© Дмитрий Черных, 2026

ISBN 978-5-4493-1753-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Солнце уже скрылось за горизонтом, и теперь лишь малиновое небо освещало густой лес на окраине большого города, постепенно переходящего к ночной жизни. Окинув хищным прищуром стоящих среди деревьев парней, спешно поправляющих экипировку и проверяющих оружие, командир расправил плечи и зычным басом начал пламенную речь, вкладывая в слова непоколебимую уверенность и силу.

– Товарищи бойцы, сегодня у нас последняя битва. Решающий бой. И нас сломит натиск этих оборзевших сопляков! Да, мы проигрываем им в численности… Но опыта у нас больше! Помните, побеждают не числом, побеждают мозгами! Вы – лучшие из моих учеников, вы обязаны победить. Ни пули, свистящие над головой, ни разрывы снарядов под ногами – ничего не должно загасить огонь, горящий в ваших сердцах, вашу жажду победы! Положите их всех! Всех до единого! – все сильнее распалялся офицер. – Уничтожьте их! Стреляйте, режьте, рвите зубами, но не позвольте темным разгромить нас. И да поможет вам Бог. А теперь боевая готовность! – резко оборвал монолог Зверев Николай Степанович, куратор отряда «Альфа».

Чуть больше двух десятков молодых бойцов переглянулись и, обменявшись улыбками, более похожими на оскалы, принялись заряжать автоматы и надевать приборы ночного видения. Бои в ночном лесу считались тяжелыми и зачастую длились довольно долго, но сегодня они планировали победить быстро. А как иначе, если позиция и численность врага известны, лес дает возможность для маневров, а в отряде остались только лучшие из лучших? Сегодня у темных просто не было шанса!

Глупо идти на неприятеля в лоб, зная о его численном преимуществе, поэтому бойцы, разделившись на несколько групп, медленно побрели среди деревьев, стараясь передвигаться как можно тише и не привлекать к себе внимания. Зверев проводил тяжелым взглядом своих лучших учеников и сел на землю возле раскидистого дуба. Сегодня – их бой, и он не собирался в него вмешиваться.

Роли были распределены заранее. Самая многочисленная группа, насчитывающая десяток бойцов, с тяжелым оружием и хорошим снаряжением должна оттянуть внимание противника на себя, заставить его сгруппироваться и двинуться им на встречу, как раз на заранее определенную открытую поляну. Одновременно с этим две группы по пять человек планировали обойти темных с флангов и под прикрытием стволов деревьев и темноты взять врага «в коробочку».

Самой же маленькой команде, состоящей из трех человек, предстояло незаметно проникнуть в расположение противника, освободить взятых ранее в плен боевых товарищей, а после ударить в тыл вражескому отряду. Именно этот удар и должен был стать решающим в сегодняшнем сражении.

Стараясь издавать как можно меньше шума, они быстрым шагом приближались к своей цели – полусгнившему деревянному сараю, в котором, по донесениям разведки, содержали пленников. Вдали послышались выстрелы, и Артем Покровский, выполняющий роль командира группы, жестом остановил следовавших за ним двух бойцов. Звуки не стихали, значит, бой завязался и стоило поспешить. Не тратя времени на разговоры, парни переглянулись и вновь двинулись в сторону территории противника, при этом заметно ускорившись.

Вскоре среди деревьев показалась небольшое перекошенное строение с запертой на навесной замок дверью. Михаил Мухин, а в простонародье Муха, шедший слева от Артема, опрометчиво вышел из-под укрытия деревьев, за что незамедлительно чуть не схлопотал пулю, пролетевшую в нескольких сантиметрах от головы и врезавшуюся в ближайшее дерево.

– Снайперы! – вскрикнул Рома, третий член группы, перекатом уходя с предполагаемой линии огня.

Покровский и Мухин моментально последовали его примеру и уже через мгновение затаились за широкими стволами деревьев. Командир отработанным движением перекинул Мише штатный тепловизор и, передернув затвор автомата, развернулся в сторону дома.

– Два снайпера на деревьях за домом, одного смогу снять, а вот второй слишком далеко засел, – с явным сожалением в голосе произнес Муха после детального изучения местности.

Недолго думая, Артем дал отмашку на уничтожение одного из стрелков. Спустя несколько долгих секунд послышалась короткая очередь из трех выстрелов и довольно громкий звук ломающихся веток. Мухин не зря считался одним из лучших стрелков Академии и каждый раз доказывал свое мастерство в реальных боях.

– Ром, на счет «три» прорываемся к сараю. Муха, прикрываешь. Раз, два, три! – скомандовал Покровский и под автоматную очередь друга, отвлекающего внимание стрелка на себя, бросился в сторону хижины.

