Отзывы на книгу «Дублин»

5 отзывов
FemaleCrocodile
Оценил книгу
– Он англичанин, – повторил Бык Маллиган, – и он считает, в Ирландии надо говорить по-ирландски.
– Нет спору, надо,– сказала старушка, – мне и самой стыд, что не умею на нашем языке. А люди умные говорят, язык-то великий.
«Улисс»

Творить с историей можно всякое: долгое время принято было вколачивать её со всей дури в ближайшую стенку и вешать сверху картинку. Например, многофигурное полотно в надёжной раме подробностей, с жирными мазками сюжета, прописанной светотенью характеров, с аллегорической композицией и уводящей в даль перспективой, полотно, на котором уместно будут выглядеть и батальные сцены, и барочные гирлянды с завитушками, и традиционно жиденько читающийся на заднем плане пейзаж, пышные драпировки и обнажённые тела в полном расцвете физиологических подробностей, и пятки блудного сына, и силы небесные, надзирающие из правого верхнего угла, и автор, выглядывающий из-за плеча второстепенной фигуры заказчика, и возникшие естественным путём или искусно наведённые кракелюры. Можно ещё повесить автопортрет в костюме соответствующей эпохи — перемещение во времени себя любимого и освещение придирчиво избранных событий с высокомерной точки зрения потомства. Можно просто всё забрызгать краской от души, с размаху, как прилетит — так и красиво, в том и правда, или аккуратненько залить пустоту чёрным до краёв — другой не годится. Можно повесить криво, можно вверх ногами, лицом к стене или в подсобку. Можно вообще ничего никому не вешать — не писать, то есть, никаких исторических романов. С чем тут же и согласились — навалят в кучу всякого, табличку концептуальную установят — разбирайтесь, кому не лень. Всё это вот, в рамках, давно не актуальное, прости господи, искусство — оно на полках, усердно собранных предками в обмен на макулатуру, оно в музеях под охраной строгих старух, всё учтено, каталогизировано, доступ закрыт, мест нет. И Эдвард Резерфорд, старательно выписывающий свои бесконечные «лондоны», «парижи», «нью-йорки», хорошо это понимает, на звание художника не претендует и плотно осваивает проходную нишу, ту, что на выходе — там, где репродукции, путеводители, открытки, тарелочки с видами городов и прочие сопутствующие праздношатающемуся ценителю ходовые товары. Плоские, глянцевые, набившие оскомину, отретушированные, с передержанной в сепию цветовой гаммой — мне совершенно не интересные (и не только по причине тотального отсутствия денег и вкуса к накапливанию барахла), но, вроде как, необходимые, чтобы никто не усомнился — вон я где был и чего видал, а не только в аквапарке головой стукнулся.

И, конечно, нечестно, очень нечестно предварять продукцию Резерфорда цитатой из Джойса - примерно, как писать на коробке с синтетическим соком «100 % вкуса на 20 % дешевле». Но как-то же надо продавать этот мерч самому себе, нагружать щемящими аллюзиями, привычной атрибуцией, хоть каким-то смыслом, оживлять умозрительный конструктор лего «Дублин» - поголовно испытывающие иррациональную любовь к Ирландии соотечественники на ура должны с этим справляться, каждый своим секретным способом. И если б мне попалась прям в руки эта серая книжка в своей серой обложке (терпеть не могу серые обложки), я бы может и радужными понями, впряжёнными в призрачную колесницу Кухулина её разрисовала, не только Джойсом, а, может, в шкуру любимой коровы святого Кириана переплела — не просто же так воду лить на эти неповоротливые жернова, чем я и занимаюсь сейчас, после того как удалила текст из ридера — много места занимает - и худо-бедно вправила челюсть, вывихнутую на 635 примерно странице особо смачным зевком (заразно, правда?)

