Ничего не проходит бесследно. Наши прошлые поступки падают семенами в плодородную землю истории, прорастают непредсказуемыми последствиями, и не имело никакого значения, добра мы хотели или худа. Всё будет так, как будет. Всё будет по-своему. И не факт, что узнав об этом, мы раскаемся. Иногда поступить иначе просто невозможно. Иногда, что бы мы ни сделали – всё обернётся бедой. Но для разных людей и разных масштабов.
Прошло целых семь лет. Уставший от груза предназначений травник Жуга скрылся с глаз человеческих, затаился среди лесных духов, лишь изредка появляясь среди людей и превращаясь в легенду в их устах. В одно из немногочисленных проявлений реального волшебства. А между тем по Европе смертоносной поступью шествует эпоха нового зла и мракобесия. Охота на ведьм. Накрывает города истерией и ужасом. Это больше, чем просто жестокость. Что-то страшное грядёт. Слишком много колдунов инквизиция сожгла на кострах. Кому приносится эта жертва? И что будет, когда он насытится?
Жизнь сводит Жугу с неминуемыми последствиями прошлых поступков, давнего выбора между одним злом и другим. И одновременно – с неизбежной судьбой, от которой он пытался сбежать столько лет. Кем станут для него одинокая девушка по прозвищу Кукушка и мальчик, обязанный ему своим самоубийственным даром? Подопечными? Учениками? Проклятием? Стоит ли ради этой призрачной семьи отказаться от спокойствия? А ради спасения мира? Роднит ли его вообще ещё что-то с этим миром и его обитателями или он уже превратился в стихию природы? Жуга настолько превысил пределы человеческих возможностей, настолько превысил пределы силы, что сила начала диктовать свои условия, она уносит за собой, превращая человека в нечто неведомое. В этом противостоянии столько неизвестных, что сложно сказать, чем всё закончится. Но можно сказать, с чего всё начнётся. С ненависти. Именно её разъедающая сущность закрутит колесо неизбежности.
То, что делает Скирюк, выжигает душу насквозь. Если первый том начинался как весёлые околомагические приключения и заканчивался серьёзными вопросами жизненного выбора, а второй том захлёстывал меланхолией несбыточной мечты и тоской неминуемых потерь, то третий – это самая настоящая трагедия. Не возвышенная, шекспировская или древнегреческая, а повседневная, тёмная, душная, пронзительно-грустная, как предсмертный крик, завораживающая глубиной своей депрессии и отчаяния. Это ноябрь, тьма и безысходность. Читаешь, как под гипнозом, не в силах оторваться, и понимаешь, что окончиться всё это может только катастрофой.
Мистический символ близящейся развязки здесь – руны, что было мне очень близко. Сама концепция рун связана с движением по уготованному пути, и страшно осознавать, что несёт тебя в ад и вариантов по сути-то нет. Я заметил, что не все нюансы толкований расписываются, так что, если покопаться в раскладах Жуги, то картина вырисовывается совсем уж безрадостная.
Зато автор продолжает радовать читателей интертекстом. В предыдущих книгах было множество пасхалок на сказки, легенды, культурные концепты и даже чужие произведения от Сапковского до Эдгара По. Сейчас же нас ждёт совершенно новый уровень отсылок и аллюзий, в том числе на более реальные и злободневные вещи, на историю и связанные с ней мемы, и при этом всё органично и слегка шокирующее вплетается в сюжет. Один "Ленин" чего стоит с его революционными планами в рамках отдельного захудалого села.
Но больше всего меня впечатлила незаметно вложенная в уста персонажей матчасть по эпохе. Если присмотреться, то можно увидеть бездны очень странной информации. Скирюк же нам читает практически лекцию по позднесредневековой истории: от лингвистики до экономики, от реконкисты до инквизиции. Сколько я научпопа по этой теме перечитал, а многое из сказанного вижу впервые. Интересно, это какие-то его личные исследования или домыслы?
Уровень по-прежнему держится, читаешь, как в каком-то помрачении, сливаясь с текстом, начинаешь мыслить его конструкциями. Категориями абсолютной безысходности. Идёт легко, но впечатление очень тяжёлое. От концовки и вовсе остаёшься в шоке. Если это не ловушка, не обман, если всё реально именно так, то дело плохо. Похоже, ответы сможет дать только последний том.