Она не была избранной. Она была девушкой, которая слишком долго жила в тени собственного страха, чтобы поверить в свою силу. Но он смотрел на нее так, словно видел свет там, где она сама давно похоронила его. И ради этого взгляда она была готова отдать все, что у нее было – включая саму себя.

Вторая книга дилогии

Глава 1

– Вы меня не слушаете! – вскрикнула я, вскакивая со стула, из-за чего тот пошатнулся и практически упал на пол. – Я говорю вам, что целительница с ними заодно!

– Арчи, успокой свою подопечную, – отмахнулась от меня Клара Гриндейл, словно я была навозной мухой. Беллами даже не шевельнулся и знал, что получит, если попытается.

– С какого черта он вообще должен меня успокаивать? Умерло еще два человека из академии, а вы делаете вид, что ничего не произошло! – воскликнула я, едва сдерживая себя, чтобы не врезать женщине из совета по ее хорошенькому лицу.

Почему они всегда бездействуют?

– Вы еще не знаете пределов своей силы, постоянно расходуете ее, выпили всего два отвара, вас похитили, а теперь вы обвиняете целительницу в том, что это она налила вам что-то не то? Она работает здесь уже пятнадцать лет, в то время как вы, леди, здесь даже не пробыли еще год. Как думаете, я буду верить ей в том, что к ней в палаты ворвался мужчина в черной мантии, или вам с вашими теориями заговора? – Ее глаза опасно и предостерегающе сверкнули. – Вы постоянно пьете эти отвары. Может, они вам уже не помогают.

– Я думаю, вы должны верить здравому смыслу, – взорвалась я. – Я выпила этот отвар и через минуту оказалась в отключке.

– Мисс Прескотт, я думаю, вам надо отдохнуть и хорошенько подумать над своими обвинениями еще раз, – монотонным голосом произнесла Гриндейл.

– Отдохнуть? Подумать? Что-то я не вижу ситуации, в которой я могу так сделать! А может, вы тоже с ними заодно? – Я оперлась руками на стол, с неподдельной яростью вглядываясь в глаза женщины. – Ни одной гребаной эмоции сожаления на вашем лице. Вы даже не попытались состроить удивление, когда мы вам обо всем рассказали.

Клара Гриндейл медленно откинулась в своем кресле. Ее пальцы с идеальным маникюром спокойно сложились на столе домиком. Она выглядела уставшей от моей истерики, но ни в коем случае не оскорбленной.

– Мисс Прескотт, – снова обратилась ко мне она. – Вы пережили травму. Вы видели смерть. Ваша психика ищет виноватых. Это естественно. Но обвинения, которые вы бросаете, чреваты серьезными последствиями. Для вас. Ванесса пользуется безупречной репутацией. Она выхаживала студентов после инцидента в зале Сердец. Она лично наблюдала за вашим восстановлением. Утверждать, что она могла подмешать вам что-то... Это не просто ошибка. Это клевета.

– А мертвые студенты? – выдохнула я, мой голос дрогнул от бессилия. – Их тоже списать на «травму»? На то, что им просто не повезло?

– Расследование ведется, – безучастно отрезала Гриндейл. – И ваша истерика ему не помогает. Напротив. Ваши бездоказательные обвинения в адрес персонала академии могут быть рассмотрены как попытка помешать следствию или запутать следы. Вам это надо?

– Вы угрожаете ей, мисс Гриндейл? – Арчи медленно поднялся со своего кресла.

– Арчи, ни в коем случае. Я просто говорю, что мисс Прескотт надо отдохнуть и дать выполнить свою работу компетентным людям, – с ним она разговаривала гораздо мягче, чем со мной, потому что его она опасалась. Я же в ее глазах была просто букашкой, которую можно послать на все четыре стороны и заявить, что я сбрендила из-за пережитого стресса.

– Меня похитили прямо из крыла, – прошипела я, чувствуя, как слезы гнева подступают к глазам. – Кто-то знал маршруты патрулей. Кто-то знал, где я нахожусь. Или вы думаете, это тоже совпадение? Случайность?

Из Гриндейл вырвался тяжелый вздох, будто она устала объяснять урок непонятливому ребенку.

