Глава 1. Дань

Не скажу, что я была уродлива или характер был скверным, но не интересовала я парней никаких никогда. Все мои сверстницы были уже замужем, мое же двадцатое лето подходило к концу, а я все ходила в девках, одинокой сиротой, никому не нужной.

Когда увидела у калитки своей избы Вестников, мне и в голову не пришло, что они за мной. А когда осознала, выронила из рук корзинку, рассыпались по зеленой траве спелые яблоки. Я бросилась бежать. Но Вестники были людьми наученными, послали наших мужиков караулить меня со всех сторон. Далеко не убежала.

Затащили в избу, раздели до гола. Я сопротивлялась, пыталась вырваться, кричать, умоляла их, плакала, но они рады были меня мучить, что я им сделала, не знаю.

Посадили в большую дубовую бочку, облили теплой водой. Мыли, терли, скребли до крови, словно стереть меня хотели из этого мира. Щипали, дергали за волосы, в глаза мыльной водой плескали и смеялись злой шутке.

– Нечего уродке на князя заглядываться! – шипели их языки. – А работу твою староста сам Святогору отнесет, без твоих рыбьих глаз обойдется.

Вымыли меня, одели в белое прозрачное кимоно с золотым поясом, расшитым цветным бисером и жемчугом. Уши серьгами с драгоценными камнями прокололи. Запачкались изумруды и сапфиры моей кровью. Расчесали и распустили до пят черные непослушные волосы.

Одежду прежнюю сожгли. И такая тоска по груди разлилась, будто в печке не одежда, а душа моя сгорела. Слезы на щеках высохли. Стала я как будто не живой, деревянной куклой, пустой скорлупкой.

Послушно шла двенадцатой по красным бархатным коврам на незнакомый корабль. Шел он под золотым парусом по водам Черной реки в страшные тайные земли – в царство Драконов. Вез дань, плату за спокойную жизнь людей в мире магии, где жизнь человека – ничто.

Каждые двенадцать лет Вестники выбирали самых красивых девушек, почему меня отправили, не знаю. Так хотели избавиться, так ненавидели, что не побоялись гнева Драконов за неказистую девку.

Сквозь пелену времени и памяти текла Черная река – дикое загадочное создание природы. Только безумцы, ведомые голодной жаждой и отчаянием ходили по ней на своих кораблях. Только Вестники могли указать им путь.

Река текла среди густых лесов и высоких скал, то сужаясь как ручей, то разливаясь до горизонта словно море. Ее русло изгибалось плавно и в то же время с чувством нарастающего напряжения. Ее вода была черной и вязкой, а поверхность гладкой как зеркало.

Днем лучи солнца играли на волнах бликами, словно стаи золотых рыбок. В эти моменты река становилась живой, звенящей, дышащей, готовой раскрыть свои секреты тем, кто осмелиться заглянуть в ее глубины.

Ночью тьма сливалась с поверхностью воды, затопляя горизонт, и корабль погружался в бездну. Лунный свет, пробиваясь сквозь густые кроны деревьев, создавал волшебные узоры на скованной поверхности воды, они двигались, рассказывая истории о потерянных душах, забытых мечтах, любви, счастье и предательстве.

Команда и капитан скользили по кораблю как тени, разговаривая на непонятном языке. За все путешествие я не смогла разглядеть их лица, они размазывались как краски на холсте ничего не оставляя в воспоминаниях.

Я и еще одиннадцать девушек жили в шатре на палубе корабля. К удивлению, они были полны мечтаний и восторга. Их глаза сияли от волнения, а щеки пылали румянцем, когда они обсуждали легенды о Драконах их красоте и несметных сокровищах, спрятанных глубоко в пещерах. Они грезили о сверкающих золотых монетах, драгоценных камнях, волшебных артефактах, о вечной красоте, тайных знаниях и бессмертии.

