Отзывы на книги автора «Егана Джаббарова»

Повесть короткая, но тематически насыщенная. Эмоционально тяжелая книга. Текст простой, поначалу даже показался суховатым, но постепенно эта простота начинает играть на сближение. Начало книги не зацепило, и я даже думала, что мне не понравилось, но спустя десяток страниц уже не могла оторваться.

Я бы выделила несколько тематических блоков. Первый — жизнь женщины в патриархальном обществе. Описывая судьбы матери, родственниц и знакомых, вынужденных молчать, подчиняться мужчинам, терпеть насилие, Джаббарова рисует картину несправедливости и угнетения, против которых героиня бунтует в меру сил и возможностей (в детстве не очень-то побунтуешь против векового уклада). Второй блок — это борьба и жизнь с болезнью, которая навсегда меняет жизнь и от которой нет лекарства. Дистония — синдром, при котором спазмируются мышцы. Героиня повести теряет способность членораздельно говорить, нормально передвигаться, постоянно живет в боли, пока не делает операцию. Читать об этом лично мне было очень тяжело. Третий блок — это, конечно же, история взросления и поисков себя: через запреты, через болезнь, через неодобрение семьи.

Текст искренний и проникновенный. Стоит познакомиться тем, кто любит автофикшен, кого интересует борьба женщин или сюжет переживания тяжелой болезни.

Мир для Сереги был острой заточкой, местом, всегда способным дать под дых, избить в подворотне, испинать во дворе, порезать телесную плоть розочкой из бутылки.

В пятницу вечером провалилась в книгу Еганы Джаббаровой крохотную по количеству слов и страниц, но крайне объемную по набору чувств и смыслов.

Сначала в свойственной автофикшен-романам манере нам рассказывают очень личную историю про сводного брата авторки, внезапно появившегося в их жизни. Она и ее младшая сестра достаточно быстро принимают его вопреки взрослым предрассудкам и распрям, связанным с внебрачным отпрыском в доме. Помимо этого существует еще этнический вопрос, потому Сережа рожден русской женщиной, и на папу азербайджанца почти не похож. И когда мама девочек замечает, как мальчик перед сном перекрестил сначала себя, а потом ее дочь, это становится поводом для нового скандала.

Необходимость этого крестного знамения в восприятии детей состояла в том, чтобы после смерти они могли оказаться в одном месте. Ведь для мусульман и православных наверное существуют какие-то отдельные небеса. Они делали это, чтобы встретиться. «Дуа за неверного» - это тоже в своем роде попытка встретиться снова, выразить несказанное и несделаное, заполнить пробелы этого краткого родства.

Потому что как водится, жизнь достаточно быстро все же разводит их с братом по разным сторонам, общение постепенно исходит на нет, связь и без того очень хрупкая истончается до тонкой ниточки. Судьба Сереги складывается незавидным образом.

От рассказа сложной истории писательница переходит к перебиранию вариантов того, как могло бы быть по другому, что можно было сделать или не сделать, чтобы жизнь Сереги была бы другой, счастливой. Рефлексия собственных чувств превращается в осмысление времени и пространства, в котором все это происходит. Текст Еганы Джаббаровой легкий и поэтичный по форме, по содержанию глубокий и многогранный. Несмотря на интимность каждой своей книги писательнице удается сохранять будто некоторую отстраненность. При этом суждения ее острые, точные, пронзительные.

Давно присматривалась к произведениям Еганы Джаббаровой, и все никак не получалось прочитать, но вот вышла новая книга - и я решилась.

Проза Еганы Джаббаровой - тонкая, со множеством деталей, как восточный орнамент. И вместе с тем чёткая, точная и очень плотная.

Мне нравятся книги, где сюжет передаётся через мысли и чувства героев, а не через действия (пошел туда-то, сделал то-то). В этом случае ты чувствуешь настроение героя, дух повествования, в голове формируются нужные образы, не нужно ничего придумывать и домысливать.

