ТРИ ВЗЛЁТНЫЕ ПОЛОСЫ

1. Утренний рейс

Утро в башне «Федерация» начиналось не с кофе, а с «Алисы».

– Доброе утро, Николай! Включаю режим «Эмирейтс»: восемнадцать градусов, зелёный свет, звуки прибоя…

Николай Соколов, тридцатипятилетний дизайнер интерьеров с лёгкой щетиной, хорошими ботинками и привычкой заранее просчитывать чужие ошибки, дёрнулся так, будто его застали на месте преступления.

– Алиса, отбой! – выдохнул он и тут же скривился. – То есть, отмена. Немедленно.

Но было уже поздно.

Оля – стюардесса Emirates в бежевой форме – подняла глаза от авокадо-тоста и улыбнулась так, будто ему только что выдали премию за идеального мужчину.

– Коленька, ты мне отдельный профиль настроил? – умильно спросила она. – Какой ты внимательный.

Николай натянул улыбку. На столе перед ним лежали три телефона, выстроенные в безупречный ряд: зелёный, красный и розовый. Его маленький личный штаб.

– Я просто хотел, чтобы тебе было уютно. Ты же любишь, когда всё как на борту: прохладно и без суеты.

– Обожаю, – Оля отхлебнула смузи из шпината, манго и семян чиа и снова уткнулась в экран. – Я ещё успею детокс-шот? До вылета всего двадцать минут.

Николай глянул на часы.

– Успеешь. Только без приключений. Пробки сегодня зверские.

– Я тебе, кстати, заказала курс на месяц из «Азбуки Вкуса», – оживилась Оля. – Спирулина, хлорелла, вот это всё. Кожа будет вообще как у рекламы.

Николай мысленно вспомнил вчерашнюю киноа с кейлом и ягодами годжи: выглядела она богато, а на вкус была как обида на жизнь.

– Маруся! – крикнул он в сторону кухни. – Принесите Ольге Игоревне ещё её… зелёной радости.

Из кухни показалась женщина лет пятидесяти в фартуке, с вечным московским скепсисом на лице.

– Слушаю-слушаю, Николай Петрович, – проворчала Марья Ивановна. – Сейчас принесу. Огурчики нарезать? Чтоб в шот макать?

– Маруся, у меня детокс-программа, – вздохнула Оля, не отрываясь от телефона, где уже стояла геометка к сторис.

– Ну да, программа, – Маруся взяла пустой стакан. – Каждый питается по мере своей… продвинутости. Кто-то смузи, кто-то нормальной едой.

Когда дверь за ней закрылась, из коридора донеслось бормотание:

– Эмирейтс улетает, «Аэрофлот» прилетает… Это ж не работа для домработницы, а диспетчерская в Домодедово.

Оля нахмурилась:

– У меня ощущение, что твоя Маруся меня недолюбливает.

– Да брось, Олечка. Просто она в шоке от твоего чиа-пудинга. Помнишь, она сказала, что это корм для попугаев с дизайнерским уклоном?

– Прекрасно помню, – надулась Оля и протянула руку через стол. – Скажи честно, солнышко, ты скучаешь, когда меня нет?

– Конечно, скучаю, – автоматически ответил Николай, незаметно проверяя красный телефон. Сообщение от приятеля из Шереметьево: «Рейс SU 2415 приземлится вовремя. Твоя Машка на подлёте».

– И ведёшь себя примерно? Не ходишь в хипстерские бары?

– Олечка, о чём ты? – возмутился Николай с искренним негодованием. – Я работаю, встречаюсь с клиентами, сижу дома. Максимум – в «Хачапури» с коллегами, и то по делу.

Маруся вернулась с подносом.

– Вот ваша витаминная атака, – объявила она. – Ольга Игоревна, вы же отравитесь этим.

– Маруся! – одёрнул Николай. – Без комментариев!

– Да я молчу, молчу, – развернулась домработница. – Только это, Николай Петрович, не работа, а цирк с пересадками. Вы бы знали…

– Знаю, Маруся, знаю.

Оля отпила зелёную жидкость и просияла:

– Кстати, солнце моё, скоро у нас будут новые рейсы! Я буду прилетать чаще!

Николай почувствовал, как внутри всё сжалось.

– Да ну? Это… неожиданно. Когда?

– В ближайшие месяцы. Мы будем видеться каждую неделю!

– Ага, здорово, – пробормотал Николай, лихорадочно прикидывая, как это скажется на расписании.

– Ты что, не рад?

– Рад! Просто работа, дедлайны…

В этот момент зазвонил домофон. Маруся прошла открывать, бормоча:

– Это кто ещё с утра пораньше?

