Глава 1

Зал Старейшин тонул в аромате благовоний. Верховный маг улыбался, указывая на фигуру, стоявшую позади него.

Девушка была хрупкой, но в ней угадывалась чистокровная кровь рептилий. На ней было дорогое платье из тяжелого синего шелка, который мягко переливался при свете факелов, напоминая ночную чешую. Однако главным изъяном, заставившим молодого дракона вздрогнуть, была плотная серая повязка, закрывающая верхнюю половину лица. Она стояла неподвижно, опустив руки.

— Совет Высших поздравляет тебя, Игниар, — провозгласил старик. — Магия сделала свой выбор. Вот твоя Истинная.

Игниар шагнул вперед. Его зрачки сузились до вертикальных щелей, а из ноздрей вырвались струйки сизого дыма. Он окинул девушку взглядом и обернулся к старейшинам.

— Это шутка? — голос молодого дракона рокотал, заставляя дрожать пламя свечей.

Девушка-дракон не двинулась с места. Она молчала. В воздухе от нее пахло лавандой и скрытой силой.

— Драконья магия не ошибается, юноша, — нахмурился старик.

— Магия — нет, а вот вы — продались! — Игниар сорвался на крик, его пальцы превратились в когти, высекая искры из каменного настила. — Это подлог! Какого богатого лорда эта дочь? Какой правящий дом решил избавиться от больной наследницы? Ее влиятельная семья решила сбыть с рук ненужную обузу и подкупила Совет, чтобы пристроить ее к чистокровному самцу!

Старейшины начали возмущенно рычать, обнажая клыки, но молодого ящера было не остановить. Он бушевал, расправив огромные кожаные крылья, отчего в зале поднялся ураган. Девушка лишь крепче сжала пальцы, но не произнесла ни звука.

— Вы подсунули мне слепую калеку! — продолжал греметь Игниар. — Мне плевать на богатство ее семьи. Я не приму этот союз. Ищите другого дурака. Я не возьму такую обузу!

Он развернулся, рванул на себя двери и вылетел прочь, оставив позади испуганный Совет и одинокую фигуру в шелковом платье.

Глава 2

Дома Игниара ждал семейный разбор полетов. В гостиной родового замка пахло паленой мебелью — верный признак того, что у лорда-отца подгорало терпение.

— Ты идиот, Игниар, — вместо приветствия констатировал отец. — Редкостный. Жаль, магия драконов не выдает вместе с Истинной хотя бы грамм мозгов.

— Отец, ты просто ее не видел! — Игниар, уже немного остывший по дороге. — Это манекен в дорогом шелке. На ней серая повязка, она ни слова не вымолвила! Совет явно взял на лапу у ее семейки, чтобы сбыть мне. Я дракон, а не сиделка в приюте для убогих!

— Этот «манекен», как ты выразился, — из древнего и богатейшего рода Ночной Тени, — ледяным тоном произнес отец. — Их казна больше нашей втрое. Я уже отправил им официальное послание с извинениями. Написал, что мой сын временно лишился рассудка из-за тяжелой весенней линьки.

— И что теперь? — буркнул Игниар.

— Ничего. Союз не принят, помолвка расторгнута. Благо, законы магии позволяют прервать узы Истинности через пять лет. Помучаешься немного от озноба, зато потом магия подберет вам обоим других избранных. Надеюсь, тебе достанется огневка, которая спалит твои любимые книги. А пока собирай вещи. Ты отправляешься рядовым в Дальний гарнизон. Поучишься манерам.

Гарнизон встретил сыростью, овсянкой и отсутствием роскоши. Но драконья кровь взяла свое: Игниар служил на совесть, летал в дозоры, а вскоре обзавелся верными друзьями — такими же оболтусами, сосланными за разные провинности.

Субботние вечера в местном кабаке «Пьяный василиск» стали традицией.

— Слышь, Иг, — толкнул его в бок Торн, крупный зеленый дракон, шумно прихлебывая эль. — Вон та блондиночка-человечка из швейной лавки на тебя так смотрит, будто ты — сочный стейк, а она три дня не ела. Сходи, растопи ее сердечко своим пламенем.

— Ой, отстань, — ухмыльнулся Игниар, поправляя воротник форменного мундира. — Человеческие женщины такие хрупкие. Стоит чуть сильнее обнять в порыве страсти — и все, надо нести в лазарет.

— Зато они не читают нотации о чистоте чешуи и не требуют золото в приданое, — хохотнул второй приятель, Брон. — И вообще, Игниар у нас парень верный. Он ждет, пока его Истинная... как там ее? С повязочкой? Сама его найдет.

— Заткнись, Брон, иначе я подожгу твой хвост, — беззлобно огрызнулся дракон, но к блондинке подсел. Вечер обещал быть веселым.

Прошло три года. Жизнь в гарнизоне текла размеренно, пока в один из дней Брон не притащил в кабак свежий выпуск «Вестника Высших».

— О, глядите, что творится в столице, — Брон ткнул когтем в передовицу. — Слышали про нового ректора Высшей Академии Магии?

— Ну, и что там? — отозвался Игниар, крутя в руках пустой кубок. — Очередной жадный профессор, который опять поднимет оплату за обучение?

— А вот и нет! — загорелся Торн, заглядывая в газету через плечо Брона. — Пишут, что ректором назначили леди из рода Ночной Тени. Ту самую, которая ходит в серой повязке на глазах. Говорят, умнейшая девка.

Игниар замер. Кубок в его руке опасно звякнул.

— Погоди... Серая повязка? Из рода Ночной Тени? — переспросил он, чувствуя, как в груди кольнуло.

— Ну да, она, — хмыкнул Брон, хитро косясь на друга. — Слушай, Иг... Это ведь та самая девица, на которую ты три года назад в зале Совета орал, что она «слепая обуза и калека»? А она тогда просто стояла и молчала?

— Она просто не хотела со мной разговаривать, — сквозь зубы процедил Игниар, уставившись в стол.

— Ну ты и тактик, конечно, — хохотнул Торн, похлопав его по плечу. — Мог бы сейчас быть со-ректором Академии, пить дорогое вино и плевать на устав. А вместо этого сидишь с нами в глуши и караулишь контрабандистов. Она тогда, походу, решила: «Пусть этот придурок проорется и валит, даже доказывать ему ничего не буду».

Друзья покатились со смеху, а Игниар вздохнул и сделал глубокий глоток из кружки. Внутри шевельнулось неприятное чувство сожаления. Надо же было так глупо вспылить, наговорить лишнего и уйти, даже не попытавшись узнать, кто она такая на самом деле. Прав был отец — редкостный идиот.

— Ну и ладно, — буркнул Игниар, возвращаясь к реальности. — Зато у меня уставной оклад и отличная компания. Брон, наливай. Помянем мою упущенную гениальную партию.

Кавалером ордена «За глупость» он себя объявлять не собирался, да и бежать в столицу с извинениями было уже поздно и унизительно — гордость дракона, пусть и изрядно помятая, все еще оставалась при нем. Он просто принял это к сведению. И решил, что в следующий раз, прежде чем открывать пасть для крика, он хотя бы спросит у дамы имя.