Я вижу перед собой село Земо-Кулари, находящееся в Грузии, но в котором жили в основном азербайджанцы (как так вышло?), в том числе бабушка и дедушка Еганы. Вижу город Зангелан, родину отца Еганы, Яшара, в ходе Первой карабахской войны 1993 года вошедший в состав Нагорно-Карабахской республики, а в результате Второй Карабахской войны 2020 включенный в состав Азербайджана. И Яшар, приехав туда, видит разрушенный город и дом детства в руинах.

Вообще в странах Закавказья много всего межнационального намешано. К примеру, мои бабушка с дедушкой жили в русском селе, находившимся в Армении (и я знаю, как и почему так вышло), где были и армянские семьи, и азербайджанские, и молокане, и курды... А после распада СССР остались только армяне.

Очень больно, когда неотвратимое колесо истории разрушает твой дом.

Terra nullius - ничья земля, переходящая под контроль того государства, которое сумеет ей завладеть, установить свой суверенитет. Но на этой земле живые люди, и этот суверенитет порой катком проходится по их жизням.

Эта книга ещё и о любви Яшара и Ситары, Фармана и Лейлы, и о мести Кати из-за разбитого сердца, в результате которой Фарман попал в тюрьму. Книга пронизана любовью, как будто нет невзгод и серых будней, а есть бесконечное принятие, терпение и долг. Это очень интересная и прекрасно написанная история жизни, почти семейная сага, за которой следишь, затаив дыхание.

Да, потому что хорошо написано, в целом интересно. У автора хороший слог, стиль. Книга достойная. Но нет, потому что, ребят, ну сколько можно повторять за Оксаной Васякиной. Она написала великолепный афтофикшн, три штуки, и пошло поехало, все туда же.

Как мне кажется Егане Джаббаровой было что сказать и за пределами жанра, такой бекграунд, такой колорит Баку, Азербайджан, миграция, ну зачем это втискивать в маленький афтофикшен, тудыт его, ну сколько можно.

Тем не менее, автор оличный, книге пятерочку, конечно, с надеждой на новые произведения.

Ну не повторяйте. пусть будет у нас одна Оксана и одна Егана. И нам хватит, и мы будем счастливы. Аминь

Нежданно-негаданно, но июнь начался для меня под звездой автофикшена. О чем, впрочем, я нисколько не жалею.

Егана разбирает свое тело, тело женщины, по частям: брови, глаза, волосы, рот, плечи... Через части тела она исследует место женщины в очень патриархальной азербайджанской общине. А еще она исследует собственное тело — тело, которое отказывается ей подчиняться из-за болезни.

И это придает тексту слоистость: женщинам не принято особо говорить, и сама героиня постепенно теряет эту способность, красота женщины в ее длинных волосах, но перед операцией их приходится полностью сбривать...

Это летопись постоянной боли и рефлексии. Слишком «русская» для азербайджанской общины, слишком «нерусская» для своих одноклассников, слишком свободномыслящая и слишком болезненная, чтобы ее выдали замуж, бунтовщица в семье, скованной рамками — язык Еганы простой, но вместе с этим жалящий в самое сердце.

В совсем маленькой книге уместилось столь многое и столь важное о беспомощности женщин в мужском мире. Голоса поколений женщин семьи, у которых было слишком много работы, чтобы написать хотя бы строчку, наконец-то откликаются под пером Еганы. Открываются и становятся громкими.

Мне казалось, что я уже знаю, чего ждать от автофикшена и он меня уже не так трогает, как прежде. Но в финале книги у меня полились слезы сочувствия и злости, и они выступают на глазах каждый раз, когда я говорю или пишу об этой истории. Я даже сейчас плачу, меня очень глубоко зацепила последняя глава.

Важный, тонкий и сильный текст.