Формально тут всё правильно: есть специфическое пространство — ладно, пусть будет Дублин, хотя речь в книге об Ирландии и её беспрестанных неприятностях в целом (слышала, издатели просто порвали резерфордофский труд «Ирландия» пополам — а то такой солидный не брал никто сразу), есть объединяющие, настырно следующие один за другим периоды времени, есть персонажи, передающие места в этой истории по наследству, и вроде как призванные втянуть в неё читателя, сделать его свидетелем не только перипетий своих коротеньких и узнаваемо перепутанных жизней, но и некоего поддающегося анализу исторического процесса. Но при всех внешних атрибутах саги у автора выходит полная её противоположность: на фоне католическо-протестантских качелей, казни королей, экспансии англичан, славных революций, великого голода, холеры и повальной эмиграции (галопом, не сбиваясь с курса, заданного любым учебником, включая википедию) характеры героев не выявляются, а нивелируются до полного расфокуса, до осознания, что нет никакой необходимости запоминать, кем и в какой последовательности приходятся друг другу все эти Смиты, Уолши, Дойлы и О'Бирны, существовали они когда-нибудь в реальности, или просто понадобились Резерфорду для массовки. Только что ты приготовился наблюдать за переживаниями юной порывистой девы, влюблённой в «типичного» ирландца — слабого, но обаятельного, и - раз — она уже дауна родила от другого такого же, только что бесплодные родители стояли на коленях у священного колодца, вымаливая младенца — бац — а он уже скончался в преклонных годах, перспективная линия фанатичного и коварного кальвиниста Пинчера рассасывается сама собой — скачем дальше, Кромвель мимо пробежал - и сгинул, родные братья, предусмотрительно воспитанные в разной вере — взаимозаменяемы, Морин, плачущая над издевательской карикатурой в лондонской газете — где она, куда канула? Туда же, куда остальные, чьи судьбы по задумке автора, вроде как, столь тесно переплетены — просто жили-жили такие не мясные, не карамельные, а потом умерли — и всё, потом новые родились. Спросите: а разве иначе бывает? Скажете: шикарная книжка, надо сериал снимать? Надо. В том случае, конечно, если вам не про людей интересно, а про деление амёб в дурной бесконечности. И даже на декорации бюджет уйдёт минимальный, потому что упомянутый исторический фон из википедии — не фон даже, а эхо, тени на стене, даже не тени — они хоть живые, а репродукции, открыточки, тарелочки, весь этот хлам.

Резерфорд, нет слов, вызывает уважение мерчендайзерским талантом терпеливо раскладывать свой товар по полочкам, но, чесслово, читать его «Дублин» в разгар Самайна — чем-то похоже на нарушение гейса.

Krysty-Krysty
Оценил книгу
Остальная часть года прошла спокойно. Война продолжалась...

Выхваченная из контекста цитата наилучшим образом иронично передает мои впечатления от "Дублина" Резерфорда. В некотором смысле эта книга совершенна. Она абсолютно ровная на протяжении всего текста, ничего не провисает и не выпирает: восстания, войны, свадьбы, разлуки, взлеты и банкротства - ничто не вынуждает жизнь нарушить ритм. Композиция не меняет пульса: завязка - кульминация - развязка... завязка - кульминация - развязка... Еще и еще. Ты в машине времени, которая движется через историю, преодолевая с каждым шагом десятилетия. Беглый осмотр вокруг и - полюбил ты или возненавидел - непреодолимое ритмичное движение времени гонит тебя дальше. И вот перед нами дети... внуки... правнуки первых героев. Поколения меняются, мы в общих чертах знакомимся с персонажами, сопереживаем их судьбам, удивляемся их характерам, но не в состоянии задержать мгновение, что-то вернуть или исправить, предупредить или предсказать и остаемся только отстраненными наблюдателями.

Идеальный сериал. Или нет?.. Мы не видим всей жизни ни одной семьи, только несколько выхваченных эпизодов у тех и у этих. Мы не успеваем прикипеть к героям. Я долго привыкаю к ​​людям (потому объемный роман менее стрессовый, чем рассказ), но в итоге не отвыкаю. Мне больно читать о смерти персонажей. И их продолжение в детях и внуках не дает облегчения. А вот уходят и внуки, и правнуки... Даже жизнь не кажется такой жестокой, как эта книга - поколения же не меняются так быстро, как листаются страницы.

Не могу понять, это мастерство автора или случайность. Книга очень похожа на жизнь. Да, бывают чрезвычайные происшествия, войны, измены, убийства... но в целом нет острых углов, нет абсолютных злодеев и героев (а если есть, то только с точки зрения их оппонентов или из-за стечения обстоятельств). Нет - выводов. Развязка не ставит конечной точки. Торговцы, священники, поэты, фермеры, повстанцы, предатели, домоседы, алкоголики, неудачники и актеры. Мне хотелось более ярких, законченных историй, более художественных... а они жизненные. Из некоторых линий будто торчат концы-хвосты, но и это очень правдоподобно.

