Глава 1. Приглашение

Мы стояли перед какой-то аудиторией. Я нервно ждала и зачем-то пыталась читать конспект. Схватила первый попавшийся. Когда не знаешь, к чему готовиться, то особенно страшно ожидать неизвестного. А я вообще не люблю ждать. Только моя подруга Маринка могла быть в струе позитива. Мы пришли вместе, и Марина включила своё обычное состояние. Стреляла глазками по сторонам и говорила, что о ком думает. Бала со мной и моя вторая подруга, Ира. Она, как и я, молчала и слушала высказывания Марины.

Вызывали поступающих абитуриентов в разные дни небольшими группами. Мы нашли наши имена в списке на этот день. Там было много учащихся, но из них пока мало кто подошёл. Это я своих подруг подорвала прийти раньше. Когда нервничаю, частенько куда-то спешу. Ира у меня ответственная и рассудительная. Она была согласна, что лучше прийти заранее. Марине было фиолетово. Она просто всегда была с нами.

– Я чувствую себя полной заучкой, – сказала Марина, посмотрев по сторонам. – Мы пришли с кучей ботанов, – нелестно обозвала подруга парней, стоящих неподалеку и ждущих вместе с нами. Среди них никто ничего не читал. Просто подпирали стены в разных позах. Я не стала комментировать высказывание подруги. Мне сейчас было не до того. Мне всегда было не до парней. У меня только учёба на уме. Маринка говорила, что у меня полный бзик. Она очень расстраивается, что я не использую свои внешние данные. Каждый раз вздыхает, видя меня. Потому что я хожу в безразмерных вещах. Да ещё в очках-хамелеонах.

Даже в клуб обычно отправляюсь в таком же неприметном виде. Мне просто интересно повеселиться, а чтобы приставали – этого не нужно. Свои длинные волосы, чёрные, густые и волнистые, заплетаю в тугую косу. На голову надеваю кепку. Яркий бирюзовый цвет глаз скрываю затемнёнными стёклами. Всё для отпугивания противоположного пола. Ношу футболку на несколько размеров больше и не застёгнутую рубашку мешковатого вида. Широкие штаны с кучей карманов скрывают стройные бёдра и длинные красивые ноги. И кроссы лучше всего дополняют мой непонятно какой вид. Ну и ходить во всём этом просто удобно.

Сейчас из-за своего прикрытия я молчала в тряпочку. А Ира ничего не сказала по иной причине. Она недовольно посмотрела на Марину. Моя вторая подруга не любит, когда унижают или оскорбляют кого-то. Она очень правильная. Но она привыкла слушать, а не говорить. Вот и сейчас опустила голову и не проронила ни слова. Ира у нас вообще молчунья. Про неё можно сказать, что она говорит редко, но метко. И вытаскивать из неё что-то бесполезно. Пока она сама не захочет, не скажет. А если пытаться давить, то замкнётся, и всё. Она с детства такая. Мы втроём дружим ещё с группы садика и потому уже хорошо знаем друг друга. И пусть мы совершенно разные, однако очень близки.

– О-о-о-о… вот это компания… – вдруг восхищённо вздохнула Марина.

Я уже не смотрела ни на кого, потому что снова тряслась и пыталась вглядываться в страницы тетради. Ира опять стояла с опущенной головой и с задумчивым выражением лица человека, витающего в своих мыслях. Мы вместе посмотрели на тех, кем так восхитилась Марина. И я вынуждена была признать, что восхищение оправданно.

Четыре юноши и две девчонки, как будто сошли с картинок журнала. Парни высокие, накаченные, один так вообще ростом метра два не меньше. Марина упомянула, что шмотки на них брендовые и дорогие. Я в этом не разбиралась и просто поверила ей. На лицо все в этой компании были один другого красивее. Брюнет с голубыми глазами, блондин с карими. Сразу было видно породу. Они очень выделялись своей привлекательностью. Третий был русый, и его русскую внешность довершали серые глаза и просто сногсшибательная харизма.

А вот на четвертого, верзилу, я смотрела дольше всего. Хотя был он там не самый красивый, но именно к нему мой взгляд просто приклеился. Каштановые волосы у него были длинной по плечи, и брови гармонично сочетались с ресницами. Глаза серые, взгляд с толикой превосходства. Кожа выглядела очень нежной, как бархат, а причёска добавляла ему ухоженности. Он смотрелся очень ярко. Этих красавцев заметил каждый, и они, этакая элита, встали кучно рядом с нами, но общались только друг с другом.