Николай нахмурился. Он никого не ждал. Через минуту в гостиную ворвался мужчина в кожаной куртке с рюкзаком.

– Колян! Узнаёшь старого друга?

Николай вскочил:

– Дима?! Димка Аверин?! Откуда ты взялся?

Они обнялись, похлопывая друг друга по спине.

– Из Тольятти! Помнишь, ты говорил: «Если приедешь в Москву, заходи»? Ну вот я и зашёл!

– Сколько лет! Ты не изменился!

– И ты, старик, – Дима заметил Олю. – Извини, что свалился без звонка.

– Оля, это Дмитрий Аверин, мой школьный друг. А это Ольга Игоревна, моя невеста. Работает в Emirates.

– Очень приятно! – Дима протянул руку. – Форма у вас красивая.

– Спасибо, – Оля улыбнулась и взглянула на часы. – Ой, Коленька, мне пора! Такси уже внизу!

Николай помог ей с сумкой. Маруся стояла у двери с чемоданом.

– До понедельника, Марья Ивановна! Присматривайте за моим солнышком!

– Куда он денется, – буркнула Маруся. – Взрослый уже мальчик.

Когда дверь закрылась, Николай облегчённо выдохнул и повернулся к Диме.

– Ну, рассказывай! Как Тольятти?

Дима прошёл к окнам и присвистнул:

– Ничего себе, Колян! Ты реально сделал карьеру! Вид офигенный!

– Да нормально, – скромно пожал плечами Николай. – Дизайнерский бизнес идёт. Садись, кофе будешь?

– Буду. Слушай, невеста у тебя – огонь! Когда свадьба?

Николай замялся:

– Это… сложная тема. Она много летает, я работаю. Пока не определились.

– Понятно. Я тоже планирую жениться. Хочу снять квартиру, чтобы было где жить.

– А девушка есть?

– Ну… есть одна. Программистка. Терпимая вроде.

– «Терпимая вроде»? – расхохотался Николай. – Звучит, как отзыв о кондиционере после отпуска.

– Пора уже. Мне тридцать пять. Хочу стабильности.

Николай покачал головой:

– Димка, ты совершаешь огромную ошибку.

– Почему?

– Женитьба в твоём понимании – это конец свободы. А можно жить совсем по-другому.

– По-другому?

– Смотри, – Николай придвинулся ближе. – Ты видел Олю?

– Ну да. Красотка.

– А хочешь знать секрет? У меня таких красоток… три.

Дима поперхнулся кофе:

– Что?! Три невесты?!

– Тсс, тише! Да. Три невесты. И все стюардессы.

– Колян, ты охренел? Как это возможно?

– Очень просто, – Николай подошёл к монитору на стене и открыл FlightRadar. – Видишь? Оля летает из Домодедово, Emirates. Маша – из Шереметьево, «Аэрофлот». Катя – из Внуково, «Уральские авиалинии».

– Погоди… Ты жонглируешь тремя девушками?

– Не жонглирую, а методично чередую. Смотри расписание: Оля сейчас улетела в Дубай – вернётся в понедельник. Через двадцать минут сядет Маша из Парижа; до среды она здесь, а в среду улетит. Вечером прилетит Катя из Екатеринбурга.

– Это… математически выверенная схема!

– Вот именно! Всё дело в тайминге. У авиакомпаний дисциплина почти армейская: вылет, прилёт, улыбка пассажиру.

– А если узнают?

– Откуда? Они базируются в разных аэропортах, летают в разные страны. В Instagram заблокировал. Плюс имена удобные: Оля, Маша, Катя.

– Постой, у них же разные первые буквы…

– Ольга Игоревна, Мария Андреевна, Мария Екатерина, – отчеканил Николай. – Когда путаюсь, говорю просто «М».

В гостиную вошла Маруся с тряпкой:

– Николай Петрович, этот молодой человек будет обедать?

– Да, Маруся. И вообще, он поживёт несколько дней.

– Поживёт? В какой комнате?

– В гостевой.

– Ага, в гостевой, – хмыкнула домработница. – А американочка улетела?

– Улетела.

– Ну и хорошо. Значит, сейчас французская прилетит?

– Маруся!

– Да ладно вам, Николай Петрович, – отмахнулась та. – Я не дура. «Аэрофлот» прилетел – Emirates улетел. Emirates улетел – «Уральские авиалинии» прилетели. Вы меня за кого держите?

Дима с изумлением смотрел то на Николая, то на домработницу:

– То есть она знает?