Описания самого Дублина кое-где встречаются, рассказывается о его росте, появлении новых зданий. Но это между прочим, город - точно не участник и не персонаж книги, а случайный фон, иногда упомянутый, а часто забытый. А кажется, вот был бы в книге какой-то артефакт через века, который соединял бы персонажей и повествование - здание, микрорайон Дублина, дерево, семейная реликвия (как золотой шар Свенсен)... Но артефакты являются, беспокоят пару поколений и забываются (старый колодец, Глендалох, посох Патрика) - и это тоже не книжное, а жизненное. Зеленые глаза и шальной характер - вот хороший артефакт, но и на нем нет сильного акцента (как у Маркеса : "все Аурелиано"... не помню что). И я не могу назвать это недостатками книги, ведь и это очень правдоподобно. Но я... я в ущерб хаотичной жизненности и скучной правдоподобности добавила бы художественности, яркости, сюжетности.

Некоторые поступки персонажей мне непонятны. Как и "историческая мотивация". Я слышала, что нации формировались преимущественно в 19 веке, но разве это значит, что национальные восстания также стали национальными только тогда? В книге Резерфорда до 19 в. все ирландские политические движения выступают исключительно в поддержку английского короля или английского же парламента. Неужели мысль о самостоятельной Ирландию никому и в голову не приходила? Противостояние католиков и протестантов мне было интересным (есть же стереотип о беларусской толерантности, когда в одном местечке обычным делом было сосуществование церкви, костела, синагоги и мечети, а то и кирхи заодно), но также какой-то логичности и связности, систематичности я не почувствовала в книге. У меня не сложилось свое мнение и видение ситуации. Признаю, это тоже очень правдоподобно: то бытовое безразличие к догматическим спорам, то бытовая же нетерпимость к "неправильному" соседа, то меркантильность в избрании конфессии, то стойкая верность корням...

Я почему-то необъяснимо люблю Ирландию и Шотландию - может, вопреки имперскости Британии? За то, что слабее? За жажду независимости, за горы, четырёхлистный клевер и... килты?.. К сожалению, полноценной картины ирландской истории, связной и последовательной у меня после "Дублина" не сложилось. Будто бы там упоминаются важные события: сражения, волны эмиграции, английские короли, попытки восстаний, упоминаются Свифт и Джойс, картофель и большой голод. И не то чтобы я хотела прочитать художественный учебник... Но... Может, если бы была отдельная книга о каждом событии?.. Может, мне больше понравилась бы погруженная в предания и сказки первая часть - "Ирландия"? Мне не хватает слов, чтобы объясниться: "Дублин" не плохой и не хороший... никакой?

А вот перевод и редактура могли бы быть лучшими. Неуклюжие конструкции английского синтаксиса дополняются несколькими перлами: "как один из тех глупых девственниц из евангельской притчи" (одна из неразумных дев - должно было бы быть написано?), "доктор Пинчер весьма польстило" и пр.

И я все думала: я хочу такую ​​книгу об истории Беларуси. От Полоцкого княжества через основные столицы Великого Княжества Литовского - Новогрудок - Вильня - Минск - к БНР. Судьба двух семей, в которых рождались бы то герои, то предатели, которые то возносились бы, то падали, дружили и враждовали... Такую толстую-толстую книгу, но легко-легко написанную, на которую западали бы подростки, выбирая героев под себя, и которую можно было бы давать иностранцам для художественного ознакомления с историей моей страны. Правда, когда я пытаюсь прокрутить в голове возможные сюжеты, у меня не получается продолжить их через столько веков. Островное положение Ирландии, возможно, давало ей определенное преимущество по сравнению с открытостью европейского пространства?.. То мои персонажи погибают при Синих Водах от татар, то теряют друзей при Грюнвальде, их вырезают войска Ивана Грозного или Петра Первого... Герои меняют язык и убегают глубоко на Запад или занимают высокие должности на Востоке, забывая о родине... И также, как в Ирландии, каждое поколение, как пульс нации, дает толчок крови новому восстанию (1790-е, 1830-е, 1863 - ровно поколение!). Зимний дуб (некоторые дубы, не сбрасывающие листья на зиму), который мог бы быть символом Края, снова и снова страдает от войн и виселичных веревок... И предатели представляются ярче, чем герои... Кажется, моей истории очень не хватает хэппи-эндов...