Вечерами, когда солнце заходило за горизонт, воспламеняя небо огненными оттенками, вода под кораблем тихо плескалась, и все вокруг погружалось в спокойствие. Я слышала смех и непринужденные разговоры девушек, но будто бы они были из другой жизни – жизни, в которой мне не было места. Иногда я пыталась втянуться в разговор, но мои слова казались невесомыми, словно растворялись в воздухе, не оставляя следа. Ощущение отстраненности охватывало меня, словно я находилась в плену проклятья. Удивительная красота Черной реки, светящиеся улыбки моих спутниц – все это казалось недостижимым и далеким, как мечта, в которой нет смысла.

Поддаваясь общему настроению, я представляла богатства великих Драконов, ненасытных любовников, но чем больше я мечтала, тем сильнее сердце наполнялось тревогой и тяжелым предчувствием. Что если все это не более чем миф, красивая сказка, призванная скрыть жестокую правду?

С каждым днем становилось все труднее найти пересечение между мечтами девушек и реальностью. Когда я наблюдала за счастьем и легкостью моих спутниц, сердце обжигало предчувствием беды. Так и шли дни: бесконечные разговоры, фантазии и мое молчаливое ожидание чего-то ужасного, что выбросит меня из этой роли стороннего наблюдателя.

Настя, самая красивая среди девушек, подошла ко мне вся в слезах, она грустила о прежней жизни. Я успокаивала ее, обнимая и нежно гладя по голове.

– Ах, Аглая, твои руки такие грубые, они жесткие от мозолей. Как же мне тебя жаль! Ты не красивая и криволапая, прячешься за длинной тканью кимоно, но это все равно заметно. Драконы выбирают себе в жены только самых достойных из людей. У Драконов очень хорошее зрение, они все увидят, все шрамы, все царапины. Посмотри на нас, мы безупречные красавицы.

И Настя вытянула длинные белые ноги. Потом прижалась ко мне, царапая мою кожу тяжелыми ожерельями, что опутывали ее шею, и зашептала дрожащим голосом: «Лучше тебе сбежать, не ждет тебя счастье у Драконов. Прыгни в Черную реку, Аглая, может её поток унесет тебя подальше от горькой судьбы». Она застыла, ожидая от меня действия. Я смотрела в синие глаза Насти не в силах поверить ее жестокости.

– Темная твоя душа Аглая, и грязная, все тебя предадут, – с досадой в голосе произнесла Настя. – И ты очень обычная, смотри ты так не умеешь! – и вдруг подставила мне под нос ладошку, по которой плясали сияющие искры магии. Она встала и ушла к девушкам, делая вид, что не говорила со мной никогда.

Я осталась сидеть одна, слова Насти не ранили, а принесли неожиданное прозрение. Она была права. В сравнении с ними я ощущала себя настоящим гадким утенком. Теперь я ясно видела почему девушки так светились – в них была магия. Я начала различать её блеск, ее нежные золотистые потоки, которые обнимали их тела, невидимыми нитями соединяя с чем-то таинственным и великом.

Что ждёт меня впереди? Как выжить в этом мире? В сердце медленно заползал страх. Я всё чаще погружала сознание в черную глубину реки, её мерцание проникало в меня, наполняя душу. Иногда казалось, что я стала ее частью – тёмные воды пульсировали в моих венах, отражая на поверхности мой внутренний хаос. Я слышала, как за ровной гладью воды бурлит жизнь, как в ней кипят страсти, стремления, густыми тенями извиваясь и прокладывая свои пути. В этой бесконечной стихии было что-то притягательное, и я надеялась, что однажды смогу найти свой собственный поток.

Я протягивала пальцы к воде, она отвечала, прикасаясь своей прохладой, пыталась принять, вернуть меня в свою мрачную пучину. Когда я начинала слышать ее голос все ближе склоняясь к поверхности, подбегал капитан, и громко кричал, размахивая руками, отталкивая меня от края борта. Я не понимала ни слова, но, очевидно, он был испуган моими действиями и зол. Мне оставалось лишь сидеть в шатре, касаясь черных вод только своими мыслями, но я знала: все мы движемся по воле Черной реки.

На двадцать первый день пути, когда Черная река превратилась в безбрежное море, мы сошли с корабля. Босыми ногами я ощутила шершавый берег, он был теплый и приятный и дарил радостное блаженное успокоение.

