Отзывы на книги автора «Дмитрий Максименко»

При упоминании Таривердиева в моей голове неизменно начинает звучать знаменитая мелодия «Снег над Ленинградом». Меланхолично, лирично и на полдня.
При этом, кроме нескольких самых известных музыкальных произведений, о композиторе я не знаю ничего. Вернее - не знала и, засучив рукава, взялась за биографию.

Моему взору открылся удивительный человек. Человек-планета. С одной стороны, тонко чувствующий, интеллигентный, глубоко ранимый, привыкший не щадить себя на пути к совершенству. С другой стороны, несгибаемый, упрямый, взрывной, бескомпромиссный, прямой, не гнущий шею перед чинами. Одаренный с детства, но оставшийся музыкальным трудоголиком на всю жизнь. Блестящий творец, продолжающий искать и создавать новое.
Человек сложной судьбы, переживший арест отца и конфискацию имущества, военные годы, нужду, уголовное преследование, травлю (из-за клеветы другого композитора), операцию на сердце и сложности со здоровьем. И при этом создающий такие щемяще-лирические и нежные композиции, в которых ощущаешь сказочность и грусть одновременно.

По предыдущим абзацам легко сделать вывод, что я осталась в глубоком восхищении от масштаба личности и таланта Микаэла Таривердиева. Так почему же такая средняя оценка?

Для начала о плюсах.
Не буду говорить, что сам выбор героя книги — это один жирнющий плюс, оно понятно.
Авторы, являясь музыкантами, хорошо разбираются в теме и правильно описывают и преподносят нюансы работы композитора, объясняя и углубляясь в произведение вместе с читателем. Чувствуется широкий кругозор в теории и истории музыки, что также благотворно влияет на текст книги.
Очень порадовал список всех кинопроизведений, в которых можно услышать музыку Таривердиева. Очень полезная таблица, прямо от души спасибо.
Книга написана легко, читается быстро. Но...

Читая данную биографию, я постоянно спотыкалась о некоторые моменты, то спрашивая себя «а это здесь зачем?», то восклицая «ну вот опять!».
Пройдусь по некоторым минусам (лично для меня, для вас это могут быть плюсы):

1. Неоднородность повествования и временные скачки.
Изначально биография идет более-менее последовательно, но потом появляются главы, посвященные какому-то отдельному аспекту жизни Таривердиева (например, путешествия или семейные дела) и авторы скачут туда-сюда, не уточняя, о каком временном периоде идет речь. Мне приходилось параллельно читать Википедию, что огорчило.

2. Обилие посторонней информации.
В книге 231 станица (без приложений), довольно крупный шрифт. То есть, понятно, да? Весьма небольшая. Так вот в этой весьма небольшой книге огромное количество информации ради объема. На мой субъективный взгляд. Что мы узнаем, помимо биографии Таривердиева:

- историю тбилисских армян со времен царя Давида и очень важную информацию о знаменитых армянских фамилиях в Тбилиси;

- историю органной музыки со времен князя Владимира и до советского периода;

- историю появления кино. Прямо вот на полном серьёзе и весьма подробно, начиная с « первые попытки оживить изображение люди делали задолго до официального дня рождения кино 28 декабря 1895 года...» и пошло поехало, начиная с ХVII века про все попытки;

- истории про Хрущева: Хрущев и кукуруза, Хрущев и выставка авангардистов, Хрущев, стучащий ботинком по трибуне, анекдот про Хрущева и всякое разное с ним связанное. Казалось бы, какое отношение ботинок или анекдот имеют к Таривердиеву? Но авторы посчитали эту информацию необходимой для читателя;

- историю наставничества, то есть отношения мастер-ученик со времен Средневековья, как развивалось, как продолжалось;