Па-беларуску першатэкст...

Тутака...

Выхапленая з кантэксту цытата як найлепш іранічна перадае мае ўражанні ад "Дубліна" Рэзерфорда. У некаторым сэнсе гэтая кніга дасканалая. Яна цалкам роўная цягам усяго аб'ёму, нічога не правісае і не выпірае: паўстанні, войны, вяселлі, расстанні, узлёты і банкруцтвы - нічога не змушае жыццё парушыць рытму. Кампазіцыя не мяняе пульсу: завязка - кульмінацыя - развязка... завязка - кульмінацыя - развязка... Яшчэ і яшчэ. Ты ў машыне часу, якая робіць мерныя крокі праз гісторыю, адольваючы з кожным рухам дзесяцігоддзі. Беглы агляд вакол - і палюбіў ты ці ўзненавідзеў - неадольная хада часу гоніць цябе далей. І вось перад намі дзеці... унукі... праўнукі першых герояў. Пакаленні змяняюцца, мы ў агульных рысах знаёмімся з персанажамі, суперажываем іх лёсам, здзіўляемся іх характарам, але не ў стане затрымаць імгненне, нешта вярнуць ці выправіць, папярэдзіць ці прадказаць і застаемся толькі адхіленымі назіральнікамі.

Ідэальны серыял. Ці не?.. Мы не бачым усяго жыцця ні адной сям'і, толькі некалькі выхапленых эпізодаў у тых і ў гэтых. Мы не паспяваем прыкіпець да герояў. Я доўга прывыкаю да людзей (таму аб'ёмны раман менш стрэсавы, чым апавяданне), але ў выніку не адвыкаю. Мне балюча чытаць пра смерць персанажаў. І іх працяг у дзецях і ўнуках не дае палёгкі. А вось адыходзяць і ўнукі, і праўнукі... Нават жыццё не падаецца такім жортскім, як гэтая кніга - пакаленні ж не змяняюцца ажно так хутка.

Не магу зразумець, гэта майстэрства аўтара ці выпадковасць. Кніга вельмі падобная да жыцця. Так, бываюць надзвычайныя здарэнні, войны, здрады, забойствы... але ў цэлым няма вострых вуглоў, няма абсалютных зладзеяў і герояў (а калі ёсць, гэта толькі з гледзішча іх апанентаў або праз збег абставінаў), няма - высноў. Развязка не ставіць канчатковай кропкі. Гандляры, святары, паэты, паўстанцы, здраднікі, сямейнікі і акторы. Мне хацелася больш яскравых, закончаных гісторый, больш мастацкіх... а яны жыццёвыя. З некаторых ліній нібыта тырчаць канцы-хвасты, але і гэта вельмі праўдападобна.

Апісанні горада сям-там сустракаюцца, паказваецца яго рост, з'яўленне новых будынкаў. Але гэта паміж іншым, горад - дакладна не ўдзельнік і не персанаж кнігі, а выпадковы фон, часам згаданы, а часам забыты. А здаецца, вось быў у кнізе нейкі артэфакт праз стагоддзі, які злучаў бы персанажаў і аповед - будынак, мікрараён Дубліна, дрэва, сямейная рэліквія (як залаты шар Свенсан)... Але артэфакты з'яўляюцца, турбуюць пару пакаленняў і забываюцца (стары калодзеж, Глендалох, кій Патрыка) - і гэта таксама не кніжнае, а жыццёвае. Зялёныя вочы і шалёны характар - вось добры артэфакт, але і на ім няма моцнага акцэнту (як у Маркеса : "усё Аўрэліяна"... не помню што). І я не магу залучыць гэта ў хібы кнігі, бо і гэта вельмі праўдападобна. Але я... я на шкоду неахайнай хаатычнай жыццёвасці і сумнай праўдападобнасці дадала б мастацкасці, яркасці, сюжэтнасці.

Некаторыя ўчынкі персанажаў мне незразумелыя. Як і "гістарычная матывацыя". Я ведаю, што нацыі фармаваліся пераважна ў 19 стагоддзі, але няўжо гэта значыць, што нацыянальныя паўстанні таксама сталі нацыянальнымі толькі тады? Да таго ўсе палітычныя рухі ў кнізе выступаюць выключна ў падтрымку ангельскага караля або ангельскага ж парламенту. Няўжо думка пра самастойную Ірландыю нікому і ў галаву не прыходзіла? Супрацьстаянне каталікоў і пратэстантаў мне было цікавым, але таксама нейкай лагічнасці і звязнасці я не адчула ў кнізе. Прызнаю, гэта таксама вельмі праўдападобна: побытавая то абыякавасць да дагматычных спрэчак, то нецярпімасць да "няправільнага" суседа, то меркантыльнасць у абранні канфесіі, то нязломная вернасць караням...

