Читать книгу «Особые обстоятельства» онлайн полностью📖 — Екатерины Васиной — MyBook.
image

Глава седьмая

Мы отделались малой кровью. Помимо первого солдата, потеряли еще двух, многих потрепало, но серьезных ранений не было. В лесу опять воцарилась тишина, но на этот раз мирная, с щебетанием птиц. Лишь из кареты слышалось, как натужно выворачивает Тильду. Дианта бегала, опорожняя горшок и принося ей холодной воды. Сама танцовщица выходить из кареты на воздух категорически отказалась. Но ее понять можно, от одного вида кучи, в которую свалили остатки умертвий, тошнило не только Тильду, но и нескольких солдат. Дианта держалась молодцом, еще раз убеждая меня в том, что она – сильная девочка.

Те, кто не получил ранения, стаскивали ветки для костров. Требовалось сжечь останки – как погибших, так и умертвий. Если некрос вернется, то поднимет всех. К сожалению, ему удалось уйти. Один из магов подобрался к нему близко и сумел ранить. Лишь потеря концентрации некроса и его контроля над нежитью спасли нас всех, иначе мы еще долго бы отбивались от ползающих отрубленных конечностей. Пусть зубов у них нет, но они способны задушить, смыкая пальцы на шее, да и от царапин приятного не стоит ждать. Мало ли какую гадость могут занести.

Потому я наведалась к целителю. Вроде и неглубокая царапина, но горела огнем.

– Ты как? – хмуро спросила Аррша, пока мы с ней сидели на траве и ждали своей очереди. Целители в первую очередь занимались теми, у кого раны были глубокими, а кровотечение – сильным. Орчанке коготь умертвия распорол щеку. Ничего, залечат так, что и шрама не останется.

– Жить буду, – ответила я хмуро.

Отыскала взглядом Риграсса. Он не был в числе раненых и стонущих. Стоял в стороне и мрачно поглядывал по сторонам. Поймав мой взгляд, чуть кивнул. Я тоже слегка наклонила голову, давая понять, что все в порядке. Рядом сквозь зубы выругалась Аррша: к ней подошел целитель и сразу стал залечивать рану, не прибегая к обезболивающим заклинаниям. Я же решила еще раз сходить и проверить, как там Тильда и Дианта.

На обратном пути дорогу мне заступил Иррилий, протягивая мой клинок, добытый из умертвия. Я бы и сама его забрала, но было приятно, что очистил от слизи.

– Благодарю, – сказала сухо, забирая оружие, и чуть не подпрыгнула, когда дипломат перехватил мою руку.

– Вас ранили?

– Царапина. – Я попыталась освободиться, но хватка пальцев оказалась железной. И чего он вцепился в меня хуже умертвия?!

– У меня есть хорошая мазь, идемте.

– Целитель сейчас обработает, – заупрямилась я. – Отдайте тем, у кого ранения посерьезнее.

– На всех не хватит, и я ею дорожу, она не раз выручала.

– Тогда не стоит на меня тратиться! – шипела я, вынужденная за ним идти. Руку этот гад так и не отпустил. Ну не драться же с ним на потеху окружающим. И так вон уже маги странно косятся.

– А это уже не вам решать, – высокомерно ответил этот нарров дипломат.

Так и хотелось наподдать ему, но возобладал здравый смысл. Эльфы славились не только красивым бельем, но и знанием лекарственных трав, мази и настойки из которых стоили безумно дорого.

Мы подошли к его лошади, и Иррилию пришлось меня отпустить. Он достал из притороченной к седлу дорожной сумки баночку с мазью. Отвинтил крышку, являя подозрительную субстанцию зеленого цвета, но пахло хорошо – травами.

– Давайте руку. – Он зачерпнул мазь деревянной лопаткой, которую достал из холщового мешочка.

Боги, скажи мне еще утром, что прославленный дипломат будет меня лично лечить, покрутила бы пальцем у виска.