Добежав до строения и надежно укрывшись от взгляда снайпера, командир будто бы в замедленной съемке наблюдал, как Миша на мгновение показался среди деревьев, стараясь все-таки достать противника выстрелами, но… снайпер оказался быстрее. Пуля прошла на вылет, и в ту же секунду мертвое тело друга неказисто завалилось на сухую листву. Когда Артем первый раз увидел, как пуля, выпущенная из снайперской винтовки, разрывает черепную коробку, заливая землю бурой кровью, его вывернуло наизнанку, а сейчас он лишь печально вздохнул и крепче сжал автомат. Сейчас нет времени для сожалений.

От сильного удара прикладом навесной замок, оказавшийся на удивление хлипким, упал на землю и Артем, держа автомат на изготвку, вошел в помещение. Посреди сарая, заваленного прелой соломой, обнаружились пятеро связанных товарищей, что-то активно мычащих и старающихся освободиться от кляпов. Удовлетворенно хмыкнув, Рома, вошедший вслед за командиром и прикрывающий его со спины, достал острый нож, который носил на поясе, и освободил руки ближайшего к нему бойца. Почувствовав свободу, пленник моментально вытащил изо рта кляп и буквально заорал на спасителей, одновременно с этим толкнув Рому в сторону выхода:

– Это ловушка! Пиз…

Окончание фразы утонуло в оглушительном грохоте взрыва. На мгновение Покровскому показалось, что он уцелеет, спасется, отделается ожогами и ранами, но… сознание стремительно ускользнуло в небытие, оставляя бренную плоть тела на растерзание осколкам и огню, стремительно пожирающему доживающий последние минуты старый сарай.

Глава 1

Боль. Жуткая острая боль скрутила все тело, словно каждую клетку организма пронзали раскаленной иглой. Со стоном открыв глаза, курсант уставился в белоснежный потолок с незамысловатым узором лепнины.

«Отлично, я снова в точке Возрождения», – пронеслось в мыслях молодого человека. Прикусив язык, чтобы не закричать, он медленно повернул голову и встретился взглядом с Ромой. Посмотреть в другую сторону казалось невозможным, поэтому Артем просто вновь уставился в потолок, тихо мечтая о смерти. Однако сбыться его мечтам было не дано, так как возле кровати появилась симпатичная девушка лет двадцати, с пепельными волосами и большими голубыми глазами, взгляд которых не предвещал ничего хорошего. Оглянувшись по сторонам, она нервно поправила белый халатик и незаметным движением опустила маленькую таблеточку в приоткрытый рот Покровского. Благодарно улыбнувшись ей уголками губ, он закрыл глаза. Таблетка медленно растворялась под языком, и молодой человек плавно погружался в спасительный сон. Использовать этот препарат строжайше запрещалось в стенах Академии, но, когда у тебя в группе есть собственный медик… Артем мысленно усмехнулся и пообещал купить Насте самую большую коробку конфет, которую только сможет найти…

Следующее пробуждение оказалось гораздо легче, и боец, потянувшись, легко сел в постели. Рядом уже одевался Рома, а через кровать от него расположился, тоже вполне довольный жизнью, Муха. Собственно, сейчас в этом так называемом «госпитале» находились все бойцы отряда «Альфа», что безоговорочно указывало на их вчерашнюю неудачу. Все они пребывали в ужасном состоянии, ведь, в отличие от команды Артема, незаконно принявшей сильнейшее обезболивающее, остальные в течение пяти часов страдали от невероятной боли, полностью отступающей только через несколько дней.

Подмигнув Мухину, Покровский неспешно поднялся и стал переодеваться в лежащую на прикроватной тумбочке форму Академии – белые свободные брюки, белоснежную футболку с вышитым на груди черным пером – символом его команды и легкие кроссовки в цвет к остальной одежде. Недолго думая, к нему присоединились Миша с Ромой и еще несколько человек, которые уже немного пришли в себя и хотели побыстрее оказаться в своих комнатах. По традиции после «смерти» давались сутки на то, чтобы прийти в себя, но благодаря помощи Насти трое друзей сразу же направились в кабинет Николая Степановича, чтобы получить детальный разбор допущенных ошибок. Пройдя по светлому коридору, они остановились возле простой деревянной двери без таблички. Артем решительно постучал и открыл, не дожидаясь приглашения войти. Хмурый мужчина, сидящий за столом, кивнул вошедшим и жестом попросил присесть на свободные стулья у окна.

– Рад, что вы так быстро пришли в себя. Вы провалили свое задание, чем подставили остальных, – безэмоционально сказал хозяин кабинета. – Артем, твоя группа уже год удерживает лидирующее положение в Академии, но если вы провалите еще хоть одну операцию, то окажетесь на порядок ниже в общем рейтинге. Но это – дело десятое. Как ваш куратор, я хочу, чтобы вы приняли еще одного человека в команду, – мрачно произнес Зверев.

– Зачем нам еще кто-то? Мы сработанная группа, и нерационально спустя столько времени добавлять нового человека! – возмутился Покровский.

