Но самой большой проблемой оказалось состояние моей грудой клетки: сухой кашель, который я подхватил еще в Лобуче, стал таким тяжелым, что во время особо сильных приступов кашля в третьем лагере я повредил грудной хрящ. Приступы не ослабевали, и каждый раз, когда я кашлял, казалось, кто-то сильно бьет меня по ребрам.
Большинство других клиентов в базовом лагере находились в таком же плачевном состоянии, что, впрочем, было обычным явлением на склонах Эвереста.