- пять страниц, например, были посвящены Лиле Брик: Лиля и ее сестра Эльза, Лиля и ее салон, Лиля и Маяковский, Лиля и ее новый салон, Эдуард Лимонов и его мнение о Лиле Брик. Далее авторы намекают, что сотрудничество Брик с НКВД — это противоречивая информация. И горячо уверяют, что «Для поверхностного любителя литературы она лишь просто стервозная женщина, окрутившая Маяковского. Но вряд ли бы человек такого масштаба мог увлечься банальной стервой».
Тут я и хрюкнула, и кхекнула, и тихонечко забулькала от смеха. Досталось и стервам (потому что масштабный человек на стерву даже не глянет), и тем, кто Лилю недолюбливает, потому что авторы долюбливают и очень явно. А вы просто поверхностные любители литературы, бе-бе-бе.
Тут внезапно в текст снова ворвался Таривердиев, и я очень удивилась, потому что увлеклась хитросплетениями жизни Лили Брик;

- и так далее. Из-за всех этих светских сплетен, историй и экскурсов в прошлое внезапно выпадает реальная жизнь Таривердиева. Мельком упоминается смерть отца, только относительно больного сердца композитора. Мельком упоминается смерть горячо любимой матери, которой в начале книги было посвящено довольно много строк, а ближе к концу она растворилась непонятно отчего и почему. О ее смерти тоже было сказано в контексте болезни Микаэла Леоновича, буквально одной строчкой.

Казалось бы все эти лирические отступления должны были погрузить в дух эпохи, атмосферу того времени, но они были словно разрозненные факты, кусочки изображения, которые не складывались в общую картинку. Как будто упомянутые лишь для демонстрации широкого авторского кругозора и умения быть «в теме».

3. Самоповторы.
Тут вопросы не столько к авторам, сколько к корректору/редактору, который должен был прочесть, причесать и довести до ума.
В этой тоненькой книге, нам регулярно сообщают одно и тоже.

Просто несколько примеров:

- Таривердиев и квартирные хозяйки. Видимо решив, что читатель слаб умом (а также поверхностный любитель литературы, мы помним, помним) авторы четыре раза (я насчитала столько, может еще есть) сообщают, что Микаэл Леонович очень нравился квартирным хозяйкам:
Стр. 94 « Приходилось скитаться по коммуналкам, съемным квартирам, правда, он воспринимал бытовые неудобства легко, говорил, что квартирные хозяйки его любят».
Стр. 171 «Женщины любили его всегда и все, начиная от квартирных хозяек, заканчивая кинозвездами».
Стр. 185 «Особенно о периоде молодости, когда он скитался по съемным квартирам, неизменно вызывая симпатию у всех квартирных хозяек...».
Стр. 206 «Он мог обворожить кого угодно — от квартирной хозяйки до министра культуры, но он совершенно не не умел подлизываться» (да «не не» два раза в книге, опечатки есть, к сожалению, теперь это норма в книгах. Мне очень понравилось из опечаток слово «монопера», звучит игриво).

- Таривердиев и дружба. Чтобы показать умение Таривердиева дружить и жертвовать ради дружбы, авторы четыре раза рассказывают нам об отказе композитора поехать в Париж, потому что его друг, режиссер Михаил Калик (тоже приглашенный в поездку) оказался невыездным из-за судимости:
Стр. 83 «...а вот Калику, как судимому, такого разрешения не дали, даже несмотря на ходатайство Пырьева. И Микаэл Леонович отказался ехать один без друга, хотя до того буквально жил в предвкушении чудесного рождественского путешествия».
Стр. 174 «...от этой поездки он отказался из солидарности со своим другом, Михаилом Каликом, которого за границу не пустили из-за судимости».
Стр. 182 «Поражала их преданность друг другу. Микаэл Леонович ради Калика отказался от поездки в Париж,...».
Стр. 210 «Как мог Таривердиев с его принципиальностью отреагировать на такую несправедливость? Он, отказавшийся ради Михаила Калика от рождественского подарка судьбы — поездки в Париж?»