– Академия – не крепость, мисс Прескотт. Мы учим магии, а не ведем осаду. Угрозы существуют. К сожалению, не всегда удается их предотвратить. Ваша безопасность, как и безопасность всех студентов, – наш приоритет. Но мы не всесильны.

– Я требую созыва всего совета в связи с инцидентом, – выдержав паузу, проговорил Арчи. – В академии становится небезопасно.

– Я вас услышала, – Клара сузила глаза, осматривая нас обоих не самым дружелюбным взглядом.

Мы наконец выбрались из этого злосчастного кабинета.

– Старая стерва, – вырвалось из меня, когда мы отошли.

– Ей тридцать восемь.

– А выглядит на пятьдесят девять, – фыркнула я, поджимая губы. – О чем-то это да говорит.

Арчи беззвучно хмыкнул и аккуратно переплел наши пальцы, словно боясь, что я его оттолкну, дай мне на это волю. Но, если честно, в данной ситуации, после всего произошедшего, чего у меня не было, – так это сил, чтобы злиться на него в данный момент или выяснять отношения. Он был нужен мне рядом, а не по другую сторону баррикад.

– Джейс скоро будет здесь и принесет тебе те травы, что ты пила после установки купола, – тихо сообщил парень, пропуская меня в свою комнату. – Тебе что-то нужно?

– Нет, – я резко помотала головой из стороны в сторону, разрывая точку нашего соприкосновения, и сразу же отправилась в ванную комнату, останавливаясь у раковины.

Я с особым остервенением терла грязные руки, смывая кровь и застрявшую под ногтями землю, а затем включила душ, разделась и просто села под бьющий поток, думая, что мне это хоть как-то поможет не сойти с ума.

Всепоглощающая вина поедала меня изнутри. За то, что позволила себе за сутки до произошедшего уйти в то состояние; за то, что сделала это из-за боязни остаться в одиночестве, пошла на поводу у своих эмоций, а не потому, что это помогло бы в бою или в чем-то подобном. За то, что медлила и долго размышляла, что делать, когда, вероятно, хотя бы могла попытаться помочь. За то, что была слишком слабой как морально, так и физически.

Я ведь выбрала себя? Я выбрала не уходить в «пустоту» снова, потому что, как сказал Арчи, больше бы не вернулась. Я бесповоротно облажалась. Лучше бы я предприняла хотя бы попытку что-то сделать, чем не сделала вообще ничего.

Мои пальцы вцепились в плечи, ногти впились в мокрую кожу, пытаясь вызвать физическую боль, которая могла бы перебить другую. Но боль от ногтей была острой, чистой. А та, что сидела внутри, – тупой, гниющей глыбой, которая постепенно разъедала все на своем пути.

Я прижала ладони к лицу, пытаясь заглушить рыдание, которое рвалось наружу. Но звук, который вылетел из меня, был похож на беззвучный хрип, полный такой немой агонии, что от него сжалось горло.

Я медленно поднялась, не зная, сколько прошло времени. Вся ванная комната заполнилась паром, а тело покрылось красными пятнами из-за кипятка, который я на себя лила. Я обнаружила аккуратно сложенные полотенца, а также футболку и шорты из моего шкафа. Когда я только заходила в душ, их здесь не было.

Я вытерлась, оделась и замерла, держа дверную ручку. Казалось, когда я открою эту дверь, реальность еще раз обухом стукнет меня по голове. Сделав глубокий вдох, а затем выдох, я вышла в комнату, где меня ждал переодевшийся Арчи. Отчетливые следы на его шее, руках и запястьях свидетельствовали о том, через что он недавно прошел. Я содрогнулась, вспоминая, как, едва дыша, он умолял меня не терять себя во второй раз.

– Поговори со мной, – попросил он, когда я села рядом с ним на кровати. Его теплые руки коснулись моих, что снова стали ледяными, а затем его пальцы прошлись по малиновым отметинам на моих запястьях.

– Как думаешь, если бы… если бы… – Я не знала, как произнести это вслух.