Небольшая по объему, но тяжелая по поднятой теме и восприятию книга. Здесь настолько откровенно рассказано о воспитании восточных девочек, об отношении мужчин и общества к женщине, что хочется порекомендовать к прочтению Всем. Как можно бить в живот беременную жену, после чего она теряет своего первенца! Это мужчина или это животное, похотливое, эгоистичное животное, какая любовь! Там чувство собственника, ревность самца, поэтому они прячут своих женщин в паранджу, все общество живет по законам , написанным мужчинами. Автор рассказывает о своей семье, матери, сестрах, когда она заболела и не смогла выполнить своего предназначения выйти замуж и родить детей, к ней стали относиться как человеку, опозорившему ее отца. Так как девочка себе не принадлежит она всегда чьята собственность или отца или мужа и никак иначе. Даже ее серьезное заболевание не является оправданием, а не вина ли того самого отца, который избывает свою беременную жену, в состоянии его дочери. Очень много табу для женщин раскрывает Егана Джаббарова .Книга написана хорошим языком, читается быстро, но после прочтения остается осадок, от бессилия что то изменить в жизни этих женщин. Пока общество не уйдет от такой схемы отношений между мужчиной и женщиной, вряд ли что то изменится. Это книга исповедь женщины, мужественно переносящей все тяготы ее доли.

И это еще одна книга про восточных женщин и ущемление их прав, только еще с темой болезни. И вот последнего я не учла. Я подобные темы в книгах не люблю, уж очень сильно рефлексирую. И как раз, когда у главной героини начали проявляться признаки болезни мне и стало тяжело читать.

Как я и говорила книга о нескольких поколений женщин, которым если говорить простыми словами приходится выживать. Выживать под тяжестью быта, пот тяжестью побоев, под тяжестью неуважительного отношения мужчин. Книга для меня ничем не выделилась среди массы похожих на такую же тему. Да, неплохо. Но не более.

У Еганы Джаббаровой в том году прочла "Руки женщин моей семьи были не для письма" - меня этот текст с первых строк захватил и не отпускал до последней страницы. Такая же история случилась и с второй книгой автора. Я полностью ушла в серую и мрачную жизнь Сергея - сводного брата Еганы, а так же в её трудную, насыщенную шипами жизнь иностранки в России.
Понравилось как автор ярко, без прикрас описывает жизнь обычного мальчика, любящего больше всего играть в футбол. У Еганы и Сергея даже появился вечерний ритуал, когда дети перекрещивали друг друга, чтобы встретиться на том свете. Однако подобный ритуал прекратила мать девочки, находя это неправильным.

Я подошла к могиле брата: я видела все размытым сквозь слезы, я машинально перекрестила его, чтобы на том свете мы точно встретились.

В семье Еганы мальчик прожил не слишком долго, когда его мать выпустили из тюрьмы, Сергей вернулся к ней и уж там его накрыло суровой действительностью: пьянство матери и её собутыльники (один из которых в алкогольном опьянении пробил мальчику голову), бедность, скудость.
К сожалению, Сергей пошел по стопам матери, начал топить свои вечера (и не только) в пиве, собирая вокруг себя своих друзей.
С Еганой он поддерживал связь, переписываясь периодически в ВК, правда подобные переписки были бессодержательными, малоинформативными.
В тридцать лет Сергей умер от болезни.
Читая последние строки - своеобразную правильную для автора молитву за брата, где перемежается Православная и Мусульманская молитвы, слезы текли у меня ручьем.

Определенно женский автофикшн становится одним из любимых моих направлений в литературе на текущее время.

О книгах Джаббаровой мне всегда писать сложно, так как она разбирает меня на несколько сотен одиноких частичек, которым еще нужно найти путь обратно. Мало чья проза проникает в меня так, чтобы я чувствовала это чувство горькой, но светлой разбитости. Эта книга не только о познании себя через свою семью, но и о том, что можно назвать своим домом. Это все корни, которые накрепко привязывают к земле, куда бы ты по этой земле не пошел.

