Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения — случайность.

***

Уважаемые читатели, современный роман «Майя» является продолжением остросюжетного романа «Тьма в отражении души». Для полноты картины рекомендуется начать знакомство с героями с книги «Тьма в отражении души».

***

Жизнь — весьма непредсказуемая штука. Никогда не знаешь, откуда набегут тучи, чтобы пролить свои слезы. Но в то же время жизнь дает нам возможность отогреться на солнце после грозы и посмотреть на этот бренный мир совершенно другими глазами.

Глава 1

Вадим

Поездка на кладбище — не самое приятное занятие, тем более когда ты едешь туда к отцу и сестре. Я уже был у них весной после Пасхи и, откровенно говоря, сегодня ехать туда не собирался, но ночью мне приснился странный сон, побудивший меня заехать на могилу сестры в день ее рождения. Пошел уже четвертый год со смерти Лизы, а я никак не могу привыкнуть к тому, что ее больше нет. Такое чувство, словно Лиза просто уехала куда-то далеко и однажды вернется, — но это, конечно же, иллюзия. Мы дружили с самого детства. Наш отец научил нас уважать и поддерживать друг друга, и мы всегда так поступали. Даже если ссорились, непременно вскоре мирились. Мне не хватает Лизы. Ее заразительного смеха, легкого отношения к жизни, поразительной самоиронии, отзывчивости и доброты. А когда я вспоминаю, при каких обстоятельствах она умерла, внутри все переворачивается.

По дороге на кладбище я заехал и купил две корзинки с живыми цветами. При жизни Лиза очень любила цветы. Оставив машину на парковке, я неспешным шагом последовал к могилам. Сегодня солнечный и теплый летний день — ну, где еще со своим загруженным графиком я могу погулять, кроме, как ни на кладбище. Неплохая пища для размышления. Мир мертвых словно намекает: всех денег никогда не заработать, Вадим, подумай о том, что тебе действительно приносит радость. А в самом деле, что меня по-настоящему радует? В последнее время я затрудняюсь ответить на этот относительно простой и в то же время сложный вопрос.

Еще издалека я заметил ее стройную фигуру, и сердце мое тут же забилось в ускоренном темпе. Я жадно разглядывал ее, страшась, что ошибся и у могилы сестры стоит не она, но Всевышний сегодня был ко мне невероятно добр. Майя стояла ко мне спиной и не видела моего приближения. Столько времени прошло с тех пор, как мы расстались, а чувства к ней так до конца и не остыли. С горечью признаю, что много лет назад проявил слабость и потерял Майю, — и эта боль теперь со мной навсегда. Да, у меня были женщины после нашего разрыва, но ни одна из них так и не смогла проникнуть в мое сердце. После того как Майя переехала во Францию, я попытался воскресить умерший брак, но безуспешно. Позже кое с кем встречался, но без эмоциональной привязанности. Спустя время после смерти сестры я познакомился с приятной девушкой и даже поддерживал с ней довольно длительные отношения, но так и не смог впустить ее в свою жизнь полноценно. После нашего разрыва у меня были лишь короткие, ни к чему не обязывающие связи. А в последние несколько месяцев у меня вообще полное затишье в личной жизни. Можно смело сказать, что я рискую превратиться в монаха: работа — дом, вот и все мои интересы. Так уж вышло, что за все это время у меня так и не возникло истинного желания снова жениться, ну или хотя бы с кем-нибудь начать жить под одной крышей. Я даже на ночь у себя никого не оставлял. А в новый дом вообще никого не приводил, словно там не место для пустых связей. К сожалению, ни одна женщина не способна дать мне те же яркие ощущения, которые я испытывал в отношениях и близости с Майей. Она настолько мой человек и душой и телом, что ни одна другая априори не способна ее заменить — и это моя боль, с которой я живу уже много лет.

Как только я приблизился, Майя обернулась. Увидев меня, она явно удивилась, но сразу же улыбнулась. И я не поскупился на улыбку:

— Майя, привет, — прошел за оградку.

— Вадим, ну надо же. Сколько лет не виделись…

— Больше трех лет.

Я поставил корзины с цветами на могилки и подошел к Майе. Не был уверен, что Майя захочет со мной обниматься, но она проявила инициативу.

— Ну привет, — обняла меня.

Я даже вздохнул от облегчения. Прижал Майю к себе и вдохнул ее неповторимый аромат. Эта женщина — мой наркотик, и ничто не способно меня излечить. Нет сомнений, после нашей встречи мне будет очень больно, ведь у нас нет шанса быть вместе: Майя — несвободная женщина. Но я готов на все, лишь бы иметь хотя бы мимолетную возможность с ней соприкоснуться.