Я чамусьці невытлумачальна люблю Ірландыю і Шатландыя - можа, насуперак імперскасці Брытаніі? За тое, што слабейшыя? За прагу незалежнасці, за горы, чатырохпялёсткавую канюшыну і... кілты?.. На жаль, паўнавартаснай карціны ірландскай гісторыі, звязнай і паслядоўнай у мяне пасля "Дубліна" не склалася. Нібыта там згадваюцца важныя падзеі: бітвы, хвалі эміграцыі, ангельскія каралі, спробы паўстанняў, згадваюцца Свіфт і Джойс, бульба і вялікі голад. І не тое каб я хацела прачытаць мастацкі падручнік... Але... Можа, каб была асобная кніга пра кожную падзею?.. Можа, мне больш спадабалася б заглыбленая ў паданні і казкі першая частка - "Ірландыя"? Мне не хапае слоў, каб вытлумачыцца: "Дублін" не дрэнны і не добры... ніякі?

А вось пераклад і рэдактура маглі б быць лепшымі. Няўклюдныя канструкцыі ангельскага сінтаксісу дапаўняюцца некалькімі перламі: "как один из тех глупых девственниц из евангельской притчи" (одна из неразумных дев - павінна было б быць напісана), "доктор Пинчер весьма польстило".

І я ўсё думала: я хачу такую кнігу пра гісторыю Беларусі. Ад Полацкага княства праз асноўныя сталіцы Вялікага Княства Літоўскага - Наваградак - Вільня - Менск - да БНР. Лёс дзвюх сем'яў, у якіх нараджаліся б то героі, то здраднікі, якія то ўзляталі б, то занепадалі, сябравалі і варагавалі... Такую тоўстую-тоўстую кнігу, але лёгка-лёгка напісаную, на якую западалі б падлеткі, выбіраючы герояў пад сябе, і якую можна было б даваць замежнікам для мастацкага азнаямлення з гісторыяй маёй краіны. Праўда, калі я спрабую пракруціць у галаве магчымыя сюжэты, у мяне не атрымліваецца прадоўжыць іх праз столькі стагоддзяў. Астраўное становішча Ірландыі мо давала ёй пэўную перавагу перад адкрытасцю еўрапейскай прасторы?.. То мае персанажы гінуць пры Сініх Водах ад татараў, то страчваюць сяброў пры Грунвальдзе, іх выразаюць войскі Івана Жахлівага або Пятра Першага... Героі мяняюць мову і ўцякаюць ад глыбока на Захад або займаюць высокія пасады на Усходзе, забываючыся пра радзіму... І таксама, як у Ірландыі, кожнае пакаленне, як пульс нацыі, дае штуршок крыві новаму паўстанню (1790-я, 1830-я, 1863 - роўна пакаленне!). Зімовы дуб, які мог бы быць сімвалам Краю, зноў і зноў церпіць ад войнаў і шыбельных вяровак... І здраднікі ўяўляюцца ярчэй, чым героі. Здаецца, маёй гісторыі бракуе хэпі-эндаў...

majj-s
Оценил книгу
- Two tickets to Dublin.
- Куда, блин?
- Туда, блин.

С Ирландией все непонятно. Почему до сих пор вооруженные столкновения на улицах, их ведь не вчера завоевали, за столько сотен лет не ассимилировались? Почему живут у себя хуже русских, в то время, как в Америке потомки ирландских эмигрантов сумели стать белой костью, промышленниками, политиками. Почему умирали от голода в центре Европы, в середине просвещенного XIX века? Почему, живя в окружении флегматичных северных народов с лошадиными лицами, хороши знойной красотой кастильских грандов и демонстрируют южный темперамент?

