Книга или автор
4,6
44 читателя оценили
259 печ. страниц
2019 год
18+

Елизавета Соболянская
Жестокие игры

Пролог

Мама назвала ее Катариссой, соединив в имени две традиции – дроу и вампиров. Это имя всегда казалось ей немного неуклюжим – как можно смешивать строгие обычаи вампиров и мелодичный напев речи дроу?

Вдвоем с мамой они жили в уютном чистом домике с внутренним двориком, выложенным каменными плитами. Во дворе стояли кадки с апельсиновыми деревьями и уютные плетеные кресла. Когда солнце скользило по колоннам из розового гранита, Катара тянулась смуглой ладошкой за лучом, и ей казалось, что она вот-вот схватит его. Девочка звонко смеялась и кричала:

– Мама! Смотри! Я поймала! Поймала его!

Мама улыбалась, отбрасывая за спину длинные тонкие косы, перевитые по обычаю дроу цепочками с синеватым металлическим отливом, и грустно вздыхала. Катара бежала к маме, стараясь принести кусочек солнечного света в густую тень, но донести луч никогда не получалось.

До определенного возраста ребенку неинтересно, почему маленькую семью никто не навещает, кроме высокого мужчины в темном плаще. Он приносил с собой запах корицы и перца, и каждый раз после его появления мама запиралась в спальне на день или два. А домовушка носила в спальню бульон и горячий грог. Выйдя из спальни, мама несколько дней плакала и гладила Катару по волосам. Потом успокаивалась и вновь танцевала под луной на каменных плитах внутреннего дворика.

Они почти никогда не выходили на улицу. Два окна, выходящих на соседние дома держали плотно занавешенными, продукты доставляли прямо к дверям, а за чем-то срочным отправляли слугу, занимавшего в доме все мужские должности: садовника, привратника, дворецкого и, собственно, лакея.

Маленькая Катара не страдала от одиночества: она с удовольствием проводила время в саду, дружила с полненькой хлопотуньей домовушкой и не понимала, почему кухарка иногда тяжко вздыхает и гладит ее по голове.

Кое-что прояснилось, когда Катаре пришло время идти в младшую школу. Именно там она впервые услышала презрительное словечко «хумс» от одной из родительниц. Воспитательница быстро увела покрасневшую, как помидор разгневанную даму, но девочка запомнила слово и вечером спросила у мамы, что оно означает.

Мама выронила черепаховый гребень, которым расчесывала на ночь длинные черные волосы Катары и заплакала. Бросившись утешать ее малышка, конечно, забыла о своем вопросе, но на следующий день пристала с ним к домовушке. Остервенело мешая тесто для пирожков, домохозяйка долго бурчала себе под нос про жестокость детей, а потом объяснила:

– «Хумс» называют тех, кто родился от двух рас, не признающих полукровок. В переводе это словечко означает «дитя любви».

– Значит, папа любит маму? – удивилась девочка, болтая ногами, – а почему тогда она все время плачет?

– Может и любит, – проворчала домовушка, – да только в гроб загоняет…

Больше Катаре ничего узнать не удалось – мама уже успокоилась, заглянула на кухню и, выловив чумазую ладошку дочери, повела ее умываться перед встречей с бабушкой и дедушкой. Эти встречи Катара страшно не любила, но мама настаивала на ежемесячных визитах.

Около часа Катарисса провела перед зеркалом, сначала терпеливо ожидая, пока оденут ее, потом, когда оденется мама. Магомобиль с темными стеклами ждал их у крыльца, чтобы отвезти в небольшой солидный особняк, расположенный на одной из центральных улиц.

Там мать и дочь встречал дворецкий, церемонно кланялся и провожал в маленькую гостиную выпить чаю с крохотными пирожными, которые крошились от легчайшего прикосновения. После пары неодобрительных взглядов бабушки Катара перестала брать пирожные вообще.

Дед редко присутствовал на чаепитиях – обычно он лишь проходил через салон, едва заметно кивнув маме, и исчезал в следующей комнате.

