Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Поправка-22

Читайте в приложениях:
2675 уже добавило
Оценка читателей
4.6
  • По популярности
  • По новизне
  • – Да на кой мне черт, чтоб его наказывали? – раздраженно удивился генерал Дридл. – Он заслужил медаль. И если ему хочется получить ее в голом виде, вам-то какое, к дьяволу, дело?
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Техасец оказался редкостно благородным, благодушным и благонравным. Дня через три его уже никто не мог выносить.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Йоссариан вскинул руку, чтобы схватить ночного мучителя за горло, но тот легко уклонился и со зловещим хихиканьем выскочил в коридор. Йоссариана сотрясал бешено бьющийся пульс. Тело покрылось липкой ледяной испариной. Кем же был его приятель? Сонный госпиталь затопила темная тишина. У Йоссариана не было часов, чтобы определить время. Сон безнадежно ушел, и он понимал, что ему предстоит томиться, как узнику ночи, прикованному цепью бессонного бессилия к своей койке, целую вечность, пока его не спасет рассвет. Ознобная дрожь всползала по его ногам к животу и спине. Ему стало холодно, и он вспомнил Снегги, который не был его приятелем – он и в знакомые-то ему не навязывался, замерзая до смерти на дюралевом полу в лужице слепящего солнечного света, безжалостно озарявшего его бледное лицо, когда Йоссариан, по мольбе Доббза: «Помоги стрелку, пожалуйста, помоги!», оказался, пробравшись над бомбовым отсеком, в хвосте самолета, где лежал Снегги. При взгляде на Снегги ему стало худо, и он, не в силах справиться с отвращением, замер на четвереньках у рифленой коробки, в которой хранилась санитарная сумка. Снегги безжизненно лежал на спине, словно бы придавленный к серебристому полу громоздкими доспехами летного снаряжения – бронежилетом и спасательным жилетом, в котором не было баллончиков для надувки, парашютной сбруей и тяжелой каской. Неподалеку от Снегги, тоже на полу, лежал мелкорослый хвостовой стрелок – и тоже без всяких признаков жизни. У Снегги на внешней стороне бедра зияла огромная глубокая рана, куда поместился бы футбольный мяч, как почудилось в первое мгновение Йоссариану. Пропитанные кровью клочья комбинезона ничем не отличались от оголенных мышц.
    Морфина в санитарной сумке не оказалось, но сначала Снегги спасало от боли мертвящее онемение, вызванное раной. Вместо двенадцати ампул морфина в картонной коробочке лежала записка: «Благо для предприятия «М и М» – это благо для родины. Мило Миндербиндер». Матерно проклиная вездесущего Мило, Йоссариан отыскал среди лекарств аспирин и приложил две таблетки к пепельным губам Снегги, но тот даже и не попытался их разлепить. Это уже было, впрочем, потом, а сперва Йоссариан стал прилаживать жгут, поскольку, ошалев от страха и отвращения, помнил, однако, что главное – расторопность, а у него беспомощно путались мысли, и он боялся окончательно растеряться. Снегги следил за ним безмолвно и безучастно. Артерия на ноге задета не была, но Йоссариан торопливо накладывал жгут, целиком углубившись в это занятие, потому что умел накладывать жгуты. Он трудился быстро и нарочито прилежно, все время ощущая тусклый взгляд Снегги. Накладывая жгут, он почти
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Поправка-22 предписывала, чтоб на каждом досмотренном письме ставилась фамилия цензора. Большинство писем Йоссариан теперь просто не читал. Только ставил на них свой росчерк. А прочитав письмо, назывался Вашингтоном Ирвингом или для разнообразия Ирвингом Вашингтоном. Вскоре его цензурные вымарки на конвертах
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Если спрятать голову в песок, тучи над ней не развеются
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Простите, сэр, – промямлил капеллан, – но как я могу признать себя виновным, если вы не предъявляете мне конкретных обвинений?
    – А как мы можем вам их предъявить, если вы их скрываете
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Вы совершили очень серьезное преступление, отец, – объявил капеллану майор.
    – Какое преступление?
    – Этого мы пока не знаем, – сказал полковник. – Но обязательно узнаем. А вот что оно серьезное – это мы уже знаем.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Ты вот чего, парень, ты пока заткни свое хайло, – предложил ему полковник, – и обожди наших вопросов, идет?
    – Не надо с ним так разговаривать, – сказал майор. – Зачем нам его унижать?
    – А тогда пусть заткнет свое хайло и молчит, пока ему не начали задавать вопросы.
    – Вы пока заткните ваше хайло, отец, – благожелательно посоветовал капеллану майор. – Так будет лучше.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Я бы с радостью отдал Йоссариану все, что должен, – самоотверженно решил Мило. – Но я ведь не должен ему все, а поэтому не могу и отдать, верно? Значит, придется ему рисковать наравне с другими, иного выхода нет, – покоряясь обстоятельствам, заключил Мило Миндербиндер.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Свершилось истинное чудо. Ему теперь ничего не стоило преобразить бессилие в смирение, алчность в бережливость, леность в умеренность, грубость в прямоту, богохульство в мудрость, неправду в истину, порок в добродетель, жестокость в патриотизм, а садизм в справедливое правосудие. Для таких преобразований не требовалось ума, их мог совершить кто угодно. Тут нужна была лишь строго безнравственная последовательность.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • А могу я вставлять их в график работы, а потом отменять?
    – Прекрасная идея! – мгновенно оживившись, воскликнул генерал Долбинг. – Только отменяйте их сразу, без предварительного включения в график. Это внесет неизмеримо больше путаницы
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Я уже написал рапорт о предоставлении нам двух дополнительных майоров, четырех капитанов и шестнадцати лейтенантов, которые поступят в ваше распоряжение. Наша деятельность, повторяю, не слишком важна, но важно, чтобы люди видели плоды нашего труда.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • утверждая, что если они сделают хотя бы один шаг ему навстречу, то остальную часть пути он одолеет сам;
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Он был способен без устали предаваться какой-нибудь пустячной, но кропотливой работе много часов подряд, оставаясь при этом невозмутимым, спокойным и молчаливым, как древний древесный пень.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • но Йоссариан, который тоже не сомневался в его тупости, знал, кроме того, что он гений
    В мои цитаты Удалить из цитат

Другие книги подборки «Лучшие романы по версии BBC»