«Человек – единственное существо, способное смотреть в зеркало и ненавидеть то, что видит, но при этом не разбивать его, а годами всматриваться в трещины, надеясь, что однажды отражение изменится. Мы все носим в себе разбитые стекла былых обид, искажающие любовь до неузнаваемости. Но если хватит мужества не отворачиваться, если дрожащей рукой прикоснуться к собственному отражению – может статься, что именно в этих трещинах и живёт свет. Ибо правда – не в цельных картинах, а в осколках, которые мы собираем, чтобы наконец увидеть себя настоящих.».

Часть 1. Конец Игры

Глава 1. На грани

Офис компании "ТехноПрогресс" на 16 этаже бизнес-центра "Северная башня" заливал утренний свет через панорамные окна. Дмитрий Волков, ведущий программист отдела разработки, с третьей чашки зеленого чая пытался оживить себя после бессонной ночи, проведенной за отладкой кода.

«Недоброе утро» – мысленно, с улыбкой произнёс Дмитрий, делая глоток из чашки.

Он высокий, с широкими плечами, когда-то всерьез увлекался спортом – это выдавали крепкие руки и осанка, но в последние месяцы из-за авралов на работе тренировки сошли на нет. Мягкие очертания появившегося живота и слегка сглаженный рельеф мышц немного раздражали его, но лицо оставалось привлекательным. Его слегка русые коротко остриженные волосы, были чуть растрепанные от привычки проводить пальцами по ним в задумчивости. А его светлые серо-голубые глаза коллеги в шутку называли «ледяными».

В десять утра в офисе царила привычная суета – где-то спорили маркетологи, у кофемашины выстроилась очередь, а новые стажеры робко осваивались на своих местах.

"Ну что, наш гений кода, опять в своем аскетичном режиме?" – раздался за спиной знакомый голос, от которого у Дмитрия автоматически выпрямилась спина. Он обернулся.

Перед ним стояла Татьяна Зайцева – высокая, почти вровень с ним, брюнетка с безупречной фигурой, которую подчеркивал облегающий серый костюм. Её лицо нельзя было назвать классически красивым – нос с легкой горбинкой, чуть выдающиеся скулы, – но она умела превращать это в достоинство. Идеально уложенные волосы, ни одной выбившейся пряди, макияж, подчеркивающий губы и глаза, и та самая помада с едва уловимым блеском, которая заставляла мужчин задерживать взгляд. В ее руках дымился капучино с корицей, а облегающий серый костюм подчеркивал каждую линию фигуры.

"Чай полезнее," – пробормотал он, невольно задерживая взгляд на ее губах, подкрашенных той самой помадой с едва уловимым блеском.

Таня задержала взгляд на его сжатых кулаках, затем… медленно, будто случайно, она развернулась к нему спиной, демонстративно поправила складки на юбке – и слегка оттопырила округлую попу, идеально обтянутую тканью. Плавно переминаясь с каблука на каблук, она будто проверяла, насколько удобно сидит одежда. Но Дима знал: это спектакль. Для него. Через три секунды (он отсчитывал их по ударам сердца) Таня повернулась обратно, поймав его взгляд – слишком быстрый, чтобы успеть отвести. Её губы дрогнули в торжествующей полуулыбке. Таня игриво прикусила нижнюю губу и сделала шаг ближе, так что он явственно почувствовал аромат ее духов – нечто среднее между жасмином и морозной свежестью.

"Знаешь, я как раз читала исследование, что кофеин в умеренных дозах…" Ее пальцы, украшенные изящным серебряным кольцом, легли ему на запястье, "…стимулирует творческое мышление. Тебе бы не помешало иногда выходить за рамки своих правил."

Она оставила это двусмысленное замечание в воздухе и, бросив многозначительный взгляд через плечо, направилась к своему рабочему месту. Дмитрий замер, ощущая, как учащенно бьется пульс в том самом месте, где только что были ее пальцы.

Глава 2. Спектакль продолжается

На корпоративе по случаю дня рождения начальника отдела продаж шампанское, смех, приглушенный свет люстр – всё сливалось в единый гул, но Дмитрий ощущал только одно: Таню. Она появилась в обтягивающем платье глубокого изумрудного цвета, которое будто светилось под лучами софитов. Каждый шаг заставлял ткань играть тенями, подчеркивая изгибы, которые мужчины в зале провожали взглядами, а женщины – оценивающе сжатыми губами. Таня знала это и… наслаждалась. Целенаправленно заняв место рядом с Дмитрием (хотя места не были закреплены), она уселась так близко, что ее колено тут же уперлось в его ногу.

– Ты сегодня особенно хорош в этом пиджаке, – прошептала она, поправляя его галстук, когда он наклонялся за бокалом. Её дыхание обожгло шею. – Синий тебе очень идёт.

Он хотел ответить что-то остроумное, но в этот момент Таня намеренно потянулась через него за оливками – так, что её грудь почти коснулась его плеча, а округлые бёдра оказались на уровне его глаз. Платье приподнялось на пару сантиметров, обнажив чуть больше кожи, чем нужно.

– Ой, извини, – она фальшиво смутилась, но не спешила отодвигаться, медленно возвращаясь на стул.

Весь вечер её колено то и дело касалось его ноги под столом, а когда он рассказывал анекдот, она смеялась так искренне, что положила руку ему на предплечье и не убирала до конца тоста. В какой-то момент её пальцы начали легонько чертить загадочные узоры по его рукаву, от чего у него перехватило дыхание.

– Вы что, встречаетесь? – шепнула на ухо Дмитрию сотрудница из бухгалтерии, когда он наливал себе минеральной воды у бара.

– Что? Нет, мы просто коллеги, – он почувствовал, как кровь приливает к лицу.

– Странно. С другими коллегами она так себя не ведет. Особенно с мужчинами, – женщина многозначительно подняла бровь и удалилась, оставив его наедине с тревожными мыслями.

А Таня тем временем снова поймала его взгляд через зал. Медленно облизнув губы, она встала, прошла мимо него к танцполу – и нарочито покачала бедрами в такт музыке, оглянувшись через плечо. «Поймал?» – будто говорил ее взгляд.