Я даже не заметила, что уставилась на этого высокого парня. Маринка пихнула меня в бок и шикнула, чтобы я перестала так пялиться. Тогда я пришла в себя и захлопала глазами в удивлении. Я и вправду неотрывно смотрела на него. К сожалению, эта группка стояла довольно близко, и потому, видимо, они услышали тихий Маринкин шёпот. Вся компания дружно посмотрели на меня, и тот парень тоже. Я резко отвернулась. Заметила пренебрежение на лицах, а тот красавчик взглянул совсем равнодушно. Он отвернулся первым.

О каком-то чтении теперь не было речи. Я убрала тетрадь в рюкзак. Щёки пылали, а пальцы слегка подрагивали. Я никогда, вообще никогда так не реагировала на безразличие парней. Мне всегда было глубоко пофиг, видит ли меня кто-то из них. Ведь именно отсутствия внимания я добивалась своей маскировкой. А тут такая реакция… Я даже забыла, зачем я здесь. Настолько была удивлена, что мне вообще кто-то приглянулся.

В таком непонимании я посмотрела на подруг. Они, зная меня, тоже были очень удивлены. Марина тут же требовательно открыла рот. Видимо, собиралась расспросить меня, но мне повезло. Пришла женщина, которая стала отдавать распоряжения.

– Потом всё расскажешь, – всё же шепнула мне настойчивая подруга, и мы стали слушать, что от нас требуется. Я, вообще-то, думала, что придут несколько преподавателей и будут смотреть на нас и оценивать. Зададут каждому пару вопросов. Познакомятся. Для чего ещё могут быть вот такие отдельные встречи? Но было всё не так.

Женщина не была учителем. Она была секретарём. В руках у неё был список наших имён и планшет. Она встала в дверях сбоку и подзывала каждого по фамилиям. Я отвлечённо следила за этим. Мне показалось, что из планшета идёт какой-то луч. И каждый, кто подходил к секретарше, попадал под него.

Я заинтересовалась и попробовала незаметно подглядеть в планшет. Имя подошедшего учащегося вспыхивало на экране, когда он попадал под луч, и рядом с именем появляется значок. Правда, не у всех. И значки были разными. Если значок вспыхивал, то женщина очень радостно и искренне приветствовала учащегося и приглашала в аудиторию. А если этого не было, на её лице возникало непонятное мне пренебрежение. И это явно не зависело от обеспеченности или статуса студента.

Тех, у кого появлялся значок, она приветствовала, как элиту, пусть даже выглядели они не очень. Впрочем, у той элитной группы красавчиков значки были у каждого. А вот из нашей тройки значок был только у меня. Марину окатило холодом пренебрежительного взгляда. Даже несмотря на её дорогие вещи и шикарный вид. А вот меня пригласили, почти как королеву, громко произнеся мою фамилию.

– Ворон! – прозвучало на весь коридор, и тут женщина запнулась и даже слегка побледнела. И что странно, тот парень, верзила, резко повернулся и посмотрел на меня. Он уже прошёл в аудиторию и собирался занять место, но застыл и стал сверлить меня взглядом. Странно всматривался в мою внешность. Что он там пытался разглядеть, мне было непонятно.

Я прошла внутрь вместе с подругами, и мы сели рядом. Верзила же пока остался стоять, так и не заняв парту. Мы расселись, и он вдруг прогнал какого-то парня и сел через проход очень близко ко мне. Марина сразу пихнула меня, и теперь уже я шикнула на неё. Сидела и отчаянно краснела, потому что он, не скрываясь, разглядывал меня. Я пару раз поднимала на него взгляд и видела это. А у него в глазах при одном из моих взглядов неожиданно промелькнуло понимание. Даже стало интересно, чего он там для себя понял.

Секретарша куда-то ушла, бросив вызывать поступающих, но потом вернулась, продолжив, как ни в чём не бывало. Понравившийся мне верзила сразу подошёл к ней и приглушённо заговорил. При этом они оба поглядывали в мою сторону, а затем она показала ему планшет, и он снова внимательно посмотрел на меня. После этого он отошёл от неё и занял выбранное место недалеко от меня. Правда, больше не пялился.

Я задумалась, пытаясь вспомнить его фамилию, но не смогла. Озадачилась и тут поняла, почему так. Его вообще не называли. Он прошёл с одним из своих спутников и просто кивнул секретарше. А она тогда тоже кивнула ему. Но почему-то мне показалось, что этот кивок очень смахивает на поклон.

А когда он подходил к этой женщине, она как-то слишком уважительно говорила с ним. При этом сам он вроде обращался к ней по имени, хотя она нам не представилась, а только назвала свою должность. Я снова посмотрела на парня. Он сидел через проход от меня и пододвинулся совсем близко к краю парты. Он тоже на меня смотрел, и я, смутившись, быстро опустила глаза и постаралась отодвинуться подальше.

