Отзывы на книги автора «Дмитрий Крымов»

С большим удовольствием — эстетическим и интеллектуальным — прослушал я эти лекции. Даже не знаю, можно ли назвать это всё лекциями.

Дмитрий Анатольевич Крымов, известный наш сценограф, художник и режиссёр, читает курс театральным художникам ГИТИСа. Читает во время пандемии, поэтому на удалёнке, то есть всё это было записано, а потом превратилось в книгу. А я взял послушать аудиокнигу, где сам автор зачитывает то, что говорил студентам, как реагировал на их ответы, как комментировал выполненные (иногда невыполненные) задания и так далее. И я словно сам оказался в этом пространстве творческого процесса. И это вызвало так много во мне отклика. Такую гамму чувств и ощущений!

Вот он даёт задание: взять кусок бумаги, не А4, не стандартной прямоугольной формы, а любой кусок неровной бумаги (да хоть от обоев оторви) — чтобы прочувствовать свободу выражения. И написать три ассоциации, без которой вы не можете обойтись, чтобы воплотить свою мысль, идею, задумку. И так во всём. Крымов экспериментирует со всем на свете, но одновременно даёт важные и фундаментальные советы.

«Человек, у которого ничего не болит, — не художник, не надо себя обманывать»

Сын знаменитого режиссёра Анатолия Эфроса и театрального критика Натальи Крымовой, московский интеллигент и человек начитанный, поставивший десятки спектаклей как сценограф и снискавший славу как режиссёр уже после 40 лет. Дмитрий Анатольевич предельно просто и доступно говорит с молодыми студентами о сложных вещах. И зачастую ты чувствуешь в его разговорах удивление или недоумение (порой разочарование) от того, как мало студенты знают, как мало они читали, а берутся за классику — за Толстого и Пушкина, за Лермонтова и Булгакова...

«Чтобы это было ваше — это надо любить. Если вы это любите, вы хотите это оставить, вы хотите это передать. Это и есть передача собственной любви. Передача собственной любви, выраженной в чем-то изобразительном»

Получилась книга не о театре, не о художнике, не о постановке того или иного спектакля, а о расширении кругозора, о поиске своего взгляда, о своём творческом пути и самовыражении. Так ярко, так живо, так точно и предельно откровенно. Этот живой голос Дмитрия Крымова, звучащий в твоих ушах, переносит сразу и в театр, и в мастерскую художника, и в саму задумку, план, проект... Во всё, что может чем-то стать, во что-то реальное и настоящее воплотиться, зажить своей жизнью.

«И не бояться, правилами заведуют бездари. Правила — это спасительные круги бездарей. Без правил они никто»

А ещё здесь много про писателей и поэтов, про их время, в котором они жили и творили, про ассоциации, которые возникают от соединения творчества и жизни. И великость (с покушением на божественность) Толстого, и лёгкость Пушкина, и одинокость Гоголя, и невероятность Мандельштама... В этих лекциях ты ловишь себя на мысли: ведь действительно, вот оно, на поверхности... А как интересно про детскую книжку «Малыш и Карлсон» Астрид Линдгрен! Да в этих лекциях помещается столько всего, столько книг, истории нашей, писателей...

«Профессионализм без ответа «зачем» — это пошлость»

Недаром Крымова прозвали «кудесником сюрреалистического театра». Он добивается того, чтобы игра захватывала, чтобы образы были поняты, чтобы глубинное вышло на поверхность и коснулось зрителя.

Помещаю книгу в лучшее и советую послушать. Особенно тем, кто интересуется театром, а также всем, кто хочет посмотреть на знакомые вещи с неожиданных сторон. Такая книга учит фантазировать, думать и удивляться всё новым и новым смыслам и образам в уже знакомом и когда-то прочитанном.