Мама и бабушка пили чай, ели пирожные, обмениваясь несколькими фразами, а непоседливая девочка с трудом высиживала положенный час. Потом с невероятным облегчением слышала вежливые фразы прощания и торопливо соскальзывала с дивана, на котором у нее затекали ноги.

После этих визитов мама снова закрывалась в спальне и не выходила по два-три дня. Только неурочный визит мужчины в плаще мог заставить ее прервать свое затворничество, точнее перевести его в другую плоскость. Так продолжалось до тех пор, пока Катаре не доросла до средней школы.

К этому времени девочка умела читать и писать, очень много знала об архитектуре и готова была часами сидеть на скамье в саду, возводя с помощью магии дроу удивительные сооружения из песка и камней.

В новую школу Катариссу отвезла мама. Коляску подали к дверям, но возле школы вознице пришлось помочь женщине и девочке выйти. Просторное здание окружала огромная толпа детей и родителей. Катара огляделась и с удивлением поняла, что вокруг нет никого похожего на них с мамой. Ребятишки, в основном, были светловолосыми, светлоглазыми, изредка щеголяли зеленоватой кожей или синими волосами. Они с мамой выглядели двумя угольными пиками среди снега и травы.

Через год Катарисса уже знала во всех подробностях, кто такие «хумс», и почему она учится в муниципальной школе для мигрантов.

История оказалась простой и печальной. Мать Катариссы принадлежала к благородному, но обедневшему роду дроу.

Все они ютились в скромной квартирке из трех комнат, но блюли родовую честь и хранили гордое имя рода. Глава семьи служил во дворце приемов, отвечал за сервировку столов ко всевозможным официальным мероприятиям. Его супруга сидела дома, сын служил мелким чиновником, а дочь удалось пристроить «под крылышко» к отцу – в службу сервиса. Работа горничной во дворце не считалась зазорной для девушки знатного рода.

Однажды в город прибыла делегация вампиров. Обычно высокомерные и пугающие гости удовлетворялись эмоциями взволнованного персонала, но в этот раз кортеж попал в аварию. Один из послов получил тяжелые травмы. Глава делегации потребовал от принимающей стороны донора крови. Девственницу хорошего рода.

Переговоры находились под угрозой, но дворцовые службы сработали безупречно: юная аристократка-горничная была доставлена в покои высокого гостя, а ее семья получила особняк и повышение в негласной табели о рангах.

И все бы обошлось, если бы вампир не балансировал на тонкой грани между жизнью и смертью. Кровь девушки вдохнула в него жизнь, а вместе с кровью пришло и влечение.

Забыв обо всем, он соблазнил юную дроу, привязав себя к ней навсегда.

Оскорбленные родители хотели добиваться компенсации за потерю невинности, но ситуация усугубилась беременностью юной леди. К этому времени вампир пришел в себя и переговоры продолжились. Новых осложнений никто не хотел, тем более что вампир принадлежал к знатнейшему роду, был женат и имел наследников.

Позднее, став старше, Катарисса поняла, что в тот момент жизнь ее матери висела на тонкой ниточке – гораздо проще объявить о смерти никому не нужной девушки, чем улаживать межрасовый конфликт.

Однако вампир оказался не только знатным, но и весьма эгоистичным. Он не смог разорвать кровную связь, зато смог превратить пострадавшую девушку в свою личную «хранительницу крови». Таким эвфемизмом пользовались другие расы, говоря о любовницах-донорах. Правитель дроу договорился с родителями девушки, предложив им пенсию от казны, потом выдал посланцу вампиров соответствующую бумагу, и тихий домик на окраине обрел новую хозяйку.

На некоторое время в мире наступило равновесие: вампир навещал любовницу, питаясь ее кровью. Семья дроу смогла достойно появляться в обществе, а правитель завершил переговоры ко взаимному довольству двух рас. Спустя положенное время к изумлению, многих родилась Катарисса. Полудроу-полувампир. Дочь двух аристократических родов, о которой они предпочитали не знать. До четырнадцати лет ее жизнь протекала довольно ровно: учеба в школе, игры в саду, редкие появления отца и еще более редкие выезды к родственникам.

А потом девочка стала девушкой. К счастью, отец в это время «навещал» ее мать. Крик домовушки и потоки крови на лестнице, испуганные глаза матери и странный взгляд отца. Срочный вызов мага-лекаря и исцеляющий кокон – всё слилось для нее во что-то хаотичное и ускользающее из памяти. Должно быть милосердный разум отключился от адской боли, которую переживало ее тело, проходя трансформацию.

Придя в себя, девушка узнала, почему у вампиров и дроу не поощряется рождение общих детей – лекарь объяснил ей, что лишь единицы выживают в переходном возрасте, когда организм выбирает следующий шаг развития. Подросток, приходя в себя, обнаруживает себя вампиром либо дроу. И только тогда принимается решение, какая семья возьмет его себе.

Катариссе повезло. Или не очень. Она выжила, но осталась и тем и другим. Растерянный маг-лекарь разводил руками. Мама плакала. Отец излучал столько тоски, что Катара моментально насытилась его эмоциями, завернулась в простыню и задремала. Он уже говорил ей, однажды, что в городе вампиров у него растут сыновья, а ему хотелось бы привезти в фамильный особняк дочь.

Она опять не справилась. Ну и пусть! С этого дня Катара вступила в схватку с окружающим миром. Бабушка возмущенно поджимает губы, глядя на крошки? Отлично! Раскрошим все пирожные и посыплем ими подоконник, воркуя «гули-гули». Дед высокомерно кивает головой при встрече? Еще лучше! Поинтересуемся медовым голоском, за сколько он продал дочь… Отец не желает показывать дочь своей родне – выпадем из дорожного сундука его магомобиля прямо под ноги официальной супруге и отпрыскам…

Спасали Катариссу только обостренные двумя расами органы чувств и сильная природная магия.

Через полгода леди Асариссу вызвали в школу и настойчиво посоветовали обратиться к магу менталисту для коррекции личности неуемной доченьки. Заплаканная мать привела Катариссу в светлый кабинет знаменитого магистра и объяснила ситуацию. Глядя на встрепанную, как ворона, облаченную в кожу и металлические бусы девчонку, маг только головой покачал:

– Простите, госпожа, но у вашей дочери от природы стоит сильнейшая защита личности. Сломать ее, ментально не искалечив личности невозможно. Если вам нужно растение в горшке, то это не ко мне.

Потом Катариссу выставили в коридор, и остальной беседы она не слышала. Мама вышла из кабинета магистра чем-то успокоенная, и больше к врачам Катару не водили. Зато начали учить дома. Приходящим учителям было плевать на ее внешний вид и лексикон. Вычитав лекцию, преподаватели удалялись, черкнув подпись в бланке аттестата. Катарисса вновь очутилась в изоляции, как в раннем детстве, только теперь она знала, что потеряла.

Тогда девушка погрузилась в магонет – встречи с виртуальными друзьями, хулиганские выходки, опасные вылазки в дикие горы или самые опасные города планеты.

Отец пытался остановить Катариссу, прекратив платить учителям. Обрадованная дочь умчалась магостопом на другой конец континента «послушать музыку». Вампир попытался надавить на свое дитя, и получил тяжелейший ментальный удар вкупе с несколькими жесткими фразочками, выданными накрашенными черной помадой губами.

И отец отступил. Он мог сломать свою дочь, запереть в доме, отправить в тюрьму или дом душевнобольных, но ему неожиданно стало жалко ее. Впервые он спустился со своего пьедестала и увидел, что у девушки нет будущего: ни дроу, ни вампиры не признавали полукровок. Если «хумс» удавалось выжить, они не могли оставить потомства и служили своим родственникам рабами или постельными игрушками.

Вампир отступил, и Катара получила карт-бланш на новые безумства.

Снега самых высоких гор и пески самых жарких пустынь, горечь моря Слез и сладость потаенных Медовых озер, все это позволяло на несколько минут забыть о запахе перца и корицы, о металлическом привкусе крови, который появлялся во рту Катары при встрече с отцом.

