«Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости» читать онлайн книгу📙 автора Е. А. Войниканиса на MyBook.ru
  1. MyBook — Электронная библиотека
  2. Библиотека
  3. Елена Войниканис
  4. «Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости»
image

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Стандарт

1 
(1 оценка)

Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости

711 печатных страниц

2014 год

0+

По подписке
229 руб.

Доступ к классике и бестселлерам от 1 месяца

Оцените книгу
О книге

Настоящая книга является первым в российском и зарубежном праве исследованием, посвященным формированию новой парадигмы права интеллектуальной собственности под влиянием экономики информационного общества.

Автором обосновывается тезис о свободном потоке информации как ценности, требующей правовой защиты, а также о двух базовых принципах новой парадигмы – балансе интересов множественных субъектов и гибкости методов регулирования. Вывод о потребности в системном преобразовании права интеллектуальной собственности опирается на результаты анализа обширного фактического материала и тенденций в развитии международной практики регулирования.

Рекомендовано специалистам в праве интеллектуальной собственности, ученым и студентам, а также всем интересующимся проблемами правовых условий развития науки и культуры в цифровую эпоху.

читайте онлайн полную версию книги «Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости» автора Елена Войниканис на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Право интеллектуальной собственности в цифровую эпоху. Парадигма баланса и гибкости» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Дата написания: 

1 января 2014

Год издания: 

2014

ISBN (EAN): 

9785951606808

Объем: 

1281499

Правообладатель
65 книг

Поделиться

Например, Альдум Мануций (Aldus Manutius), который первым в истории мировой типографии начал использовать курсив и выпускать книги в карманном формате ин-октаво (в восьмую долю листа), в конце 15 – начале 16 веков получил соответствующие привилегии на использование своих изобретений. Привилегии выдавались также на переводы, сокращения, издания античных авторов, книг по праву и катехизисов, т. е. текстов, которые нельзя приписать какому-либо одному автору. Бессистемная выдача привилегий привела к такой путанице, что Венецианский сенат в 1517 году был вынужден издать декрет, который снимал привилегии со всех уже напечатанных книг. В 1534 и 1537 годах последовали новые правила, ограничивающие срок, на который выдавались привилегии, десятью годами, а также уточнявшими, что в качестве новых могут быть квалифицированы только те книги, которые еще не были опубликованы полностью. «Новый режим привилегий побудил книгопечатников искать новый материал для публикаций и определил развитие рынка в направлении «новых» и «оригинальных» произведений. Вместе с переходом к современным текстам и авторским произведениям все больший вес начал приобретать вопрос о защите, скорее, содержания книги, чем ее формата»[277]. Изменился и субъектный состав обладателей привилегий: помимо издателей и книгопечатников, привилегии стали выдаваться самим авторам. За 35 лет, начиная с конца 15 века, в Венеции в общей сложности было выдано 254 привилегии, 79 из которых получили авторы. И все же говорить о том, что права авторов получали постепенное признание, было бы явным преувеличением, так как авторы того времени рассматривали самих себя как предпринимателей и стремились, скорее заработать капитал, чем защитить свое произведение и свои персональные права. Мало этого, после создания в 1549 году Гильдии книгопечатников и книготорговцев авторам стало значительно сложнее получить привилегии и сохранить контроль над публикацией своих собственных текстов. Для защиты своих прав авторам приходилось прибегать к той же аргументации, что и издателям, апеллируя к затраченному труду, средствам, экономическим рискам и т. п. О каких-то особых свойствах произведения как результата интеллектуального труда в петициях не упоминалось, «привилегии на книги продолжали в целом оставаться связанными с материальным продуктом книгопечатания и осознавались как традиционная торговая привилегия издателя, распространяемая на автора»[278].
25 мая 2017

Поделиться

Именно потому, что информация стала основным ресурсом, эксплуатация информации посредством осуществления прав интеллектуальной собственности затрагивает интересы, которые являются предметом требований, вытекающих из прав человека. Имущественные права по своей природе позволяют правообладателю запрещать всем другим использование этого основного ресурса и способны, таким образом, привести к конфликтам прав. Поясним данный тезис кратко: собственность на выражение (авторское право) вступает в конфликт со свободой выражения. Питер Драхос[400] В современной экономике информация является важнейшим ресурсом. От доступа к информации и ее эффективного использования зависит сегодня эффективность любой отрасли экономики. Жестко разграничить объекты, охраняемые правом интеллектуальной собственности, от информации в чистом виде как совокупности данных в условиях информационного общества не представляется возможным. Объекты интеллектуальной собственности, по сути, являются информационными объектами и наряду с прочей информацией включены в общий процесс информационного обмена, без которого немыслимо современное общество. С информатизацией общества тесно связано появление новых правовых коллизий в праве интеллектуальной собственности. Одной из таких коллизий является конфликт между осуществлением исключительных и личных неимущественных прав и прав человека, таких как право на свободу мысли и слова и право на информацию[401]. До сих пор не утихают споры относительно самого понятия «интеллектуальной собственности». В российской правовой доктрине принято считать, что данное понятие является условным, т. е. не имеет прямой связи с правом собственности. Данная позиция нашла свое отражение в действующем законодательстве. В части четвертой Гражданского кодекса РФ термин «интеллектуальная собственность»
11 ноября 2016

Поделиться

Именно потому, что информация стала основным ресурсом, эксплуатация информации посредством осуществления прав интеллектуальной собственности затрагивает интересы, которые являются предметом требований, вытекающих из прав человека. Имущественные права по своей природе позволяют правообладателю запрещать всем другим использование этого основного ресурса и способны, таким образом, привести к конфликтам прав. Поясним данный тезис кратко: собственность на выражение (авторское право) вступает в конфликт со свободой выражения. Питер Драхос[400] В современной экономике информация является важнейшим ресурсом. От доступа к информации и ее эффективного использования зависит сегодня эффективность любой отрасли экономики. Жестко разграничить объекты, охраняемые правом интеллектуальной собственности, от информации в чистом виде как совокупности данных в условиях информационного общества не представляется возможным. Объекты интеллектуальной собственности, по сути, являются информационными объектами и наряду с прочей информацией включены в общий процесс информационного обмена, без которого немыслимо современное общество. С информатизацией общества тесно связано появление новых правовых коллизий в праве интеллектуальной собственности. Одной из таких коллизий является конфликт между осуществлением исключительных и личных неимущественных прав и прав человека, таких как право на свободу мысли и слова и право на информацию[401]. До сих пор не утихают споры относительно самого понятия «интеллектуальной собственности». В российской правовой доктрине принято считать, что данное понятие является условным, т. е. не имеет прямой связи с правом собственности. Данная позиция нашла свое отражение в действующем законодательстве. В части четвертой Гражданского кодекса РФ термин «интеллектуальная собственность» не используется. Вместо него разработчики вводят понятие
11 ноября 2016

Поделиться