На самом деле я бы расширил сферу влияния мастера от чисто театрально-художественной до вообще культурологической (это как минимум), а то и до темы личностного роста практически любого человека, смотрящего/слушающего/читающего курс этих занятий.
При этом в выигрыше были бы конечно те, кто находился у монитора своего ПК и мог не просто слышать голос наставника, но и видеть его мимику и жесты, и всё прочее поведенческое, что сопровождало каждое занятие. Ну и самая невыигрышная позиция досталась нам, читателям этой оригинальной и весьма ценной книги.
Хотя… с другой стороны, у нас, у читателей, открывается широчайшая возможность представлять самим всё то, что мы вынужденно пропустили мимо себя. Это если не лениться и не читать книгу отстранённо, а погружаться в суть каждого занятия и пытаться проходить его содержание вместе с его участниками.

А главная и основная цель этого курса, помимо чисто конкретной цели каждого занятия и упражнения — помочь слушателям открыть в себе возможности вертикального (это понятие условно) личностного прогресса. С тем, чтобы при овладении мастерством создания и передачи Образов использовать эти навыки в театральной практике (не забываем, что слушателями курса были студенты — ученики Крымова). Ведь и правда, как же прав автор, когда говорит о том, что достаточно вытащить напоказ мораль или какую-то иную истину, как эта мораль/истина тут же перестают работать, ибо у зрителя отобрана возможность самому выполнить непростую, но такую важную внутреннюю работу, самому совершить открытие, испытать инсайт, катарсис… И в широком смысле это касается не только зрителей, тут вам опытные педагоги и психологи охотно подтвердят правоту Крымова.

В общем, вы уже поняли, что ваш покорный слуга остался весьма впечатлён чтением этой оригинальной необычной книги. Настолько, что уже стал делиться впечатлениями с близкими ему (мне) людьми и всячески рекомендовать книгу к чтению. Неважно, что мы не театральные художники — стать самому немножко шире, глубже и выше — что может быть лучше!

А вот эта книга, пожалуй, принесла одни из самых свежих и не однозначных эмоций. Поясню. Я - ребёнок пролетариев и не приучен к театрам, музеям и прочему "культурныму" досугу. Не было у нас условий и всё тут. При этом мой отец много читал и был весьма эрудированным человеком,но в то же весьма далёк от мира искуств. Спустя годы я попробовал исправить фамильные недостатки, но свернул не туда. Мне не интересно по прежнему ни искусство, ни актёрская игра почти в любом виде. Да, может понравиться или не понравиться актёр и его игра, но не более. При этом могу знать чуть ли не полную фильмографию любимых актёров. Но в театральные дебри не лез никогда.
С остальным искусством такая же история. Мне нравится прикладное, как я про себя его называю, искусство. Резьба по дереву, чеканка по металлу, кузнечное дело, работа по камню и прочие дела, где не только надо включать воображалку, но и "думать" руками. Там я себя ощущаю комфортно и могу вникнуть в суть происходящего.
Эта же книга как раз по теме недоступно го для меня. Или даже больше и глубже. Тут важно отметить, что сама суть работы театрального художника для меня вообще загадка в кубе. А эти простые разговоры препода со своими студентами просто открыли мне глаза на то, что не только режиссёр или актёры могут сделать тот или иной спектакль шедевром. Некоторые примеры мышления просто восхитили меня. Оказывается, что заставить декорации "разговаривать" со зрителем - вот главная задача художника. Он должен дополнить историю или даже рассказать её почти целиком, чтобы актёры сами уже дополнили и закрыли историю. Поэтому некоторые сценические воплощения, в основном подчерпнутые мной из новостных выпусков, теперь кажутся мне не такими убогим или же идиотскими. Просто это надо видеть своими глазами, чтобы вникнуть. Но тут встаёт самая большая проблема - в нашем провинциальном городке я просто не могу себе позволить купить билеты на стоящее мероприятие, а вернее сказать, что не хочу этого делать при своём уровне доходов. Но это отдельная и очень грустная сказка)))
Возвращаясь к современным спектаклям не могу не отметить тот факт, что многие режиссёры, видимо, перестали ценить работу художников. Так часто мелькают кадры, когда просто голая сцена и актёры на ней на чистой харизме тянут спектакль. Может я просто не понимаю, может просто не вижу всего замысла, может просто ТВ не в состоянии передать самой атмосферы истории, которую пытаются рассказать на сцене.
И вот автор книги, действующий театральный художник, проводит тяжёлый для себя год в институте. Ведь ему требовалось в ковидном дистанционном мире не только рассказывать, но и показывать и проверять поняли ли его студенты его замыслы.
Тяжело было уследить за ходом авторской мысли. Ведь сама книга не представляет собой цикл лекций. Это, скорее, медийный проект. Ведь преполу пришлось общаться через видеосвязь со своими студентами. Поэтому вся книга, по сути своей, лишь череда многих и многих разговоров. Причём не в прямой последовательности, как мне показалось. Да, по мере продвижения вперёд по сюжету, если можно так назвать начитку по страницам, мы видим отсылки к прошлым разговорам, но тут же у меня появлялось ощущения недосказанности. Тем более, что некоторые лекции так и не попали в эту книгу, а некоторые были удостоены лишь упоминания в других или лишь частичной фиксации удачного финала. Как эгоцентрично со стороны автора. Не верите? А как тогда понять, что в аудио формате автор сам начитывает свой текст? И моя претензия не в том, что он это плохо делает или без огонька. Тут всё просто отлично. Но ведь видео уроки проходили в формате чата, где можно было общаться с преподом. И в книге вопросы задавались от лица студентов. Так почему же в аудио формате он ушёл от этого? Так проще было? Или ему захотелось ещё большего внимания к себе? Не уверен что хотел бы знать ответ, поэтому и в моей рецензии пусть будет лучше так же, как и в самой книге - недосказанно...