Я бы посоветовала читать эту книгу третьей, после «Руки женщин нашей семьи были не для письма» и «Дуа за неверного». Пусть это формально и не трилогия, эти книги связаны одной ниточкой — самой Еганой (пусть эта книга и не автофикшн, ее героиню зовут так же). Хотя «Terra nullius» — это первая из книг, в которую проникает фантастическая метафора, даже слишком хорошо отпечатывающаяся на реальности.

Больше всего на свете Фарману хотелось уехать из дома. Душа молодого парня рвалась из маленького грузинского села, где лишь горсть домов да кладбище. И у него получается вырваться, поступить в большой русский город, который ослепил его своим цветом и ритмом.

Больше всего на свете героине хотелось дома. Своего дома, в котором будут ее вещи, ее кошка, в котором можно будет смотреть свои фильмы, читать свои книги, хранить их на своих полках. Но ей приходится жить в крошечном контейнере лагеря для беженцев, ведь из родной страны ей пришлось бежать в спешке, после того, как по миру начал расползаться газ, приносящий лишь ненависть.

Этот газ появляется из неоткуда, но стоит его вдохнуть, и ты становишься агрессивным и жестоким. В мире газа не существует эмпатия, но прогрессирует насилие и убийства.

И она бежит, бежит с Урала в город, который для многих становится остановкой на распутье. Она бежит в Стамбул. Не последняя ее остановка, но важная пристань. Пристань, на которой можно оплакать свой дом.

В этом романе можно найти многое и разное. Связь поколений, которые протягивают руки друг к другу сквозь года, — своего рода семейная сага. Газ, порождающий агрессию, — как маркер апокалипсиса, от которого не спастись. Искренность и откровенность, даже обнаженность сердца, — как уже знакомый по прежним книгам Еганы автофикшн. Поиск дома через потерю, отрицание и принятие, — как классический путь героя, по которому раз за разом ходим мы сами.

Это тот случай, когда мне не хотелось выделять цитаты. Мне хотелось как-то разом впитать всю книгу, чтобы носить ее в голове и обдумывать. Наверное, поэтому я очень долго не могла подступиться к хоть какому-то отзыву — как найти слова, если они уже все будто прямо в книге и сказаны? Причем таким внимательным к деталям, тонким слогом, который дарит не отчаяние, а свет и надежду.

Разве история отдельно взятой жизни и смерти может быть чем то значительным на фоне большого шершавого тела истории и её высунутого языка?

Ещё как может!
Высокую оценку этой повести нашёл у Алексея Сальникова. Его попросили назвать самые сильные тексты 2024 года и он назвал свою землячку. Я ,конечно, понимал, что Алексей ерунды не посоветует, но чтоб было настолько хорошо! И тема, казалось, бы - воспоминание об умершем "русском старшем брате"... Но от чтения просто невозможно оторваться. Замечательный язык, просто звенящая боль и грусть , и при этом произведение абсолютно недепрессивное.
По фактам - воспоминания о счастливом детстве азербайджанской семьи в Екатеринбурге (диковато звучит, но это так), старший брат, рожденный до создания этой семьи, появившийся в их жизни в 12 лет, его в общем то пустая жизнь и смерть, кладбище, больница , ГОРОД.
По сути - мысли о жизни, мечтах,памяти, России, исторических корнях. Пишу, и чувствую, что не то. Сложно передать впечатления от этого блестящего плотного текста. Лучше ещё цитата

В действительности любая история нужна читателю как донорский орган - для поддержания собственной жизни. Глаз скользит по гладкому стеклу текста, и перестаёт видеть. Читатель оказывается там - в пространстве личного дневника, где любой персонаж если не альтер-эго, то напоминание о ком-то известном

Произведение небольшое и написано так, что любое "выдёргивание" из него цитаты, описание какого-то фрагмента будет спойлером, а сбивать впечатление будущему читателю не хочется. Поэтому остановлюсь. Для меня Егана Джаббарова - открытие, надеюсь понравится и вам.