Секретарь пригласила последнего поступающего и, дождавшись, когда все займут места, раздала нам листки. Потребовала ответить на вопросы, которые были там написаны, и неожиданно ушла. Совсем. Попрощалась и ушла. Я была в ещё большем недоумении. Но остальные заметно расслабились. Особенно те, у кого на планшете не высветились значки. А вот та элитная группа и другие со значками сосредоточенно уставились на свои листки.

Я посмотрела на задание и увидела вопросы о членах семьи. Один, второй… я пробежала взглядом всё и непонимающе подняла голову. Зачем столько писать о своей семье и всех известных родственниках? Повернулась к подругам, и оказалось, что у них такие же вопросы. Ира, пожав плечами, стала заполнять листок. Марина уже писала с самым равнодушным видом. Я посмотрела на верзилу и увидела его взгляд. Тут он вдруг улыбнулся и тепло спросил:

– Помочь с ответами?

Я захлопала на него глазами. Не ожидала от такого громадины голоса с удивительно мягкой интонацией. И не ожидала, что у него такая потрясная улыбка. Было приятно, что он предложил помочь. Я так смутилась от вспыхнувшей во мне радости, что, кажется, сильно покраснела. Но тут я поняла, что именно он предложил, и мне стало смешно.

Смущение до конца не ушло, но значительно уменьшилось из-за возникшей весёлости.

– Вряд ли ты больше меня знаешь о моей семье, – прошептала я, наклонившись к нему. Не смогла сдержать широкую улыбку и очень удивилась его странному ответу.

– Кто знает… – сказав это, он пожал широкими плечами и начал заполнять свой лист. Маринка, сидевшая сзади меня, ткнула меня ручкой в спину и поторопила, сказав, что уже почти всё написала. Я поспешила заполнить свои ответы. Тем более, что писать мне было почти нечего.

Я быстро всё дописала, но подруги справились раньше и ждали меня выхода. Оставив свой лист на парте, как и просила секретарша, я пошла к девчонкам, и мы быстро вышли оттуда. Восхищаясь внутренним оформлением парадных помещений, мы спешили покинуть их. И вот уже на улице, у выхода, мы посмотрели друг на друга, и, кажется, до нас одновременно дошло.

Этот тест был простой формальностью, поступление от него не зависело. Секретарша, прощаясь, назвала нас абитуриентами и пожелала хорошей учёбы. Мы поступили, поступили все, и это уже точно. Осознав это, мы с подругами радостно рассмеялись и обнялись. А потом, держа друг друга за талии, мы этакой цепочкой дружно пошли к метро.

Нас три подруги. И у нас общая мечта. Мы хотели поступить в Политех. Тот, что фасадом напоминает дворец. А внутри при входе, в парадном холле, шикарная мраморная лестница. От одного её вида во мне поднимается нервная дрожь. Но девчонки меня поддержали, и мы поставили себе общую цель.

Из нашей тройки по социальному статусу выделялась Маринка. Её отец – обеспеченный человек. Им не приходилось долгие годы откладывать деньги на учёбу. А я и другая моя подруга, Ира – бедные церковные мыши. Нам частенько приходилось отказывать себе в разных приятных мелочах. Всё для того, чтобы исполнить свою мечту и поступить сюда. Мы ещё подрабатывали в летних трудовых лагерях и в курьерской службе. Питер – город большой, для курьеров работа всегда находилась. А для нас никакие деньги не были лишними.

По-другому попасть в Политех таким простым девчонкам нереально. Да и с деньгами тоже непросто. Нам помогло то, что мы налегали на учёбу. Закончили одиннадцать классов с пятёрками почти по всем предметам. Перед тестами каждая помогала остальным готовиться в том, в чём она была сильнее: Ира – в русском и литре, Марина – в математике, я – в истории. Поэтому мы всё сдали и были очень рады. Приступили к следующему шагу своей мечты, пришли сдавать экзамены в Политех. Так же натаскивали друг друга, и это дало свои плоды. Мы поступили. Все вместе. Чувствовали себя после этого очень круто. И теперь это чувство усилилось.

Маринка сказала, что согласна отметить это новым походом в клуб. Я тоже хотела ещё один праздник, но денег на второй поход в клуб уже не было.

Потом мы все вдруг резко почувствовали себя голодными. На нервах нам есть вообще не хотелось. А теперь, когда отпустило, проснулся зверский аппетит. Было принято решение купить пару пирожков, и мы направились искать лоток с чем-то подходящим.

Вот как раз при покупке пирожков нас и словили. В смысле выцапали. В общем, та красивая четвёрка парней подрулила к нам. Резко затормозили рядом с лотком с хот-догами. Высыпали из большущего джипа. Девчонок с ними уже не было. Красавчики сморщились при виде того, что мы покупаем, но всё же заговорили с нами.