Но черная вода, холодными пальцами, касалась щиколоток, обрывая иллюзию тепла, а волны с грохотом бились о высокие скалы предвещая опасность. Сердце в груди зашлось бешенным ритмом, по телу растеклось неприятное ощущение, что по мне полз липкий, холодный взгляд.

Нас вели в полумраке по узкой тропинке. Редкие кусты, прятали шипы как настороженные стражники, готовые в любой момент напасть. Каждый шаг тонул в мертвой тишине. Она растекалась вокруг нас, старалась подавить. Ледяной ветер с моря рвал волосы и одежды, пронзал до костей тяжелым ароматом морской соли и разлагающейся плоти. Мысли, что мы идем навстречу притаившемуся злу, становились невыносимыми.

Впереди огромным чудовищем возвышался замок. Окутанный сплошной мертвой тенью, он манил – но это притяжение было жутким, как голодный зов, исходящий из глубины бездны. Его очертания были искажены, как зловещее предчувствие, застывшее во времени. Он протягивал свои черные когти к небу, пытаясь оставить на его синеве глубокие шрамы.

Через галерею пещер нас ввели в огромную залу, по стенам мягко струился свет, а воздух был пронизан магией. Повсюду звучала музыка, её мелодия завораживала и наполняя пространство жизнью. Запахи дыма и свежих роз смешивались, пропитывая атмосферу загадочностью и романтикой. Резной потолок в форме переплетенных ветвей деревьев, опускался вниз, ведя все взгляды к центру мира – к Ним.

На возвышении, стояли Правители – двенадцать Драконов, они явились нам в облике высоких величественных мужчин. Их золотые доспехи сияли сапфирами и изумрудами. На головах Драконов угрожающе возвышались рога, острые как лезвие меча. Красота Повелителей поражала грацией и силой, а их фигуры были окутаны мерцающим светом магии. Каждый их них излучал уверенность и силу, их глаза были глубоки и черны как бездна, и не смотря на человеческое обличье, в них пылал огонь, дарованный природой.

Первый из правителей, самый сильный черный Дракон, шагнул вперед, к нам. Его движение вызвало трепет. Он пробежал по нам взглядом, словно оценивал не только нашу внешность, но и глубину наших душ. Его ноздри чуть расширились, он принюхался, а затем, с явным любопытством, облизнулся, в предвкушении того, что он собирался разглядеть в нас. Легкая усмешка коснулась его губ.

Взгляд черного Дракона проходил сквозь меня, словно я была невидимкой, и я отчетливо ощутила свою неуместность здесь. Девушки вокруг были очень красивы: высокие, стройные, длинноногие, окутанные золотистым светом внутренней магии. Их глаза сияли как звезды, красные пухлые губы манили к поцелуям. Они улыбались с легкостью, которая вызывала у меня зависть – казалось, что каждая из них уже завоевала внимание Дракона своим очарованием. Я же стояла серой уткой среди лебедей. Всю жизнь я была не заметна, и здесь, среди могущественных Драконов, моя ничтожность была очевидна.

Зала, полная света и музыки, окутала меня ощущением безысходности. Я не могла противостоять разочарованию, которое колотило в груди, как незримое ужасное чудовище. Я чувствовала, что находилась здесь по какой-то чудовищной ошибке.

Я осталась в центре зала одна, как незваная гостья, последняя из всех девушек, никому не нужная и нежеланная. Музыка вокруг меня сменилась, переливаясь в нечто угрожающее и зловещие, как шепот ветра в мертвых черных лесах. Дыхание зала стало тяжелым и приторным, вся светлая атмосфера затянулась на мгновение безжалостными тенями.

Неуверенность глубоко затаилась внутри меня, разъедая сердце, как кислота. Мысли рвались в разные стороны: «Что, если Драконы решили, что я недостаточно хороша, и сейчас проглотят меня? Нужно бежать!» За спиной клокотал страх, разгоняя по телу дрожь, мои ладони покрылись холодным потом, я не могла шевельнуться, не могла вздохнуть. Мне виделось, что в тени Драконов притаилась смерть, она улыбалась мне, показывала свои острые клыки и истекала слюной.