Глава 1. Неудачный день

Алиса Воронина в десятый раз поправила воротник блузки, глядя в маленькое зеркальце на обратной стороне крышки пудреницы. Отражение выдавало её с головой: глаза блестели от невыплаканных слёз, а пальцы дрожали так, что пудра ложилась неровными пятнами.

– Ну вот, – прошептала она, стряхивая излишки с щеки. – Теперь я ещё и в белых разводах.

Она захлопнула пудреницу и оглядела вестибюль бизнес‑центра «Горизонт». Мраморные полы отражали люминесцентные лампы, создавая ощущение стерильной, почти хирургической чистоты. За стойкой ресепшена сидела девушка с безупречной причёской и холодной улыбкой – словно живой манекен в униформе.

«Вот бы мне такую выдержку», – подумала Алиса, сжимая ремешок сумки.

Часы на стене показывали 9:47. Её рабочий день начался в 9:00.

В приёмной отдела кадров пахло кофе и сдержанным раздражением. За столом из тёмного дерева восседала Ирина Львовна – женщина, чьё лицо, казалось, навсегда застыло в выражении лёгкого недовольства. Её очки в тонкой оправе сверкали, как два маленьких ледяных осколка.

– Итак, Алиса Дмитриевна, – проговорила она, не поднимая глаз от личного дела. – Вы опоздали на 47 минут.

– Пробки… – начала Алиса, но тут же осеклась.

Ирина Львовна подняла руку – жест, отточенный годами начальствования.

– «Пробки», «сломался автобус», «задержали на предыдущем месте работы» – я слышала все эти оправдания. Вы знали правила: опоздание более чем на 15 минут – повод для увольнения.

– Но я же стажёрка! – вырвалось у Алисы. – Мне даже не выдали пропуск…

– Стажёрка или нет – правила едины для всех. – Ирина Львовна достала бланк. – Вот приказ. Подпишите здесь.

Алиса уставилась на бумагу, будто та могла вдруг превратиться в спасательный круг. Буквы расплывались перед глазами: «…в связи с неоднократными нарушениями трудовой дисциплины…»

– Это несправедливо, – прошептала она.

– Несправедливо – это когда клиент уходит из‑за вашего опоздания. Несправедливо – когда команда ждёт вас, чтобы начать совещание. – Ирина Львовна сложила руки на груди. – Подписывайте. Или я вызову охрану, чтобы вы покинули помещение.

На улице лило как из ведра. Алиса бежала по лужам, забыв про зонтик, который так и остался в шкафчике. Её туфли уже хлюпали, а юбка прилипала к ногам, но она не замечала этого. Внутри бушевала буря: злость на Ирину Львовну, стыд за свою беспомощность, страх перед завтрашним днём.

«Мама будет в шоке. Арендная плата… продукты… лекарства…»

Она остановилась у витрины кофейни, пытаясь отдышаться. В стекле отразилась девушка с растрёпанными волосами и размазанной тушью – совсем не та аккуратная Алиса, которая два месяца назад с восторгом пришла на стажировку.

Тогда она тщательно выбирала наряд, репетировала приветственную речь и мысленно представляла, как уверенно будет справляться с задачами. «Это мой шанс», – твердила она себе, застёгивая пуговицы белоснежной блузки.

Первые недели были похожи на вихрь: бесконечные инструкции, незнакомые программы, строгие сроки. Она запоем читала методички по ночам, составляла списки дел на каждый день, ставила будильники на 6:00, чтобы успеть повторить теорию перед работой. Коллеги бросали мимоходом: «Ты слишком стараешься», а она лишь кивала и снова погружалась в таблицы и отчёты.

Были и маленькие победы: первая самостоятельно составленная презентация, похвала от куратора, чашка кофе от коллеги со словами «Ты молодец». Алиса бережно складывала эти моменты в копилку уверенности, как ребёнок собирает яркие камешки.

Но сегодня всё пошло не так. Сначала сломался будильник – тихий писк уведомления на телефоне потонул в глубоком сне. Потом в ванной отключили горячую воду. Любимый тост подгорел, пока переделывала, опрокинула чашку с кофе на папку с документами. А на остановке выяснилось: автобус, на который она всегда успевала, сегодня отменили без предупреждения – и вот она стоит у витрины, глядя на своё отражение, и чувствует, как накатывают слёзы.

«Неужели я не справлюсь? – думала она, сжимая в руках папку с бумагами. – Столько сил, столько ночей без сна… И вот так?»

В витрине за её спиной зажглись тёплые огни кофейни. За стеклом люди смеялись, листали ноутбуки, наслаждались ароматным кофе. Жизнь шла своим чередом – несмотря на её промахи, несмотря на размазанную тушь и сбившееся дыхание.

Алиса глубоко вдохнула, достала из сумки салфетку и аккуратно промокнула глаза. «Это просто день, – сказала она себе. – Один плохой день. А завтра будет новый шанс». Она поправила волосы, расправила плечи и направилась к двери кофейни – не для того, чтобы спрятаться, а чтобы выпить чашку кофе и составить новый план.

– Простите, вы в порядке? – раздался голос за спиной.

Алиса обернулась. Перед ней стоял парень в джинсах и толстовке с логотипом IT‑отдела. В руках он держал два стаканчика кофе.

– Я… – она запнулась. – Меня уволили.

– Ого. – Парень присвистнул. – И за что?

