Отзывы на книгу «Карманный оракул (сборник)»

3 отзыва
yuliapa
Оценил книгу

В своих небольших статьях-эссе Быков пишет о совершенно разных вещах, откликаясь на актуальные события кипящей жизни. Но вывод и прогноз на будущее у него всегда одинаковый. Вот такой:

1. Все плохо.
2. Все будет гораздо хуже.
3. Оба пункта следуют своей, пусть и страшной, но красивой логике и поэтому
4. В принципе, все довольно хорошо. По-крайней мере, с не нашей, а высшей точки зрения.
5. И вообще, не нам судить, что хорошо, а что плохо.

Если читатель не любит Быкова, то это может его сильно раздражать. А если читатель автора любит (повинуясь своей, непонятной логике), то книга все равно может утешить, хотя совершенно для этого не приспособлена. А что вы хотите. Он же Быков, он парадоксов друг...

ek_zara
Оценил книгу

Книга - это сборник статей, который в разное время были опубликованы в различных изданиях. А после каждой статьи, уже из дня сегодняшнего, так сказать, Быков приписал комментарий - сбылось ли то, о чем он писал тогда, или нет.
Тут стоит отметить, что я знать не знала о том, что Быков пишет не только литературоведческие статьи. А зря...)
Большая часть статей в этой книге - на политическую тему. И, да - наши взгляды во многом совпадают, как оказалось, но я-то хотела про литературу... после того, как даже в статьей про Достоевского Быков умудрился сползти на политические реалии современности, я начала плеваться. Нооо мыши кололись, но продолжали жрать кактус)
Из-за этого книга читалась долго и тяжело. И для себя я сделала однозначный вывод - Дмитрия Быкова гораздо приятнее слушать, чем читать. И - только про литературу)

Артур 1989
Оценил книгу

Книга просто отвратительна и безграмотна, автор не видит дальше своего носа, своих антиисторических и хамских предубеждений. С чего он взял, что только в России все охранители когда-то были либералами и противниками строя? Разве не писал Гизо: "Кто в двадцать лет не был либералом, не имеет сердца; кто в тридцать лет не стал консерватором, не имеет разума"? (не суть, что иногда приписывают Черчиллю). И не следует говорить, что Россия в сотый раз попала под рабское ярмо и вообще когда-то была под ним; наш народ всегда, и в 862, и в 1613, и в 1917, и в 1999, сам определял свою судьбу, интуитивно угадывая национальную специфику, традиции прочной государственной власти и вовсе не был безразличен; напротив, его исторические движения выражали глубокую искренность и отзывчивость.
Говорить о том, что Шпенглер и евразийцы выступали против европейской цивилизации или против цивилизации вообще, также не стоит. Все рассуждения автора о характере русского народа поверхностны, основаны на легком прочтении русской художественной литературы.