Вспомнился день, когда я узнал, что она выходит замуж. Тогда я и принял решение отстраниться от нее. Отписался от ее социальных сетей и заставил себя больше не интересоваться ее жизнью. Я знал, что у нее все хорошо и я точно ей не нужен. Полагаю, сейчас я тоже ей не нужен, но это не мешает мне желать ее как женщину. Время идет, а зависимость моя не лечится. Ясно как божий день: мне с ней ничего не светит, что бы я для нее ни сделал.

Майя не спешила разжимать объятия, и я был этому только рад.

— Я так соскучилась по тебе. Очень рада тебя видеть, — слегка отстранилась и посмотрела в мои глаза.

Если бы она только знала, как сильно соскучился я и насколько рад нашей встрече. Я разглядывал ее лицо и лишний раз убедился, как она красива и сексуальна. Майя — мой идеал. Поразительно, сколько же радости и боли может принести одна и та же женщина. Я был по-настоящему счастлив, когда мы встречались, и даже планировал на ней жениться, но после нашего расставания были только пустота и некий суррогат отношений, не имеющий ничего общего с истинными чувствами. Словно я по природе своей не способен испытать ничего и близко похожего с другой женщиной. Такая внутренняя преданность одной и той же женщине поистине награда, но только в том случае, если ты на ней женат. В моем же случае — это проклятье.

— Я тоже, Майя, очень рад, что мы встретились. Пусть даже и при таких обстоятельствах.

Она вздохнула и отступила от меня:

— Знаешь, многие не любят бывать на кладбище, некоторые даже боятся его посещать, а я нахожу в этом процессе некое успокоение. Да, мне невероятно больно вспоминать о своей утрате, но тишина здешних мест словно убаюкивает и намекает, что мир мертвых всего лишь порог, через который нужно перешагнуть, чтобы попасть в другую реальность. Я не верю, что после смерти все заканчивается. Хочется надеяться, что путь души настолько же бесконечен, насколько непредсказуем. В моем представлении Лиза живая, просто находится в другом месте.

— Ты красиво говоришь. У меня тоже есть ощущение, что моя сестра жива. Чего не могу сказать об отце — наверное, это потому, что он уже давно ушел и воспоминаний о нем не так много.

Майя лишь с пониманием кивнула.

— Ты принесла очень красивый букет. Лизе бы понравился.

— Твоя корзинка ей тоже пришлась бы по вкусу. Я обратила внимание, что, когда бы сюда ни приехала, тут всегда идеально чисто и нет никаких сухих цветов. Вадим, кто убирает на могилах?

— София Александровна — частый гость на кладбище.

— Да неужели?! — Майя удивилась. — Ты ничего не путаешь?

— Поверь, не путаю. София Александровна после смерти дочери в веру ударилась. Посещает все воскресные и праздничные службы, постится и каждый день молится. Она звонила мне перед Пасхой, сказала, что все тут убрала, и попросила по возможности перевести пожертвование на Храм во славу Божию и на спасение моей души. Я перевел.

На Лице Майи воцарилось неприкрытое изумление:

— Мне кажется, что мы с тобой говорим о разных людях.

Я даже слегка усмехнулся. М-да, никто и никогда не подумал бы, что эта яркая и эгоистичная женщина способна на такие подвиги. Чего не сделаешь ради спасения души! Если Майя далека от общения с Софией Александровной, то мне она после смерти Лизы с некоторой периодичностью звонит. В основном, конечно, по кладбищенским делам. Моя мачеха считает своим долгом передо мной отчитаться и доложить, что убрала на могилах первого мужа и родной дочери. Наверное, так она пытается загладить свою вину за безразличное отношение к Лизе при ее жизни и полное отсутствие инициативы во время ее похорон. Когда Лиза умерла, ее мать осталась полностью безучастной, и всю организацию похорон я взял на себя. Тогда София Александровна вела себя так, словно хоронит чужого человека. Понятия не имею, что именно на нее повлияло, но эта странная женщина с годами становится настолько непредсказуемой, что от нее можно ожидать чего угодно. Мой покойный отец безумно ее любил (даже нас с мамой бросил ради нее), и, когда он был жив, мы все вместе вполне неплохо общались, но после его смерти мачеху словно подменили. Ладно еще то, что ей стало абсолютно плевать на меня — я это давно пережил, но она и родную-то дочь в упор перестала замечать. Главное место в ее жизни занял новый мужик, и все внимание принадлежало исключительно ему. Благо я к тому времени уже сам зарабатывал и хоть немного помогал сестре материально, а то Лиза осталась бы зимой без теплой обуви, ведь ее родной матери было плевать на то, что дочери в прямом смысле слова нечего обуть. Со временем я стал зарабатывать значительно больше и взял все финансовые обязательства за сестру на себя, вплоть до того времени, когда она сама не начала себя полностью обеспечивать. Я знал, что, кроме меня, Лизе не на кого положиться, и искренне ее поддерживал.

