадцатого века, полного тайн, бытовых неудобств, войн, неторопливости новостей, открытий и неконтролируемого процесса человеческого существования. Шутка ли, родовитому-у-все-на-виду-аристократу завести внебрачные связи, взбрендить в голову и поменять местами своих отпрысков - да и вообще, состоялась ли коварная часть плана, а? Гадать в отсутствии генетической экспертизы, искать истинные мотивы произошедшего по письмам, свидетельствам ненадежных участников и молчаливым доказательствами улик и предметов - вот в каких условиях будет проходить это расследование. А вести его будет... совсем не Лекок. Более того, он еще совершенно не знаменит и на знаменитость и гениальности не тянет, не претендует. Ха-ха, да и появится от лишь в начале, приведя в сюжет истинного сыщика, не менее эксцентричного, но иного. Знакомьтесь, папаша Тибуле. Он обладает всеми признаками тогдашнего предтечи детективных виртуозов, в одном только проигрывая Лекоку, он более старый. Папаша Тибуле пашет в полиции из любви к искусству, вот такое вот хобби у человека. Он, помимо того, что стар и богат, педантичен, логичен, последователен и умеет признавать ошибки. Хороший следопыт и философ, мизантроп в какой-то степени, для главного героя он был оптимален. Не затмевая по-французски трагичную историю, он все же твердо гнет свою линию, стараясь, чтобы каждая улика заговорила, если не хотят правдиво отвечать свидетели-человеки. История закручена на подмене младенцев, старых страстях, любовных письмах, благородных и не очень позах, честолюбивых порывах, молодых, не менее страстных чувствах и даже элементах безответной любви. Будет тут место содержанкам и любовницам, бессердечным и притягательным, как порочное чрево Парижа. Будет место старым заносчивым аристократам, которые считают себя превыше окружающих просто за счет факта своего порою бессмысленного существования. Будут тайные свидания, записочки, будут кормилицы, знающие много разного... Именно последнее и станет роковым для всего этого клубка. А уж эти пережитки галантного века, когда вопреки здравой прагматичности совершаются безумства во имя любви, - французский давешний девиз... Грядет новый век, век детективных расследований, и вот они, истоки.

Эмиль Габорио (1832–1873) считается одним из основателей детективного жанра, а его рецензируемое произведение (впервые вышедшее в качестве литературного дебюта в 1866 году, под названием: «L’Affaire Lerouge») — первым из французских полицейских романов. Главную роль в расследовании в нём сыграл «папаша Табаре» (человек с несколько неопределённым статусом), однако упоминается и его ученик Лекок, в дальнейшем ставший серийным персонажем.
Всё начинается как классический детектив. — В тихой деревушке произошло убийство некой пожилой дамы (обосновавшейся здесь сравнительно недавно). За расследование взялись несколько сотрудников полиции, причём один из них (тот самый Лекок) привлек к нему своего наставника месье Табаре (по прозвищу Загоню-в-угол) — отставного оценщика ломбарда, уже не раз сотрудничавшего с официальными правоохранителями...
Но вот проходит несколько глав, и неожиданно детективная история преображается в некую «мыльную оперу», со всеми причитающимися ей мелодраматическими эффектами. Здесь присутствуют и описание нравов французской аристократии, и роковые женщины, и любовные треугольники, и подмена младенцев, и трагические недоразумения, и внезапная смертельная болезнь, и, наконец, любовный хэппи-энд (правда, какой-то не слишком впечатляющий)... И всё это выглядит написанным не то чтобы совсем плохо, но как-то фальшиво-театрально, ужасно многословно и во многом просто наивно.
Короче говоря, не знаю почему, но с французскими детективами (независимо от того, перу каких авторов они принадлежат) мне откровенно не везёт раз за разом. Хотя, надо полагать, любителям мексиканских сериалов данная вещь вполне может приглянуться.

Открыла для себя нового любимого писателя)) Габорио очень элегантен и в то же время чёток и крайне определёнен в построении фраз, образов. Книги его пера отличаются интеллектуальным потенциалом и юмором, практически диккенсоновские обороты и неожиданности) Вы найдёте в его книгах обороты речи, которые захотите запомнить, вы будете непременно улыбаться на каждой страничке и зачитывать отрывки своим домочадцам) я рада открытию, чего желаю вам)

Книга погружает в реалии Франции позапрошлого века: через детали быта, нравы высшего общества и работу правоохранительных органов читатель получает своеобразное «путешествие во времени». Главный детектив истории — папаша Табаре (по прозвищу «папаша‑загоню‑в‑угол») — не шаблонный гений с армией поклонников, а одинокий пожилой человек, для которого расследование — едва ли не единственный смысл жизни. Эта глубина персонажа добавляет истории душевности. Хотя развязку можно угадать раньше финала, сам процесс расследования выстроен логично: герой скрупулёзно собирает улики, анализирует свидетельства и постепенно приближается к истине. Помимо детективной линии, в книге немало внимания уделено человеческим историям: судьбам героев, их прошлым травмам и семейным тайнам. Это делает роман больше, чем просто «загадкой убийства».
Главный минус книги — затянутость. Значительная часть текста посвящена подробным описаниям биографий второстепенных персонажей, их взаимоотношений и бытовых деталей. Эти фрагменты, хоть и обогащают картину мира, порой отвлекают от основного детективного сюжета и замедляют динамику. Из‑за этого некоторые главы читаются с усилием, а внимание рассеивается.
КСТАТИ: Идея экранизировать эту историю кажется удачной. Визуальная подача могла бы сгладить эффект «растянутости»: ключевые флешбеки и биографии героев можно было бы подать лаконично, через сцены или закадровый голос, а акцент сделать на расследовании и харизматичном Табаре. Кинематографичные элементы — мрачная атмосфера французской провинции, противостояние одинокого сыщика и полиции, постепенное раскрытие тайн — отлично подошли бы для детективного триллера или мини‑сериала в духе классических экранизаций Конан Дойля.