– Конечно знает. Маруся у нас в теме с самого начала.

– Ещё бы не в теме! – фыркнула домработница. – Это я для каждой отдельное меню составляю! Для американочки – авокадо да киноа из «Азбуки Вкуса». Для Машеньки – борщ, пельмени, всё родное. Для Катюши – уральские пельмени и уют.

– И молчит, как партизан, – добавил Николай. – Свой человек.

– Сокровище не сокровище, а это не работа для домработницы, – проворчала Маруся. – Между отлётом и прилётом всю квартиру перелопатить надо. Косметику переложить, одежду спрятать, профили в «Алисе» переключить. А про еду я вообще молчу.

– Мы же доплачиваем.

– Доплачиваете. Но деньгами нервы не купишь. – Она повернулась к Диме: – Кстати, молодой человек, я с соседкой Зинаидой Васильевной пари держу – когда всё вскроется. Я ставила на Новый год. Пятьсот рублей висит.

– Маруся, хватит пугать гостя! – возмутился Николай. – Идите обед готовить. Машенька борщ любит?

– Любит. Пельмени вчера налепила. Со свининой и говядиной.

Когда домработница ушла, Дима недоверчиво покачал головой:

– Колян, это нереально! Рано или поздно что-нибудь пойдёт не так. Рейс задержится…

– Всё предусмотрено, – Николай достал Moleskine. – Видишь? Расписание на три месяца вперёд. Плюс пуш-уведомления от всех рейсов. Если что меняется, телефон орёт раньше меня.

– А если две окажутся в Москве одновременно?

– С одной уезжаю за город. Говорю, что хочу романтики. В Суздаль. Или на дачу к друзьям.

– Неплохо, – пробормотал Дима. – Как долго это длится?

– Второй год. Ни одного прокола.

– Тебе не стыдно? Они же верят!

– А с чего бы? – искренне удивился Николай. – Я их всех люблю. Каждую по-своему. С Олей – спорт, йога, детокс. С Машей – культура, театры, выставки. С Катей – уют и домашняя атмосфера. Они счастливы.

– Пока не узнают.

– Не узнают. У меня всё выстроено.

Красный телефон завибрировал. Николай глянул на экран и вскочил:

– Так! Маша приземлилась! Через двадцать минут будет здесь. Маруся!

Домработница высунула голову:

– Чего?

– Двадцать минут до посадки! Проверьте всё!

– Проверила уже. Думаете, первый раз? Все американские штучки убраны, русские расставлены. Профиль «Аэрофлот» в «Алисе» активирован.

– Отлично, – Николай повернулся к Диме. – Готов познакомиться со второй невестой?

– Это как в кино какое-то.

Николай плеснул себе виски:

– Хочешь?

– Не откажусь. Мне это нужно, чтобы поверить.

– Кстати, – Николай чокнулся с ним, – раз поживёшь, запоминай правила. Первое: в WhatsApp никаких сообщений, когда в квартире девушки. Второе: если кто спросит – говори, что мой клиент. Дизайн заказываешь.

– Понял. А если начнут задавать вопросы?

– Импровизируй. Только не ляпни лишнего.

Они выпили. Дима вдруг расхохотался:

– Что?

– Ты, Колян, не дизайнер, а авиадиспетчер! «Рейс Машенька заходит на посадку, рейс Олечка набирает высоту»…

Николай усмехнулся:

– Зато никто не скучает. И всем вроде хорошо.

– Не знаю, не знаю. Рискованная игра.

В дверь позвонили. Николай взглянул на часы:

– Раньше времени. Пробок не было. Маруся, открывайте!

Через минуту вошла девушка в форме «Аэрофлота» – симпатичная, с короткой стрижкой и озорными глазами.

– Колька! – она бросилась к Николаю. – Как я соскучилась!

– И я, Машенька, – Николай обнял её. – Как долетела?

– Нормально, только в Шереметьево опять очереди, – Маша скинула туфли и заметила Диму. – А это кто?

– Дмитрий Аверин, мой клиент из Тольятти. Заказал дизайн квартиры. Дима, это Мария, моя невеста.

– Очень приятно, – Дима неловко протянул руку.

– Машей зови. Ой, Коль, я так устала! Ночной рейс – жесть. Хочу борща и спать.

– Борщ готов, – донеслось из кухни. – И пельмени.

– Маруся, ты спасение! – крикнула Маша. – Переоденусь и сяду жрать.

Она скрылась в спальне. Дима восхищённо посмотрел на Николая:

– Ничего себе актёрские способности. Ого, тройной тулуп с разворотом! Судьи ставят 9.5!