Ирландия моя священная рана. Бывает, встретишь что-то. причиняющее боль, чего не можешь понять-принять-осмыслить. Рада отбросить, да не получается - это уже вошло в тебя. Задвигаешь подальше внутрь, чтобы не задеть ненароком и живешь как прежде, но вот повернешься как-нибудь неловко и опять саднит-болит-кровоточит. Не заживает до конца. Очарование Изумрудного Острова, где герой Кухулин исполнял работу пса, а Тристану и Изольде некуда было деться от любви, и до "Сестер Магдалены" горчило трагической предопределенностью. Но вот фильм обрушился, а с ним обыденное знание, что в просвещенной западной стране во второй половине XX века существовали приюты, куда девочку-подростка могли запереть за флирт с мальчиками; за то, что забеременела, не будучи в браке или за то, что ее изнасиловали. А там хуже, чем в тюрьме: там издеваются, унижают, заставляют рабски трудиться, там могут убить ребенка, рожденного юной грешницей и зароют тут же в подвале. И покроют все именем Божьим - впору сделаться атеисткой.

Положим, исчерпывающего ответа на все вопросы восемь сотен страниц романа Резерфорда не дадут, но с большинством справятся. Это редкий случай, когда аннотация права, читать "Дублин" имеет смысл тем, кто по каким-либо причинам интересуется Эрином: был там, собирается поехать или как я - переживает острый когнитивный диссонанс. Прочим я бы не рекомендовала, у книги очень высокая плотность поверхностного натяжения. В этот текст не вносит вихрем, как в романы Стивенсона, не въезжаешь в него и галопом, как к Дрюону; даже с неспешной рысью дартаньяновой лошади не сравнить начало чтения. С "Дублином" тянешь за собой неповоротливую. перегруженную персонажами, конструкцию, как бурлак на Волге.

Книги Резерфорда относятся к тому крепкому жанру исторического романа, каким еще Вальтер Скотт радовал читателя, ни изыски модерна и постмодерна не коснулись его, ни вольность нового времени в обращении с сексом и насилием. Это целомудренно до пуританизма, а из многообразного описательного арсенала современности: кишки, гной, раздутые трупы разной степени разложения, рои мух и кишащие личинками раны, кровавый понос - автор оставил на своих страницах только кровь в батальных эпизодах. Посредством одной только алой краски и занавеса, опускаемого над интимными сценами, достиг перманентного лидерства своих книг в списках бестселлеров, а суммарный тираж перевалил за пятнадцать миллионов (и это только на бумаге в наш, сплошь читающий в цифре и аудио, век).

Раз читают. значит интересно? Н-ну. скорее всего, так и есть, потому что имеется ведь еще немалый сегмент поклонников исторической литературы, к числу которых не принадлежу. Тех, кого интересует возможность познакомиться с бытом и нравами, подоплекой исторических событий, более красочными, чем в учебнике, подробностями военных кампаний. Тех кто, как я, не поклонник жанра, не стану успокаивать уверениями, что через первые двадцать (пятьдесят, сто) страниц станет интереснее. это случится ко второй половине книги. Первая оставляет впечатление тщательного кустарного опуса: герои марионетки, которым всю сложность психической жизни заменяют одна-две черты; живым и мотивированным выглядит лишь носитель зла в романном пространстве, доктор Пинчер.

Однако вот какая штука, на данной стадии и не нужны живые полнокровные герои. Сколько понимаю, здесь Эдвард Резерфорд ставит целью проиллюстрировать персонажами своего марионеточного театра историческую подоплеку крайне непростого ирландского феномена (помните сто тысяч "почему" и когнитивный диссонанс?) И, должна признать, это блестяще удается. Горечь людей, которых периодически, по капризу задней левой ноги очередного правителя и в стремлении пополнить бюджет облагают непосильными налогами, сгоняют с обжитых мест, отобрав дома и землю; позволяют вернуться, выкупив свою прежнюю собственность и снова отбирают. чтобы передать кому-то другому. Это покруче будет, чем среди родных берез. Мы у себя привыкли, что родное правительство не тем, так иным способом ограбит народ и все время ждем подвоха. Какой же уровень внутренней нестабильности и недоверия властям предержащим должен за века выработаться у них?

Сменяются времена, неспешным гобеленом продолжает ткаться история страны со вспомогательными фигурками отдельных людей и целых родов. Эффект телесериала: когда можешь мысленно ставить вешки: а это сын того-то, и внук того-то, герои становятся ближе. Чуть более высокими и яркими верстовыми столбиками мелькают камео реальных исторических персонажей: правителей, полководцев, знаменитостей. А потом глава о голоде и ты уже не сможешь воспринимать книгу как беллетризованную историю. Судьба Морин такая живая и больная, скручивает тебя изнутри жгутом - вот так. значит, все было! Фитофтора и четверть населения страны умирает от голода, вот тебе и прообраз биологического оружия.