Театральный художник — это профессионал в области театрального искусства, который ответственен за создание визуальной атмосферы и внешнего вида театральных постановок. Он работает с режиссером и другими членами театральной команды, чтобы разработать декорации, костюмы и элементы сценической обстановки, которые помогут передать атмосферу и сюжет произведения.

В целом, как я понимаю цель этого преподавателя — перестроить мышление студентов. Чтобы они видели и чувствовали не так, как все, чтобы они после выпуска смогли найти свой неповторимый стиль. Читать разборы писателей и узнавать интересные факты о них было интересно, особенно о Пушкине.

Вы можете меня оскорбить, но не можете меня обидеть». Обидеть — это что-то специфическое. Оскорбить может кто угодно, в трамвае, незнакомый человек. Обидеть в трамвае нельзя, это значит, что ты допускаешь эти слова от человека внутрь себя. Обидеть Пушкина — не знаю, нет такого человека, который мог бы это сделать.

Как мне нравится эта мысль, я бы хотела тоже так уметь. Все остальное мне не особо, потому что я не театральный художник (слава Богу), я инженер в ПТО в дорожной организации. Стул в комнате для меня просто стул, я не хочу придумывать историю о том, как он там оказался, и кто на нём сидел, а может это стул сделан из дуба, который посадил Пушкин, и на правой ножке, которая дальше от зрителя, можно заметить потертое «А.С. Пушкин», вырезанное небольшим ножом.

Театральный художник, он парфюмер. У него запах Чехова — это запах сжигаемых в бочке сухих осенних листьев, запах бинтов и крови. А запах Тургенева — это хороший одеколон, клубящаяся сельская дорога под дождем и тоже кровь. А Пушкина — запах обкусанного гусиного пера, женских волос и тоже крови и еще, может быть, запах кожи внутри дорожной кареты или старого чемодана.

Это странные, сбивчивые, мучительные разговоры и размышления во время уроков. Диалоги со студентами и монологи на отдельно взятые темы. Анализ поэзии, прозы, живописи, истории, повседневной жизни вперемешку с моментально возникающими и парадоксально развивающимися фантазиями. Порой было ощущение, что мы на разных волнах. Как будто читая входишь в какой-то гипноз, начинаешь анализировать с автором каждую строчку, поймала себя на мысли, что это действительно интересно разбирать строчки стихов, которые не понятны сразу, но после разбора кажутся идеальными. Дмитрий Крылов восхищает такой начитанностью и тем, как он мыслит; наверное, в жизни таких людей слушаешь с открытым ртом и блеском в глазах.