– Это ещё что, – Николай плеснул себе виски. – Вот когда в среду Катя прилетит, там вообще спектакль. Романтичная она. Цветы, свечи…

– И как всё успеваешь?

– Есть сервис, – Николай показал приложение. – Доставка цветов за час. Звоню, когда она в такси, и к приезду тут уже будут цветы.

Маша вернулась в домашних штанах и футболке «Moscow City»:

– Так, мужики, идём жрать!

За обедом Маша тараторила без умолку про Париж, про сложного пассажира в бизнес-классе, про Galeries Lafayette. Николай кивал, подливал компот. Дима молча ел пельмени.

– А ты, Дим, из Тольятти? – Маша повернулась к нему. – Чем занимаешься?

– Э-э-э, – Дима замялся, – бизнесом. IT-направление.

– О, правда? У меня подруга айтишница. Может, познакомлю?

– Не надо, – быстро вмешался Николай. – Дима помолвлен.

– Все хорошие разобраны, – вздохнула Маша.

После обеда Маша ушла спать, а Николай с Димой вышли на балкон:

– Слушай, а вдруг она ночью начнёт рыться в вещах? Найдёт что-нибудь от других?

– Исключено. У каждой своя полка в шкафу, ящик в ванной, крючок в прихожей. Маруся всё раскладывает строго по местам.

– А если захотят оставить что-то? Зубную щётку…

– Оставляют. У Оли в ванной – органическая косметика. У Маши – французские кремы. У Кати – немецкие средства. Всё по разным углам.

– А если перепутают?

– Не перепутают. Маруся контролирует. Она у нас главная по безопасности.

Дима покачал головой:

– Знаешь, я тебя и осуждаю, и восхищаюсь.

– Нормально. Я и сам собой иногда восхищаюсь. Организовать такую систему – искусство.

Докурили и вернулись. Николай показал Диме гостевую, потом они сели смотреть футбол.

Около шести вечера красный телефон завибрировал. Николай глянул и побледнел:

– Что случилось?

– Катя… Рейс из Екатеринбурга. Прилетает не в среду, а… сегодня. Через два часа.

– Как?!

– Изменение в расписании, – Николай лихорадочно листал уведомления. – Блин, как я проглядел! Вместо девятнадцати ноль-шесть она будет здесь в двадцать три!

– И что теперь?

– Надо что-то делать с Машей. Маруся!

Домработница появилась в дверях:

– Чего кричите?

– У нас проблема. Катя прилетает сегодня вечером.

– Ну и что? – пожала плечами Маруся. – Машеньку в гостиницу отвезёте. Скажете, трубу прорвало. Аварийные ремонтники.

– Отлично! – Николай схватил телефон. – Сейчас в «Метрополе» номер забронирую.

– Только вот вопрос, – задумчиво протянула Маруся, – как Машеньку там оставите? Обидится.

– Скажу, что сам с ней поеду. Проведу ночь, утром скажу, что на встречу с клиентом.

– А Катя? – спросил Дима. – Она же будет ждать?

– Напишу, что задерживаюсь. Приеду к утру.

Николай метался по квартире, строча сообщения, бронируя номер. Дима наблюдал с изумлением:

– Вот и вся твоя идеальная конструкция.

– Это исключение! – огрызнулся Николай. – Обычно всё работает как швейцарские часы.

Около восьми Маша проснулась:

– Который час?

– Восемь, – Николай подошёл, изобразив обеспокоенность. – Слушай, Машуль, проблема.

– Какая?

– Звонили из управляющей компании. Выше прорвало трубу. Сейчас приедут аварийщики, будут долбить стены. Нам надо на ночь съехать.

– Куда?

– Я забронировал номер в «Метрополе». Романтика, да? Давно хотел тебя свозить.

Маша просияла:

– Ой, Колька, ты молодец!

– Собирайся, через полчаса выезжаем.

Пока Маша собиралась, Николай тихо давал инструкции Марусе:

– Как только мы уедем, готовьте квартиру к Кате. Цветы я заказал, привезут в десять. Бельё смените, её косметику выставьте. И профиль «Уральские авиалинии» в «Алисе» активируйте – Катя любит, когда дома всё тихо и по-домашнему.

– Всё понятно, Николай Петрович. Не первый раз. Только это – работа на износ. За этот спектакль – твёрдая четвёрка. Станиславский бы поверил.

– Маруся, вы золото, – Николай сунул ей купюры. – Премия.

– Премия-то премия, а нервы всё равно ни за какие деньги.

Когда Николай с Машей уехали, Дима остался с Марусей: