Цитаты из книги «Двор Ледяных Сердец»

спряталась лицом между плечом и шеей, вдохнула его запах – холодный, зимний, но живой, настоящий, здесь. – Никогда больше, – прошептала я в его кожу. – Обещай мне. Никогда больше не уходи.

Не рассказывай ей о плане, – каждое слово давалось с усилием, словно Морфрост вырывал их из собственной плоти. – Пусть думает… что угодно. Что я предал её. Что прошлая ночь была ошибкой. Что она ничего для меня не значила. – Кейлан, нет, – Лис шагнул вперёд. – Она должна знать! Ты не можешь… – МОГУ! – рык вырвался хрипло, яростно. – И сделаю. Потому что если она узнает… если хоть на секунду подумает, что я делаю это ради неё… она останется. Руки сжались в кулаки. – Она попытается помочь. Попытается спасти меня. И Верена убьёт её. На моих глазах. Медленно. Наслаждаясь каждой секундой.

– Я не переживу этого, Лис. Не снова. Лис с тяжестью посмотрел на него. Потом медленно кивнул. – Ладно. Ладно. Я ничего не скажу. Но Кейлан… – он сделал паузу, – а как же ты? Что будет с тобой, когда Верена поймёт? Морфрост усмехнулся – горько, безнадёжно, так, что у Лиса сжалось сердце. – Я переживу, – сказал он тихо, глядя в окно, где небо наливалось светом. Наступила тяжёлая пауза. – Уже переживал. Он отвернулся, прошёл к двери. Рука легла на ручку – уверенно, твёрдо. Но я видела, как дрожали пальцы.

Потому что я недостаточно хорош, чтобы она осталась. Торан подходит, кладёт тяжёлую руку на плечо. – Тогда зачем метки, Кейлан? Зачем ставишь их одну за другой, как одержимый? Если хочешь отпугнуть? Морфрост смеётся – горько, безнадёжно. – Не могу остановиться. Каждый раз, когда вижу её, касаюсь, чувствую… метка

– ПОТОМУ ЧТО ЭТО УБЬЁТ МЕНЯ! – голос срывается. – Снова. Как тогда. Как с Аурелией. Привяжусь. Влюблюсь. А потом потеряю. Потому что она смертная. Потому что этот мир её сожрёт. Потому что…

– Но когда фейри ставит метки на избранницу… на ту, кого выбрал, кого… – замялся, – кого хочет связать с собой навсегда… это другое. Это знак. Помолвка, если хочешь. Обещание. У нас нет колец, нет обрядов, как у людей. У нас – метки. Остановился, наконец посмотрел на меня. – Избранницы фейри носят их с гордостью. Это показывает их статус, силу связи, право стоять рядом с королём. Для них метки – благословение, не проклятие.

– Объясни мне. Пожалуйста. Кейлан выдохнул, плечи опустились. – Метки… они разные. Зависит от того, кто их носит и как они поставлены. Пауза. – Когда фейри ставит метки на смертного насильственно – во время охоты, из жестокости, для контроля – они становятся проклятием. Магия слишком сильна, слишком чужда человеческой природе. Разум ломается, душа разрывается. Жертва становится тенью, марионеткой, блуждающей вечно.

– Кейлан, – начала я тихо. – Рован… Король Осени сказал мне что-то странное. Что метки – это почти как… как ты сделал меня королевой. Но я не понимаю. Всю неделю меня пугали, что метки сводят с ума, превращают в марионеток. А он смотрел на меня будто на… невесту.

Слова Лиса эхом отзывались в голове. Я посмотрела на Морфроста – продолжительно, изучающе. Он стоял, не двигаясь, смотрел на меня, и на его лице была боль. – Элиза, – произнёс он приглушённо, и голос дрожал. – Всё, что говорит Лис… правда. Я не отрицаю. Я делал ужасные вещи. Причинял боль. Ломал. Унижал. Пауза, отвёл взгляд. – Скажу только: это было не просто жестокостью. Не просто игрой. Это было… необходимо. Для чего-то большего, чего ты пока не видишь. Что я сам не до конца понимаю.

прикасался к женщине. Который похоронил своё сердце вместе с Аурелией и поклялся никогда не любить снова. Глаза сузились, взгляд стал холоднее. – Ты сделала его зависимым. Одержимым. Слабым. Он потерял контроль. Ставит на тебя метки, как безумный. Шесть из семи. Почти заявил тебя своей королевой. Смертную. ТЕБЯ.