И еще много таких самоповторов: юный Микаэл и ссора с дирижером, Таривердиев и его первый балет, мама и шелковые чулки и так далее.

Также было несколько моментов, которые заставили недоуменно поднять бровь. Приведу пару примеров.
В начале книги авторы горячо благодарят Веру Таривердиеву, вдову композитора, за помощь в сборе материала и предоставленные фото. Вера Таривердиева была третьей женой Микаэла Леоновича. На момент знакомства с Таривердиевым она была абсолютно самостоятельная единица — замужем, с ребенком, с отличным образованием и карьерой, стремящейся вверх. Упорная и цельная личность.
Но авторы зачем-то решили обесценить ее, наверное, для придания их союзу большего творческого романтизма, и написали:
«Тем не менее этот союз стал, бесспорно, счастливым для обоих. Композитор наконец-то обрел родственную душу, а его муза — смысл существования».
Смысл существования… Кушайте, Вера Гориславовна, не обляпайтесь. Мне стало обидно за вдову.

Или ещё такой момент:
«Удивительно, что, будучи чистокровным армянином, Таривердиев все-таки — совершенно русский композитор. Это вдвойне удивительно: ведь и детство, и юность его прошли не в России».
Удивительно, действительно, не в России. Таривердиев родился в 1931 году в Тбилиси, Грузинской ССР.
«Мой адрес - не дом и не улица. Мой адрес — Советский Союз».

Что я хочу сказать. Я думаю, что для первого знакомства с композитором лучше читать его автобиографию (да, она есть). Это скорее дополнение к биографии, чем самостоятельное фундаментальное исследование жизни замечательного человека.
Ну а все остальное, что я тут написала, это чисто мои заморочки, как предвзятого читателя. :)

Соавторами книги, вышедшей в серии ЖЗЛ в августе прошлого года, являются российская писательница Анна Ветлугина и врач Дмитрий Максименко, выступающие вместе в составе органного дуэта. Герои их совместных работ в серии ЖЗЛ соответствуют их профессиям: ими стали хирург Николай Склифосовский, врач-психиатр Пётр Кащенко и композитор Микаэл Таривердиев, писавший в том числе музыку для органа. Поддержку и помощь в работе над настоящим изданием биографам оказала вдова мэтра — президент его благотворительного фонда и арт-директор международного конкурса органистов им. Таривердиева Вера Гориславовна (род. 1957), любезно предоставившая эксклюзивные фотографии из семейного архива, публикующиеся впервые.

Даже если вы ничего не знаете о жизни и творчестве Микаэла Леоновича Таривердиева (1931–1996), его мелодии вам хорошо знакомы: они звучат в культовых фильмах «Семнадцать мгновений весны» (1973) и «Ирония судьбы, или С лёгким паром!» (1975), более полувека не сходящих с телеэкранов. Достаточно первых нот его композиций, давно уже ставших неотъемлемой частью нашего культурного кода, чтобы в памяти тут же воскресли главные герои и сюжетные перипетии этих картин, любимых миллионами зрителей разных поколений.

Для Таривердиева — Ханса Циммера своего времени, создавшего саундтреки к 130 фильмам, — киномузыка была не лёгкой халтурой ради денег или кратчайшим путём к славе, а таким же полем творческих поисков и экспериментов, как сочинение сюит и симфоний. Это позволило ему сделать популярную музыку качественной, а массовую культуру — изысканной, но при этом близкой и понятной слушателям всех возрастов и социальных групп.

Интересно, что композитор связан с кинематографом не только своими кинохитами: трагическая история из его жизни стала сюжетом популярного рязановского фильма. Имеется в виду судебное разбирательство, лёгшее в основу мелодрамы «Вокзал для двоих» (1982). Нам уже никогда не узнать, по чьей вине погиб юноша в тот праздничный день Победы 9 мая 1967 года, но авторские трактовки причин, обстоятельств и последствий случившейся трагедии читаются с интересом.