— Жизнь меняет людей. Она стала очень набожной.

— Она сама тебе об этом рассказала?

— Да. Ну и еще раз пять, может, и шесть-семь (не вспомню точно) она просила перевести деньги на пожертвование — я не жадничал.

— А ее дикий муж жив?

— Да что с ним будет?! Такие долго живут.

— И то верно.

Было заметно, что такой поворот событий произвел на Майю своеобразное впечатление. Она задумчиво произнесла:

— Поразительно, как жизнь способна поменять человека.

— Не то слово.

Хотя мы стояли напротив могил, я, словно подросток, украдкой старался рассмотреть Майю. С годами она только расцветает и хорошеет. Я понимал, что у нас нет будущего, но был рад просто находиться с ней рядом. Мне было интересно узнать, как она живет, но я не решался закидывать ее вопросами. В диалоге возникла пауза, и я забеспокоился, что Майя попрощается и уйдет. Очень не хотелось ее отпускать. Признаться, не помню, когда в последний раз так сильно волновался:

— Ты спешишь? Может, пообедаем где-нибудь и хоть немного поболтаем. Я потом отвезу тебя домой.

— Я не спешу и с удовольствием с тобой пообедаю, но отвозить меня не нужно — я на машине.

— Давно водишь?

— Почти два года.

Глава 2

Майя

Приветливая и миниатюрная хостес, словно почувствовав, что нам с Вадимом будет гораздо комфортнее общаться в некой уединенности, проводила нас к столику в самом конце зала. Вряд ли наша беседа имеет шанс остаться поверхностной. Мы давно не виделись, и нам действительно есть что сказать друг другу. Не думаю, что мы продолжим общаться после сегодняшней встречи, ведь у каждого из нас уже давно своя жизнь, но, полагаю, разговор по душам пойдет нам на пользу. Прошло уже столько времени с нашего расставания, и боль вроде как стерлась, но чувство теплой привязанности никуда не исчезло. Вадим — особенный мужчина в моей жизни, и, сколько бы ни прошло лет, я не могу до конца отпустить воспоминания о нем. Тем не менее, теперь между нами пустота, и нет Лизы, которая передавала бы нам новости друг о друге, так что, скорее всего, этот обед поставит очередную прощальную точку в нашей трагичной истории. Что поделать?! Такова реальность. Пусть будет как будет. Я благодарна и за то малое, что нам дано. И если быть с собой до конца откровенной: мне действительно хочется побыть хоть немного вместе с Вадимом. Просто поговорить. Ощутить его сильное плечо рядом. А потом снова пойти своим путем.

Разместившись за столиком напротив друг друга, мы поспешили сделать заказ, чтобы как можно скорее приступить к беседе. Я первая закидала Вадима вопросами:

— Расскажи о себе. Как живешь? Как дети?

Вадим улыбнулся:

— А может, мне следует пропустить даму вперед?

— Не сегодня. Начнем с тебя.

— Как скажешь, — он вздохнул. — Я, как видишь, все еще не женат, — он указал на свой безымянный палец правой руки. — Бывшая, наконец, вышла замуж и переехала в Дубай.

Я улыбнулась:

— Надо полагать, удачно вышла замуж?

Вадим кивнул, но на улыбку мою не ответил:

— Да, мужик ей попался хороший и при деньгах, но у нее не все так радужно складывается. Вероника родила недоношенную девочку. Сейчас с ребенком вроде все в норме, но они активно занимаются ее здоровьем. Кроме того, недавно у Вероники диагностировали сахарный диабет. Теперь она на инсулине.

С моего лица сошла улыбка. Конечно, я не радовалась проблемам Вероники, но у меня промелькнула мысль: закон бумеранга никто не отменял! Не все в нашей жизни измеряется деньгами. Есть вещи, которые не купить ни за какие деньги. Честно говоря, я не чувствовала по отношению к этой женщине ничего — внутри абсолютно пусто. Прошли те времена, когда я безумно ревновала и желала, чтобы Вероника находилась как можно дальше от Вадима. Сейчас она живет далеко, но и мне уже все равно.

— Твоим сыновьям нравится жить в новой стране? Как у них складываются отношения с отчимом?