– Если бы ты попросила оставить в живых ее, не убил бы он ее и того парня? – словно прочитав мои мысли, спросил Арчи, и я кивнула. – Убил бы. Это уже не человек, Эль, у него отсутствуют любые моральные принципы, и он никогда не стал бы всерьез ставить тебя перед настоящим выбором. Это была игра, в которой ты заведомо проиграла. Ты слышала: он не убил нас обоих только по той простой причине, что ты зачем-то нужна им.

– Но я… я сказала… – Голос снова подвел меня, превратившись в шепот. – Я произнесла это вслух.

– Да, – мягко произнес он, касаясь моей щеки и заставляя посмотреть на него. – Ты попросила оставить меня в живых вместо нее, и теперь ясно, что он это использовал, чтобы сломать тебя. Чтобы ты чувствовала вину за то, что тебе вообще пришлось выбирать. За то, что ты выбрала не ее.

– Самое ужасное заключается в том… – Из меня вырвался то ли хрип, то ли всхлип. – Кинь меня в ту ситуацию еще раз, и я бы все равно выбрала тебя, Арчи. Я бы ни за что не дала тебе умереть.

Это было ужасное признание. Признание в том, что моя привязанность к нему была сильнее морали, сильнее справедливости, сильнее самой жизни другого невинного человека. И от этой правды стало невыносимо стыдно.

Я выбрала нас, а не их.

Речь не шла о сотнях людей, как в тот раз, когда мы шли из зала Сердец той нелепой компанией «спасать мир». Речь шла лишь о двух людях, которые ни в чем не были виноваты и оказались просто не в том месте и не в то время. И теперь были мертвы.

И самое дурацкое, что однажды я уже приняла решение, что не готова жертвовать им ради жизни другого человека. Теперь, казалось, спасение Ады было репетицией, но тогда я все равно сделала… хоть что-то, чтобы вытащить ее.

Я ждала, что он отшатнется. Что в его глазах появится ужас или, в лучшем случае, жалость. Но он не дернулся. Его пальцы на моей щеке не дрогнули. Он лишь медленно закрыл глаза, как будто приняв на себя удар, и тяжело выдохнул.

– Я… – Я втянула в себя побольше воздуха, а затем начала бессвязно бормотать. – Я т-так виновата перед ней. Я… если бы не ушла в «пустоту», я была бы полна сил и…

– Ты ушла из-за меня. Ты не была полна сил, и я не проследил за тем, что ты пила, как делал всегда. Но все это ведет к одному: если бы да кабы, Эль. Все равно бы кто-то умер, потому что это не просто фанатики, решившие собраться вечером в баре. Большая часть из них – черные маги и, вероятно, если бы я не стал их взрывать, то умерло бы гораздо, гораздо больше людей из академии, чем двое.

Он был прав, и головой я это понимала, но сердце кричало и продолжало разрываться от чувства вины и горечи. Я уткнулась лбом в его плечо, снова расклеиваясь и начиная плакать, и тогда Арчи подтянул меня к себе и пересадил к себе на бедра, крепко обнимая.

Я тихонько всхлипывала, и он молча держал меня, не позволяя мне окончательно сойти с ума. Я не знала, сколько минут так прошло, но оторвалась от него только тогда, когда услышала знакомый голос за дверью.

Я медленно сползла с Арчи, и он оставил на моих щеках нежные поцелуи, прежде чем открыл дверь новоприбывшему.

– Что за срочность? Что случилось? – поинтересовался Джейс, заходя внутрь. Он застыл, осматривая нас обоих, и его лицо приобретало все более хмурые черты с каждой секундой. – Ты что с ней сделал?

– В данный момент времени – ничего, – Арчи забрал из рук друга аккуратно свернутый свиток с травами и вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.

– Эль? – Саттон перевел взгляд с двери на меня, и я глубоко втянула в легкие воздух, кивая ему на диван.

– Подождем Арчи, ладно? Я не смогу это рассказать, – понурив плечи, произнесла я.

Джейс медленно кивнул и сел рядом со мной.

***

– Что-то во всем этом не сходится, – Саттон мерил шагами комнату, уже третий раз прогоняя всю эту историю заново. Эдрис и Винс тоже присоединились к нам.

Я молча сидела, подобрав под себя ноги, и пила очередной дрянной напиток, который в этот раз и правда помогал мне. Я буквально чувствовала, как каждая клеточка моего тела насыщается жизнью и силой, чего не было с тем отваром, который наливала мне Ванесса. И это снова наталкивало меня на мысль, что она дала мне что-то не то специально. Что это все был огромный план.