– Арджана, не упрямьтесь, – мягко попинал на мою недоверчивость Иррилий. – Это поможет. Вы помогли в бою мне, я помогаю вам.

– Не заставляйте меня жалеть, что не промахнулась, – проворчала я, нехотя протягивая руку, и тут же зашипела сквозь зубы от неожиданности. По ощущениям наложили не мазь, а раскрошенный лед.

Но моментально обжигающий холод превратился в приятную прохладу. А жжение почти прошло. Я даже облегченно выдохнула.

Иррилий тем временем вернул мазь обратно в мешочек, приговаривая:

– Сейчас она высохнет и застынет пленкой. Не мочите и не трогайте ее. Рану не накрывайте, пусть будет на воздухе. Вечером остатки можно смыть.

– Что это такое?

Я впервые сталкивалась с подобной консистенцией. Обычно мази густые, жирные, а тут нечто желеобразное.

– Поверьте, вам лучше не знать.

Я продолжала настойчиво смотреть на дипломата. Он серьезно думает, что этой фразой отвадит мое любопытство? Я его мазь на кожу нанесла!

– Вытяжки из водорослей и секреций некоторых видов моллюсков, питающихся останками…

При слове «останки» меня замутило, и быстро подняла руку, останавливая его:

– Мне лучше не знать.

На губах Иррилия появилась коварная улыбка, но я была благодарна, что он удержался от замечания: «Я же говорил».

С неба раздался недовольный клекот. Девочка недовольна, что я услала ее, и высказывает возмущение. Да, обидно, наверное, когда внизу сражаются, а ей нельзя.

– Вижу, вы своего сокола услали на время битвы.

– Да, умертвия не те противники, с которыми ей стоит сталкиваться.

– Рад, что вы заботитесь о ней. Вы не думали о том, что такое путешествие может быть для нее опасно?

– Это вы к чему? – тут же насторожилась я.

– В горах много хищных птиц. Подумайте о том, чтобы оставить ее на время поездки в надежном месте.

– Это в каком? – уже понимая, к чему он ведет, спросила я.

Ах ты, нарров дипломат, ежучий сын!

– Мы будем проезжать через Вечный лес. В наших землях сокол переждет в безопасности. Я бы мог написать сестре, она ее приютит. Как раз познакомилась бы с самцом ахана…

Вся благодарность к эльфу испарилась без следа. Кто о чем, а он о своем! Наверное, и мазью намазал для того, чтобы прониклась. С чего бы еще этому гордецу проявлять заботу обо мне?

И главное, такой тон невинный и глаза честные! Так и тянет поверить!

Правильно говорят: слушай дипломата мозгами, а не душой.

– Я подумаю насчет безопасного места, – холодно ответила ему. – Только где оно – не вам решать.

Окатив напоследок ледяным взглядом, ушла от греха подальше. Очень хотелось похлеще умертвия вцепиться в его самоуверенную рожу, убежденную в своей правоте, да еще с выражением мнимой заботы.

– Никаких розысков! – слова Риграсса окатили всех похлеще ледяного душа. – Раненых подлатали, и вперед. Надо выйти отсюда, пока некрос не очухался и не решил отомстить. Помним о том, что эти ублюдки те еще мстители. Вам тогда нарры хомяками покажутся.

– Он в моем взводе двоих прикончил, – проговорила негромко Аррша.

Я взглянула на нее почти с сочувствием. Да, терять всегда больно. Особенно если ты со своим взводом уже несколько лет. Мне тоже хотелось пощекотать ребра некроса мечом, но пришлось смириться. Слова Риграсса, как всегда, не лишены смысла. У нас есть задача: доставить дары и дипломата, мать его, в Игенборг. Все остальное не в приоритете.

Покосилась на руку. Рану уже не жгло, не дергало, а лишь иногда немного пощипывало. Главное – не думать о составе мази, и все будет хорошо.

– У нас есть часов пять форы, – подал голос Иррилий.

Ну вот что за эльф, а? Я думала, дипломаты предпочитают молча сидеть в экипаже и копить красноречие. А этот везде затычкой работает.