Ещё одним камео мастера можно считать его появление в замечательном мультфильме «Как львёнок и черепаха пели песню» (1974). Есть догадки, что внешность и манеры Микаэла Леоновича стали основой образа той самой обаятельной черепахи, музицирующей на солнышке. Действительно, если взглянуть на его фотографии, где он запечатлён в больших очках, сходство забавное и вместе с тем легко узнаваемое.

Каким же предстаёт советский хитмейкер на страницах своей биографии? Родился он в армянской семье в «старом» Тбилиси, на пересечении традиций и культур разных народов, живших в гармонии и взаимоуважении. Единственный ребёнок своих родителей, рос в любви и заботе. Был любопытным, увлекающимся, добрым и чутким к окружающим, но жёстким и неуступчивым, принципиальным и бескомпромиссным там, где надо было настоять на своём.

Его мать «Сато Григорьевна не только придавала огромное значение морально-этическому уровню сына, но и сама оказалась высоким образцом для подражания. Её девиз „стыдно жить хорошо, когда другим плохо“ он запомнил на всю жизнь. Вера Таривердиева называла эти слова „маминой прививкой“, заставлявшей композитора постоянно помогать разным людям» (стр. 83).

Несмотря на репутацию замкнутого «ботаника», увлечения у Гарика были травмоопасные: бокс, фехтование, лошади, мотоциклы. В зрелые годы — водные лыжи и виндсёрфинг. При этом временные неудачи никогда не могли поколебать его целеустремлённости и настойчивости, благодаря которым он осуществил свою юношескую мечту: поступил на композиторский факультет Института им. Гнесиных, в класс прославленного армянского композитора Арама Ильича Хачатуряна (1903–1978), перед личностью и талантом которого преклонялся.

О решительности и мужестве Таривердиева свидетельствует тот факт, что осенью 1986 года он ездил в зону отчуждения Чернобыльской АЭС с концертами в поддержку ликвидаторов аварии, где настоял на «экскурсии» к строящемуся саркофагу. Под гнетущим впечатлением от этой поездки родились саундтреки к ряду фильмов о катастрофе и симфония для органа «Чернобыль».

Одни из самых интересных страниц связаны с историей сотрудничества Микаэла Таривердиева с Татьяной Лиозновой (1924–2011) в процессе создания саундтрека к легендарному телесериалу «Семнадцать мгновений весны». Перфекционизм и бескомпромиссность композитора не раз сталкивались с жёстким характером «железной леди» советского кино, и страсти во время работы над фильмом кипели нешуточные! К тому же заслуженный успех Микаэла Леоновича был отравлен жестоким розыгрышем, когда его обвинили в плагиате музыки французского композитора Франсиса Лея, и эта история попортила ему немало нервов. Так же непросто, со ссорами и упрямым отстаиванием своих позиций шла работа Таривердиева и Эльдара Рязанова (1927–2015) над «Иронией судьбы», поэтому неудивительно, что их во многом случайный творческий союз так и не получил продолжения.

Если кинохиты мэтра советского экрана принесли ему заслуженный успех и признание, то путь его опер и балетов на большую сцену был долгим и трудным. Нередко случалось, что уже готовые к премьере постановки вдруг снимались как «творческие неудачи» композитора. Он остро переживал всё это, что не могло не сказаться на его и без того слабом сердце. Несомненно, глава об истории болезни и сложной операции на сердце Таривердиева написана врачом — Дмитрием Максименко.

Микаэла Леоновича Таривердиева не стало 30 лет назад, летом 1996 года, но его музыка всё так же «даёт слушателям уют, которого всегда не хватает, и люди тянутся к его таким простым и одновременно таким изысканным мелодиям» (стр. 231). «Интонации его музыки не принадлежат ни одной из возможных национальностей, они общечеловеческие и говорят на том универсальном языке эмоций и ощущений, который каждый человек воспринимает как свой родной» (стр. 229).