– Да, я понимаю, но все-таки вынужден настаивать. Артем, ты один из лучших командиров из всех, кого я обучал, поэтому и прошу об этой услуге именно тебя. Новые группы будут создаваться только через десять месяцев, а из имеющихся лишь ты сможешь быстро втянуть человека в происходящее, тем более за тобой косяк.

– Понял, – мрачно кивнул Покровский, понимая, что спорить бесполезно. – И кого вы нам подсовываете?

– Девушку… – немного замявшись, сказал куратор. – Она в точке Невозврата.

Рома и Муха мрачно переглянулись, командир нахмурился, но вновь согласно кивнул.

– Тогда я предлагаю не терять время даром. Николай Степанович, до встречи.

– Увидимся после выходных, Артем. Роман, Михаил, не подведите меня.

Парни кивнули, вышли из кабинета и не спеша направились в сторону своей гостиной.

– Подготовьте пятую комнату, а я пойду нашу новенькую встречать, – тяжело вздохнув, сказал Артем друзьям.

– Будем ждать вас к обеду, – легко согласился Муха, а Рома просто кивнул.

Точка Невозврата находилась в соседнем с Академией корпусе, поэтому, выйдя на улицу, Покровский радостно улыбнулся, подставив лицо мягкому осеннему солнцу, и неспешно побрел по дороге к белоснежному трехэтажному зданию. Войдя в просторный холл, он подошел к дородной женщине в белом халате, сидящей за компьютерным столом в помещении регистрации.

– Добрый день, мне новенькую встретить надо. Не подскажете, куда идти? – слегка улыбнувшись, спросил Артем.

– А, да, поступила одна недавно. На третьем этаже, последняя палата, – не отрываясь от работы, ответила женщина.

– Хорошо, спасибо.

Он легкой походкой поднялся на последний этаж по широкой лестнице, застеленной красной ковровой дорожкой. Палата находилась в конце коридора и представляла собой просторное помещение в молочных тонах с огромным панорамным окном, из которого открывался потрясающий вид на главный корпус Академии. Полюбовавшись величественным зданием из белоснежного камня неизвестного происхождения, с изысканными витражными окнами и маленькими башенками, Покровский подошел к единственной занятой кровати и удовлетворенно хмыкнул.

«Да, теперь у Насти появилась явная конкурентка на звание самой милой девушки Академии!» – пронеслось в голове молодого человека. На слегка смятых простынях спала красивая девушка, с правильными чертами лица и угольно-черными длинными волосами, хаотично раскиданными по подушке. Ее дыхание было абсолютно ровным, даже немного успокаивающим. Пододвинув к кровати одно из кресел, Артем устроился поудобнее, откинулся на мягкую спинку и приготовился ждать пробуждения нового члена его команды.

Ожидание затягивалось, он уже пропустил обед и в скором времени мог пропустить ужин, однако покидать свое место не собирался. В любом случае сможет поесть вечером или ночью, у Ромы всегда был немалый запас еды, которой он охотно делился во время периодических ночных посиделок команды. Сейчас Артема больше волновала девушка, лежащая перед ним, которую он совсем не знал, но для которой должен был стать членом новой семьи.

Небольшое движение выдернуло из задумчивости. Юная красавица, которой, по определению курсанта, едва ли исполнилось семнадцать, просыпалась. С продолжительным вздохом она открыла глаза и уставилась в потолок.

«Пытается понять, где находится», – подумал Покровский, с интересом наблюдая за ее дальнейшими действиями. Девушка медленно приняла сидячее положение и с легким стоном прижала ладони к вискам, одновременно подтягивая колени к груди. Белоснежная простыня спала, открывая взору курсанта удивительно хрупкую фигурку.

– Где я? Кто вы? – слегка дрогнувшим голосом спросила она, заметив, наконец, присутствующего в палате парня.

– Здравствуй, меня зовут Артем, – открыто улыбнувшись, ответил он. – Не бойся, я все тебе постараюсь объяснить. Для начала скажи, что последнее ты помнишь? И как твое имя?

– Я… Меня зовут Юля. Мы с подругой ехали домой на такси после вечеринки, и водитель не справился с управлением, машина перевернулась, было больно, а потом я проснулась здесь… – немного нервно сказала девушка. – Это больница?

– Не совсем, – уклончиво ответил парень и вновь задал вопрос. – Что ты еще помнишь?

– Мы… Нет… – Девушка резко схватилась за голову. – Какие-то обрывки, ничего целостного. Я больше ничего не помню.

Артем кивнул.

– Так бывает, когда оказываешься в точке Невозврата. Воспоминания почти всегда возвращаются через некоторое время. Не переживай, – сказал он, с улыбкой поглядывая на ярко-розовую пижаму девушки. – Если ты себя хорошо чувствуешь, то я могу дать тебе более повседневную одежду, и мы все обсудим, выйдя на свежий воздух.