– Девчонки, давайте мы вас угостим в кафешке. Заодно и познакомимся, – предложил брюнет с голубыми глазами. У Марины, видимо, закружилась голова от радости. Потому что она быстро за всю нашу тройку громко согласилась и потащила Иру за собой.

– Подруга, не отставай! – крикнула она мне.

Иру я ни за что бы не бросила. Пришлось топать за ними.

В кафешке парни совершенно невозмутимо сдвинули два стола и так же невозмутимо рассадили моих подруг через стул, после чего один сел между ними, а двое других по бокам. Разместились все в одном углу. И сразу окружили Иру и Марину заботой. Я же неожиданно оказалась отделена от подруг. И рядом со мной сел тот громадина. С такой необычной внешностью и странным вниманием в глазах. Он отодвинул мне стул со словами:

– Быстро ты всё написала. Думал, не успею догнать.

У меня аж рот открылся от удивления. Он слегка толкнул меня, и я плюхнулась на стул. Брови мои тут же взлетели. Он придвинул свой стул и сел, зажав меня у стенки и полностью отрезав мне проход. Но это было только начало. Мои глаза округлились, когда он вдруг взял и снял с моей головы кепку. Я еле сдержала порыв попытаться отнять её. А он снова стал разглядывать меня со словами:

– Так я и думал…

Он не только сказал эту странную фразу, но ещё провёл пальцами по одному моему чёрному завитку, выбившемуся из причёски. Раньше я обязательно сказала бы что-то колкое. Так, чтобы навсегда отбить желание смотреть в мою сторону. И парочка таких фраз у меня всегда были наготове. Но тут я просто не смогла ничего произнести.

Парень и его внимание удивляли и, что ещё удивительнее, были мне приятны. Кажется, он мне не просто понравился. А очень понравился. Я смущалась, краснела и ничего не делала, чтобы помешать ему изучать мою внешность. А он после кепки взялся за очки и стянул их тоже. Посмотрел сквозь стёкла, усмехнулся и отложил их на стол рядом с кепкой.

Во время всего этого он ещё успел заказать нам кофе и булочки. Я только удивлённо смотрела, совсем не зная, что делать.

– У тебя такие глазищи. Зачем ты их прячешь? – спросил он тихо.

При этом он разглядывал меня, не отрываясь. А я всё же ляпнула то, что привыкла:

– А что б такие, как ты, не пялились!

Он тут же рассмеялся в ответ на мою колкость, а я снова покраснела. Меня ужасно смущало его внимание, и ещё было стыдно за резкость слов.

– Вот же вредина! – весело сказал он, и я вдруг обрадовалась тому, что не обидела его. Моё лицо, само собой, расплылось в счастливой улыбке, и я, хоть убей, не могла убрать её. Я чувствовала себя впавшей в эйфорию от улыбки парня, и это было сильнее меня. Только глубоко вздохнув пару раз, схватив чашку кофе и спрятавшись за ней, я смогла прогнать смущение и это внезапно возникшее чувство счастья.

Он тоже стал пить кофе с булочкой и по-простому сказал:

– Я Ваня, а тебя как звать, недотрога?

Я снова присмотрелась к нему. Имя Ваня ему шло.

– Ната, – тихо ответила я.

Вообще, у меня очень странное имя. Наталинелля. В школе долго прикалывались надо мной из-за него. Получая паспорт, я потратила заработанные деньги, чтобы официально поменять имя на Ната. Теперь я могла спокойно скрывать то, как меня звали изначально.

– Ната, мы с друзьями собираемся отметить поступление. Я хочу пригласить тебя с нами. Пойдёшь? – тепло спросил Ваня.

Интонация у него была такая мягкая и приятная, как напиток, который я сейчас пила. А я, кажется, была совершенно заворожена его глазами. Неотрывным заинтересованным взглядом. Сама не понимая, что говорю, я ответила:

– Хорошо.

А потом встрепенулась и пришла в себя. Куда это я соглашаюсь пойти? Да ещё с первым встречным! К тому же, у меня нет на это денег. Да и платья подходящего нет. Меня охватили смущение и страх. Я дала согласие, и теперь надо как-то выпутываться из этого.

Разлепив непослушные губы, я спросила, куда он меня пригласил. При этом усиленно думала, как теперь отказать потактичней. Он сказал мне название клуба, и меня охватила волна паники. Ваня стал объяснять, где находится этот клуб, а я внутренне застонала. Это был один из дорогих вечерних клубов. Мы проходили мимо него. Там всегда при входе стояла толпа, и впускали только по специальным карточкам членов клуба или их спутников. Это место точно не для меня. В прошлый раз потусоваться в дорогом клубе нам с Ирой значительно помогла Маринка. Иначе бы мы вообще никуда не пошли. Кроме площадки во дворе.