Единственное, что удерживало ее на краю бездны безумия, в которую она регулярно заглядывала – это ненависть и презрение к мужчинам. Ее приключения научили девушку ценить дружбу, но также показали, что самый уравновешенный и надежный мужчина может превратиться в похотливое животное, либо продажную сволочь.

Катарисса не пила ничего, крепче шипучего меда, увидев однажды, как пьяный маговодитель врезался в магобус, везущий школьников. Не прикасалась к наркотикам, опасаясь насилия. Ее наркотиком стал адреналин.

Обладая от природы великолепной реакцией, она гоняла на мотоциклах, стреляла из арбалета, занималась скалолазанием и погружением в приветливые теплые воды моря Слез. Самые крутые магоциклы, самые высокие горы, самые… Адреналиновое колесо безумства раскрутилось и замерло в самой высокой точке.

Спустившись к подножию только что покоренной вершины, Катара получила стандартный конверт, неожиданно перевязанный черной лентой. Из конверта выпало сообщение о болезни матери.

Бросив все оборудование, не узнав результаты конкурса с призовым фондом в полмиллиона янтарных магов, Катарисса примчалась в столицу империи дроу. Ее мать умирала. Доктор-фанора печально покачала головой на невысказанный растрепанной чернявой девушкой вопрос:

– Ваша матушка слишком сильно переживала. Даже знаменитое долголетие дроу не может преодолеть нежелание жить.

Катарисса закусила губы и вернулась в полутемную спальню, наполненную характерным запахом лекарств. Мать лежала неподвижно, распахнув огромные, темные как полуночное небо глаза и ничего не вида перед собой. Катара проклинала себя за невнимательность к матери. Она пыталась рассказать о своем восхождении, но вскоре поняла, что сидит на ковре у кровати и глухо воет, уткнувшись лицом в материнскую ладонь.

Через несколько дней леди Асариссы не стало. Лорд Катар, потерявший свою «хранительницу крови», не смог явиться на похороны, поручив все поверенному. Родители «падшей» дроу не появились на церемонии, забыв про внучку-полукровку. По распоряжению лорда Катара домик на окраине закрыли, оставив под присмотром домовушки, а «хумс» Катариссе полагался билет до отцовского поместья вкупе с ошейником, означающим ее социальный статус в империи вампиров.

Этого «подарка» Катарисса не дождалась – бросив последнюю горсть камня на могилу матери, она исчезла из города, прихватив несколько памятных безделушек и небольшую сумму денег, скопленную для нее родительницей.

* * *

Обдумывая маршрут, девушка поставила себе целью скрыться от вампиров. Зная о том, кто она, ее природу, кровососущие родственники уже не раз пытались оскорбить ее или заполучить себе в любовницы. К счастью, обладание двойным набором преимуществ позволяло Катаре избегать и соблазнения, и рабства, но если ее целенаправленно примутся разыскивать родственники отца – побег станет серьезной проблемой.

Сначала Катарисса скрывалась у друзей из гоночного клуба. Невнятные квартиры, переполненные ароматами дешевого алкоголя и табака, туристические «пенки», продавленные диваны и провонявшие костром спальники. Через пару недель полукровка осмелела и стала позволяла себе участвовать в закрытых клубных гонках. Потом узнав, что среди гонщиков ищут «Черную ведьму» решила уехать в более тихое место – туда, где отец никогда не станет искать адреналиновую наркоманку.

Выбор пал на незнакомый провинциальный городок по одной простой причине – буквально за пару минут до посадки на магобус ее нашла напарница по гонкам и сообщила, что на стоянке ее уже ждут подозрительные мужики в длинных плащах.

– Они конечно всех наших спрашивали где ты, – стрекотала девушка, встряхивая волосами, жуя жвачку из кедровой смолки, и строя глазки другим пассажирам, – но парни их послали. Чужаки.

О да, байкеры были довольно закрытой группой и «пришлых» не представленных «своими» презирали. Этот антагонизм давал девушке некоторую фору, но в этот миг она почти физически ощутила, как тикают ее внутренние часы.

Бежать! Немедля! Но куда и как?

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
256 000 книг 
и 50 000 аудиокниг