– Разбираетесь в некромантах? – поинтересовался Адарант.

Маги всегда находились в зоне видимости. Вот и сейчас: на импровизированном совете присутствовал лишь старший. Остальные продолжали вести наблюдение за лесом.

– По долгу службы с кем только не приходится общаться, – скупо улыбнулся Иррилий. – Если прикинуть примерное количество нежити, время, которое некрос затратил на нас, плюс серьезность раны… Да, часов пять, не больше. Меньше – возможно. Разыскивать его не стоит, а вот дать наводку…

– Часа три, не больше, – вынес вердикт Адарант. – У меня есть предположение, с кем мы столкнулись – Брюссон из Ланжа.

– Не может быть! – выдохнул Риграсс.

– А кто еще? Только он славился экспериментами с умертвиями, создавая монстров. Скрещивал их с живой тканью, мечтая создать умных и подконтрольных ему тварей.

Я вспомнила и поежилась. Кажется, образцы тех экспериментов вырвались на волю и убили больше трехсот жителей, пока их не изловили и не уничтожили. Скандал был жуткий. Брюссона осудили, но ему удалось сбежать из тюрьмы и скрыться. Это произошло около десяти лет назад. Тогда еще шла война, и его новаторские эксперименты поддерживало правительство, но на гибель мирных жителей сквозь пальцы смотреть не стали. Так гениальный некромант стал преступником, а затем – беглецом.

– Он наблюдал за нами и решился напасть. Наверное, посчитал возможный куш достаточным для того, чтобы выбраться из этой дыры и начать новую жизнь.

– Да, основные тракты далеко, а с проезжающих крестьян и путников много не поимеешь, – согласно кивнул Риг.

– Наводку мы дадим, но нужно убираться отсюда подальше как можно скорее, – высказал всеобщую мысль Адарант, а потом посмотрел на меня. – Капрал Маррингл, ваш сокол способен отнести сообщение в город? Отправлять магвестника бесполезно, здесь связь блокируем не только мы, мерзавец позаботился, чтобы не могли позвать на помощь, а гонца догонят умертвия. По воздуху будет быстрее и безопаснее.

– Да, конечно, – кивнула я.

– Тогда я сейчас подготовлю послание с личной печатью.

На этом наше короткое совещание закончилось. Рассиживаться было некогда. Пока отряд готовился к броску, я подозвала к себе Талису и давала наставления: к лесу не приближаться, велика вероятность нарваться на умертвие, да и в городе быть осторожной. Военных она знает и найдет для передачи послания. Удивительно, но Талиса все понимала. И она никогда не пушила перья перед вышестоящими по званию, понимая, что может доставить этим проблем. Но я перестраховалась и подкрепила еще мыслеобразами, кого нужно искать.

Подошедший Адарант прервал наше общение. При нем привязала послание и отправила свою девочку в небо. Лети! Взмыв ввысь, Талиса сделала круг и устремилась в направлении города.

– А я был одним из тех, кто голосовал против распускания почтовых голубей, – неожиданно признался маг, провожая Талису взглядом. – Над нами многие насмехались, говоря, что в век прогресса, порталов и кристаллов связи это пережиток прошлого. Но в полевых условиях порой именно они наиболее эффективны.

Даже не нашлась, что сказать, но маг и не ждал ответа. Тут же ушел отдавать приказ к выдвижению.

Тильда, несмотря на плохое самочувствие, и слова против не сказала, не меньше остальных желая убраться от места сражения подальше. Что удивительно, до самого вечера сидела в экипаже и не пищала, пока мы гнали на максимальной скорости через лес.

Видимой погони не было, но Адарант не успокоился, пока мы не выехали на открытую, холмистую местность. Уставшие, голодные, стали разбивать лагерь, возводя шатры. Об охоте уже не шло и речи, для ужина использовали захваченный с собой провиант. Отряд, оглядывавший окрестности, вернулся с сообщением, что неподалеку есть небольшое озеро.