матери, мигрантки, феминистки

От автора: почему я решилась на эту книгу?

Я обычная женщина. Из писательского опыта за плечами: несколько рассказов о природе, воспоминания о дорогих людях, пара антироманов, которые так и остались в столе. Когда я задумала эту книгу, меня долго мучили сомнения. Стоит ли мне, не профессиональному социологу и не такой уж опытной феминистке, браться за сложную тему?

А потом я подумала: именно это и важно.

Когда о феминизме вещают люди с кафедр, у многих возникает ощущение: это где-то далеко, это теория. Но когда об этом говорит бывшая одноклассница, коллега, домохозяйка из очереди в супермаркете, мама, то это становится близким опытом. Я часть ткани, из которой соткана наша общая жизнь.

У меня три образования, два из них психологические. Я получала их долго и нудно: несмотря на сложные этапы, рождение ребёнка, развод, переезд в чужую страну. Я искала ответы на свои вопросы, ошибалась, снова пробовала, анализировала. И теперь мне есть что сказать.

Я не претендую на истину. Я хочу, чтобы мой опыт помог кому-то не чувствовать себя одиноким.

Пролог. 8 марта 2026 года

Этот день начался обычно. Сообщения с поздравлениями, цветы, улыбки. Но одно из них я перечитывала снова и снова. Подруга написала: «С днём нашей силы! Раньше феминизм у меня ассоциировался с крайностями. Ты показала мне больше, спасибо!»

Это именно то, что я пыталась донести годами: феминизм – не про войну с мужчинами, а про признание собственной силы и права на справедливость.

В тот же день в Вене прошёл мужской митинг против насилия над женщинами и против патриархата. Мужчины разных возрастов вышли на улицу, чтобы публично отказаться от привилегий, которые даёт им система.

Я показала своему одиннадцатилетнему сыну отрывки выступлений. Сначала он отмахнулся: «В Австрии уже нет насилия над женщинами». Но потом согласился посмотреть. И я увидела, как меняется его лицо. Мужчины говорили о своей ответственности, о том, что молчание делает их соучастниками. Сын слушал молча, а потом ушёл в комнату задумчивый.

Тогда я поняла: мальчикам не хватает живых примеров мужчин, готовых отказаться от патриархальной позиции. Поэтому я решила написать эту книгу.

Глава 1. Почему я здесь?

Я не радикальная феминистка. Я обычная женщина, которая живёт свою жизнь. Моя жизнь не так плоха, как у праматерей, не имевших никаких прав. Например, мой прадед забил свою первую жену до смерти. Ему за это ничего не было, через год он просто женился заново. Но именно потому, что я знаю их историю, я не могу молчать.

Я часто слышу от подруг: «Что тебе ещё надо? За тобой ухаживали архитекторы, доктора наук. Ты хочешь умереть одна с котом, который тебя съест?» – «Пожалуй», – отвечаю я. Подруги, опираясь на успешность мужчины, не слышат главного: что мне до его успешности, если он не хочет меня услышать?

Сейчас я русская эмигрантка в Австрии. Переехала ради бывшего мужа, когда сыну было два с половиной года. У меня не было карьеры: я была учительницей, потом мамой в декрете, вела курсы рисования. Наш переезд казался естественным: муж нашел работу, а я последовала за ним. Социально одобряемая жертва.

Когда брак распался, я ощутила последствия этой «естественности». В чужой стране без языка, без работы, без жилья, с ребёнком. И никто не сказал спасибо за то, что я пожертвовала карьерой.

Я выкарабкалась. Признание образования, виза, работа, своя квартира. Пробовала строить личную жизнь, и каждый раз я упиралась в патриархальные ожидания. Мужчины хотели, чтобы я была их эмоциональным контейнером, тылом, терпеливой слушательницей. Но не готовы были к равным отношениям.

Я перебираю в памяти этих мужчин – умных, успешных, образованных. Каждый из них по-своему хотел любви, семьи, тепла. Но ни один не был готов к равным отношениям. Потому что их так воспитали: искать женщину-контейнер, женщину-тыл, женщину-психолога, но не партнёра. И когда я отказывалась от этой роли, отношения рассыпались. Это не про «плохих» мужчин. Это про систему, которая производит их такими.

Я устала объяснять, устала доказывать, устала натыкаться на стену непонимания. Поэтому я пишу.

Глава 2. Что такое патриархат и почему мы его не замечаем?

Когда я говорю о феминизме, слышу: «Чего вы ещё хотите? У вас всё есть!» Представьте разговор о рабстве в XIX веке: «Раньше вы вообще не ездили в автобусах, а теперь вам можно садиться». Абсурд? Так же звучат аргументы о «равенстве», которого якобы достигли.

Патриархат – это система, где мужская норма считается универсальной, а женский опыт: частным, неважным. Система не кричит о себе, она просто есть. В очередях в женские туалеты, которые всегда длиннее, потому что проектировщики-мужчины не учли физиологию. В том, что женщинам приходится доказывать компетентность там, где мужчина эксперт по умолчанию. В том, что от матери ждут самопожертвования, а от отца «помощи» по дому.

Привилегия – это возможность не замечать проблему. Человек, проходящий в пустой мужской туалет, никогда не поймёт, каково стоять в очереди и опаздывать. Это маленький пример, но он иллюстрирует главное: патриархат держится на инерции и отсутствии осознанности. Это система, которая воспроизводит себя через воспитание, язык, нормы, которые мы перестали замечать. Пока мы не начнём называть вещи своими именами, ничего не изменится.

Многие мужчины боятся, что феминизм отнимет привилегии. Но не видят обратной стороны: те же привилегии делают их заложниками. Мужчина обязан быть добытчиком, не имеет права на слабость – это тоже патриархальная ловушка. Отказ от привилегий – не потеря, а освобождение для всех.