– В прошлый раз они пытались проникнуть внутрь посредством Сирены, которая забрала бы облик студента. Они хотели что-то забрать, чтобы открыть постоянный разрыв в границе между мирами, – вновь проговорил Джейс задумчиво. – Что если… что если они в этот раз хотели сделать все иначе? Пробить купол академии посредством ритуала, в котором бы пролилась кровь магов, обладающих разными силами? Но зачем тогда им нужна была Эль? Ведь там был еще один маг из Скотади.

Эдрис в очередной раз тыкнул меня в бок, и я отмахнулась от него, хмуря брови. Его глаза так и спрашивали «что с тобой?», но я молчала, как молчал и Арчи. Никто из нас двоих не стал делиться тем, как сильно я расклеилась и как сильно на меня повлияла вся эта ситуация.

Хотя Эдрис большую часть времени был заносчивым придурком, в тот период, когда мы проводили с ним и Хаффи время вместе, наши отношения на самом деле изменились. Может, мы все еще не были лучшими друзьями, но этот человек оказался не настолько поверхностным, каким хотел изначально казаться.

– Что вы не договариваете? – Новар наклонился к моему уху, и я поджала губы.

– Какого черта, Эдрис? – прорычал Арчи, и тот сразу отодвинулся от меня на большое расстояние, поднимая руки в сдающемся жесте. Я метнула в Беллами недовольный взгляд, но тот даже не смотрел на меня. Все его внимание сконцентрировалось на друге, словно он не просто разговаривал со мной, а прямо тут перед ним облапал меня.

– Арчи, – предостерегающе позвала его я, на что он цокнул языком и призвал Джейса продолжить свое рассуждение.

Я ощущала, что Арчи был на пределе своих эмоций, как и я, хотя старался сделать вид, что это не так. Именно поэтому я не стала больше ничего говорить, ведь это было бессмысленно. В любой другой ситуации он бы даже бровью не повел в нашу сторону.

– Что бы там они ни придумали, нам в любом случае придется это узнавать не у преподавателей и даже не у совета, потому что эти придурки редко когда могут вынуть голову из задницы и увидеть дальше своего носа, – фыркнул Арчи. – Я знаю единственного человека, который был связан с Синклит напрямую и который может дать хоть какие-то ответы.

– Эзра? – уточнил Винс, но Арчи отрицательно покачал головой.

– Эзра точно так же, как и мы, обычно по крупицам собирает любую информацию и не был связан с ними, – Джейс задумчиво почесал затылок. – Значит, ты хочешь связаться с Дорианом?

– С ним невозможно связаться отсюда. К нему можно только прийти и надеяться, что он не убьет тебя раньше, чем ты ступишь на его порог, – выдохнул Арчи. – Джейс, сделай все таким образом, чтобы выглядело так, словно мы с Прескотт будем в Сабрии. Сегодня ты заберешь ее с собой. Пусть ее подлатают как следует, а завтра мы с ней отправимся дальше.

Все слова проходили мимо моих ушей. Я уткнулась головой в свои коленки и просто делала вид, что понимаю, о чем идет речь, и не против того, что мы куда-то там отправимся. Мне было все равно. Абсолютно наплевать, и это было… никак. Я ничего не чувствовала на этот счет.

***

Когда мы оказались в Сабрии с Джейсом, я выпила очередной отвар и легла спать, ведь тело ломило от усталости, а глаза слипались. Во сне мне только и делали, что снились события минувшего дня. Окровавленное тело Дафни в моих руках, ее закатившиеся глаза, а также жуткие тени, что сжимали горло Арчи, лишая его жизни.

Не знаю, сколько раз я просыпалась в холодном поту, а затем снова проваливалась в болезненный сон. Сколько раз я кричала и сколько раз ко мне приходил Джейс, я тоже не знала. Он оставил своего солдата охранять дверь в комнату Беллами «на всякий случай», и этот случай наступал за ночь несколько раз, пока мне не дали сильное успокоительное снадобье.

Я устала. И не знала, как мне теперь жить дальше.