Если на этапе Морин это просто очень хорошее, не в последнюю очередь за счет темы, чтение, то с графиней Кейтлин становится отличным, а финал, так и вовсе изумительно хорош. Ну а как твоя священная рана? Затягивается.

На поясе подвешены были морские камешки, побрякивавшие при каждом движении его устрашающей фигуры; на них грубо, но с поразительным мастерством были вырезаны изображения покровителей кланов, древних героев и героинь Ирландии: Кухулина, Конна Ста Битв, Ниалла Девяти Заложников, Брайена Кинкорского, Капитана Бойкота, Данте Алигьери, Христофора Колумба, Карла Великого, Последнего из Могикан, Розы Кастилии, Настоящего Голуэйца, Человека, Сорвавшего Банк в Монте-Карло, Защитника Ворот, Женщины, Которая Не Решилась, Бенджамина Франклина, Наполеона Бонапарта, Джона Л.Салливена, Клеопатры, Парацельса, сэра Томаса Липтона, Вильгельма Телля, Микеланджело, Магомета, Адама и Евы, Геродота, Мальчика с пальчик, Будды Гаутамы, леди Годивы, царицы Савской.
"Улисс". Джойс.
VannaCragfast
Оценил книгу

В детский сад прислали двух солдат чинить электропроводку. Детишки стали ругаться матом. Заведующая идет жаловаться лейтенанту. Тот вызывает обоих солдат.
- Выражались?
- Никак нет, товарищ лейтенант. Рядовой Макеев паял провода, я держал внизу стремянку. Потом раскаленное олово стало капать мне на голову.
- А вы что?
- А я и говорю: рядовой Макеев, не капайте мне, пожалуйста, оловом на голову!

На уроке истории нам классе в шестом задали факультативным заданием написать небольшой сценарий по какому-нибудь из эпизодов истории Великобритании. Летом мы читали «Историю Англии для юных» Чарльза Диккенса, поэтому вдохновение и сюжеты было решено черпать из неё. Тогда у меня ничего не получилось: по неопытности я вкладывала в уста героев повествовательные предложения. Условно говоря, пишет Диккенс: Елизавета I решила быть королевой-девственницей, я и заставляла несчастную Елизавету гордо заявлять: «Я решила стать королевой-девственницей». Когда я перечитала «сценарий», то решила его не сдавать: настолько скучным и безжизненным он мне показался.

Роман Резерфорда очень напомнил мне тот самый картонный сценарий. Автор, правда, пошёл чуть дальше: изобрёл собственных ходульных персонажей. Вот вам семья коренных благородных ирландцев, в которой есть мерзавец, считающий, что он должен был стать истинным вождём. Вот вам хорошие обирландевшие англичане-католики. Вот ЗЛОЙ (очень злой!) протестант-англичанин, который не может понять и принять Ирландию даже после долгих лет жизни на зелёном острове, потому что он ОГРАНИЧЕННЫЙ.

Мало того, что персонажи выглядят функциями, за ними ещё и неинтересно следить. Стоит в романе возникнуть хоть какой-то жизни и интриге, как Резерфорд обрывает её на корню (обычно смертью персонажа). Хороший и честный персонаж впервые пошёл против закона ради благой цели, и тут бы посмотреть на последствия этого поступка? Зачем, если можно его убить. Девушка влюблена в одного юношу, а её выдают замуж за его положительного брата? Утопим предмет её воздыхания, нечего соблазны оставлять. А её эмоции разжуём и положим в рот читателю: зачем хотя бы вскользь описывать КАК она горюет и ненавидит брата, из-за которого любимого и отправили за море? Лучше написать, ЧТО она горевала и возненавидела брата на всю жизнь. Всего пара предложений, в лучших традициях кратких содержаний.

Только вот у кратких содержаний есть один серьёзный минус — лично я после прочтения напрочь их забываю, даже если пытаюсь выписывать ключевые имена. Потому что они меня никак не цепляют, и на экзамене в университете мне легче было вспомнить прочитанного в детстве и не перечитанного во время семестра «Робинзона Крузо», чем «Моби Дика», до которого у меня так и не дошли руки, но зато краткое содержание я лихорадочно читала накануне.