– За опоздание. – Алиса шмыгнула носом. – Хотя я всего на 47 минут…

– А, так вы из отдела кадров? – Он улыбнулся. – Я Денис. Программист. Видел вас пару раз в кулере.

– Алиса. – Она вытерла щёку рукавом. – Я была стажёркой.

– Была – это громко сказано. – Денис протянул ей стаканчик. – Кофе?

– Не надо…

– Надо. – Он вложил тёплый пластик в её ладонь. – Когда я впервые опоздал на три часа из‑за сбоя в метро, Максим Андреевич даже не посмотрел в мою сторону. Сказал: «Главное – результат».

– Максим Андреевич? – переспросила Алиса.

– Наш босс. – Денис кивнул на высотку напротив. – Если бы все руководители были как он…

Алиса машинально отпила кофе. Горячий, с нотками корицы – именно такой, как она любила.

– Спасибо, – сказала она тише. – Но мне всё равно конец.

– Почему? – Денис приподнял бровь. – У вас же опыт есть. И голова на плечах.

– Опыт? – Она горько рассмеялась. – Три недели раскладывания бумаг по папкам?

– Опыт – это не только сроки. Это то, как вы справляетесь с ударами. – Он достал платок из кармана. – Вот, возьмите.

Алиса вытерла глаза, чувствуя, как внутри что‑то медленно успокаивается.

– Знаете, – сказала она, – я даже не забрала свои вещи из шкафчика.

– Так идите за ними. А потом – в HR. Там сейчас новая начальница, Ольга Сергеевна. Она справедливая.

– Думаете, она возьмёт меня обратно?

– Не возьмёт – поможем найти другое место. – Денис подмигнул. – У меня куча знакомых в смежных компаниях. Так за разговорами они пришли обратно. Он махнул ей на прощанье рукой и бодро зашагал по коридору. Она оглянулась в нерешительности, и тут какая-то девушка сунула ей в руки папку с документами, крикнув на бегу, что это для босса.

Приёмная генерального директора выглядела как кадр из фильма про успешных людей. Чёрный кожаный диван, минималистичный стол из стекла и металла, на стене – абстрактная картина в золотых тонах.

За столом сидела та самая Ирина Львовна. Увидев Алису, она подняла брови:

– Вы что‑то забыли?

– Да. – Алиса выпрямилась. – Мои личные вещи. И… документы, которые мне передали по ошибке.

– Какие документы? – Ирина Львовна нахмурилась.

– Вот. – Алиса достала из сумки папку. – Девушка сказала, что это для Максима Андреевича.

Ирина Львовна взяла папку, бегло просмотрела содержимое и вдруг побледнела.

– Где вы это взяли?!

– Мне вручили у входа…

– Чёрт! – Ирина Львовна вскочила. – Это конфиденциальные отчёты по сделке с «ТехноПромом»! Они должны были попасть к нему ещё вчера!

Она метнулась к двери кабинета, но та резко распахнулась.

На пороге стоял мужчина.

Высокий, в идеально сшитом сером костюме, с холодными серыми глазами и волосами, аккуратно зачёсанными назад. Его взгляд скользнул по Алисе, задержался на папке в руках Ирины Львовны, и на лице промелькнуло что‑то вроде раздражения.

– Ирина Львовна, – произнёс он низким, ровным голосом. – Почему эти документы у вас?

– Максим Андреевич, тут недоразумение… – Она попыталась сгладить ситуацию. – Эта девушка…

– Я не вас спрашиваю. – Он перевёл взгляд на Алису. – Вы принесли это?

Алиса сглотнула. Вблизи он казался ещё более внушительным – словно скала, перед которой невольно хочется съёжиться.

– Д‑да, – выдавила она. – Мне передали по ошибке…

– Ошибка – это когда кофе наливают в кружку вместо стакана. – Его губы дрогнули в намёке на усмешку. – А это – халатность.

Он шагнул ближе, и Алиса почувствовала запах его парфюма – терпкий, с нотами сандала.

– Как вас зовут?

– Алиса Воронина. Я… была стажёркой в отделе кадров.

– Была? – Он приподнял бровь. – Уже уволились?

– Меня уволили, – честно призналась она.

Ирина Львовна за его спиной закатила глаза.

– За что?

– За опоздание на 47 минут.

Максим Андреевич помолчал, потом кивнул:

– Понятно. Ирина Львовна, вы свободны.

Когда дверь за ней закрылась, он указал Алисе на кресло:

– Садитесь.

Она опустилась на край сиденья, боясь испачкать дорогую кожу мокрыми брюками.

– Эти документы, – он постучал пальцем по папке, – критически важны. Если они попадут не в те руки… сами понимаете.

Алиса кивнула.

– Вы могли их потерять. Или продать. Но принесли. Почему?

– Потому что это неправильно, – просто ответила она.

Он улыбнулся – на этот раз по‑настоящему.

– Хорошо. Тогда у меня к вам предложение.

– Какое? – Она напряглась.

– Останьтесь. Будете моей личной помощницей. Зарплата вдвое больше, чем у стажёрки. Испытательный срок – месяц.

Алиса замерла.

– Но… я даже не знаю, справлюсь ли…

– Зато я знаю. – Он встал. – Вы только что доказали, что умеете принимать правильные решения в стрессовой ситуации. А это – самое ценное.

За окном всё ещё лил дождь, но Алисе вдруг показалось, что сквозь тучи пробился луч солнца.