В начале романа Резерфорда есть краткий пересказ первой части «Дублина», романа «Ирландия». Её я не читала, поэтому попыталась вникнуть, но уже через пару страниц бросила это дело и перешла к основному повествованию. И надо признать, несмотря на пугающий объём, качество текста не сильно изменилось.

Также в романе раздражают внезапные хронологические прыжки. Автор неожиданно прерывает повествование на «самом интересном месте» (выражение не слишком уместное для этой книги) и ставит перед новой частью очередной год. Это вводит в ступор. Думаю, я не единственный читатель, который не помнит, в каком году разворачивалось действие прошлого куска, поэтому некоторое время в недоумении ищу в тексте подсказки, сколько лет прошло между частями. Возможно, для доподлинно знакомого с историей Ирландии читателя это очень важные даты а-ля «ах, да в этом году же достиг своего пика конфликт между католиками и протестантами, как же с этим справятся наши герои». Для меня — нет.

Я понимаю, что хотел написать Резерфорд — этакий увлекательный экскурс в историю Ирландии с картинками (то бишь, с увлекательным сюжетом). На мой взгляд, не получилось, ни того, ни другого, слишком уж выпирает ходульность героев, а исторические справки выглядят притянутыми за уши и нудными.

Что ж, лучше я накоплю денег и съезжу в Ирландию сама, где экскурсоводы без всяких натужно выдуманных героев расскажут мне об истории этой замечательной страны. А пока, закину в себя пинту Гиннеса, прочитаю, наконец, «Дублинцев» и ещё раз посмотрю на завораживающие выступления Riverdance.

RogianTransmuted
Оценил книгу

Должна признаться, я очень плохо знаю историю. У меня плохая память, и я успешно забыла всё, что когда-либо учила в школе на всемирной истории и читала самостоятельно про Ирландию и Англию. Единственное, о чём я имела представление до прочтения этой книги – это о конфликтах (в том числе и о военных) между англичанами-протестантами и ирландцами-католиками, и то в очень урезанном виде, так что прочитанное практически ложилось на чистый лист. И это тот случай, когда лучше иметь хоть какую-то базу знаний по предмету, чтобы просто наслаждаться чтением, а не пытаться вспомнить, что же там происходило в Дублине условные 300 страниц назад. Героев я даже и не пыталась запомнить, потому что только ты наконец-то запоминаешь, кто католик, а кто протестант, кто кого предал и у кого с кем любовь, как они уже все умирают и появляются их потомки. Совместить всех этих героев в голове за одно довольно быстрое прочтение лично я не в состоянии (хотя тут я не совсем справедлива, в начале книги есть генеалогическое древо, но если читать в электронном формате, возвращаться к нему постоянно не очень удобно). При всём этом книга мне, безусловно, понравилась. Герои, хотя их и было тяжело классифицировать и запомнить, кто кому кем приходится, очень правдиво написаны, они не злодеи и не святые, у каждого из них своя правда (и большинство из них не в состоянии признать возможность существования иной правды), и все они похожи на нынешних нас (да и в происходящих с ними и городом событиях нет ничего экстраординарного: убийства, резня, притеснения на почве религии, несправедливая государственная политика по отношению к притясняемым – сколько раз уже всё это повторялось в разные времена и на разных территориях). Если отпустить себя и отнестись к книге как к обычному художественному произведению, а не историческому учебнику, информацию из которого обязательно нужно запомнить, то читать очень интересно, как будто ты каждый день на часик-два погружаешься в жизнь Дублина, стоишь себе в сторонке и смотришь, как меняется город, наблюдаешь за людьми, иногда ужасаешься, иногда радуешься, иногда злишься, но не воспринимаешь всё это всерьёз до конца, наверное, потому что жизни этих людей слишком быстро проходят мимо тебя.
Здесь нет каких-то умопомрачительных сюжетных поворотов или прекрасного авторского языка (по крайней мере, в русскоязычной версии), но есть в этой книге какая-то атмосфра, нечто неуловимое, что я не могу объяснить. И именно эта атмосфера позволила мне втянуться в чтение и не заскучать от количества предложенной информации.
В целом «Дублин» оставил у меня очень приятное послевкусие, и я теперь хочу побывать там, пока не забыла всё, что прочитала.