Дэвид Линдсей — отзывы о творчестве автора и мнения читателей

Отзывы на книги автора «Дэвид Линдсей»

8 
отзывов

marina_moynihan

Оценил книгу

Весна у меня выдалась урожайной на дома, у которых не все дома: застрявший меж двух миров «Дом по ту сторону» Макнотона, головоломный особняк из «Маленького, большого» Краули, но лучше прочих — возведенный Дэвидом Линдсеем древний Ранхилл, три комнаты которого однажды исчезли, будто и не было их никогда. А куда и какие саксонские черти их унесли — это уже отдельный разговор.

Раньше я считала, что самый изящный и безжалостный фантом был селекционирован Оливером Онионсом в условно относимой к ghost stories и весьма горькой повести «The Beckoning Fair One». Сейчас вынуждена признать, что наваждение, воображенное Линдсеем (десятью годами позже выхода шедевра Онионса) — пожалуй, богаче и соблазнительнее. «Манящая» Онионса — это столкновение на некоей нейтральной территории мужчины и мечты — заведомо бесплодное, хоть оттого и не менее трагическое. «Наваждение» Линдсея — вторжение мужчины и женщины, рука об руку, в мечту, в «макабрическую страну троллей и смертельной весны», как с характерным ироническим пафосом суммирует Евгений Головин. Но для женщины это влечение и важнее, и опаснее, недаром в оригинале роман называется именно «The Haunted Woman»: её спутник входит в запретные комнаты, чтобы что-то обрести, сама же дама настроена в открытом ею мире что-то потерять — будь то шелковый платок или репутация — о, чудесная трансгрессия, о, радость расставания, да здравствует новая я!

В одном из своих писем Эмили Дикинсон утверждает: «Природа — это дом, полный привидений. А искусство — это дом, который хочет, чтобы в нем жили привидения». Дэвид Линдсей как-то удивительно просто и гармонично передал эту hauntedness природы и искусства, не прибегая к беспомощным метафорам из разряда «нашему жалкому умишку этого не объять». Жалкий умишко, который то и дело подводит лавкрафтианских персонажей, в мире Линдсея не страдает. А вот сердце — сердце может не выдержать. Такой красоты? такой опасности? новизны? жизни? Недаром чарам подвергаются двое преснейших обывателей, тогда как единственный посетитель дома, связанный с искусством, благоразумно проходит мимо — каким бы заурядным художником он ни был, его познаний о Красоте достаточно, чтобы избегать ее крайних проявлений.

14 апреля 2013
LiveLib

Поделиться

Anastasia_Markova

Оценил книгу

Книга оставила после себя противоречивые ощущения и главный вопрос - чем же все закончилось?
В романе рассказывается история Изабеллы, девушки, что живет с тетушкой и ничем не интересуется, по крайней мере, мне так показалось. И по какой-то случайности она помолвлена с успешным юристом Маршалом. Ее тетушка ищет дом, в который они смогут переехать втроем. Выглядит странно, но видимо им так проще. И вот в этот момент появляется Гэнри Джадж с его загадочным домом.
Главная героиня побывала в поместье Ранхилл и в загадочной “Восточной” комнате, о которой ходила легенда. У нее начались сомнения: правильный ли выбор она сделала? А тот ли мужчина с ней рядом? Но, как мне показалось, она не была до конца честна с собой и потому такой трагический конец. Самое главное уметь признаться себе, что для тебя важно.
Возможно, я не увидела тайного смысла, что скрывался в произведении, и пишу рецензию, как простой читатель. Мне понравился сам сюжет и то как развивались события. Мне казалось странным и нелогичным, что они забывали все, что увидели и почувствовали в комнате наверху. И в конце я не поняла осталась ли Изабелла с Маршалом, и не были ли это проделки ее подруги чтобы их свести?

9 марта 2020
LiveLib

Поделиться

marina_moynihan

Оценил книгу

«Критики сравнивали роман с мистическим трактатом XIV века „Облако неведения“, „Алисой в стране чудес“ Л. Кэрролла, „Путем паломника“ Дж. Баньяна, „Замком“ Кафки, „Божественной комедией“ Данте».

Глубоко, в общем, копали — при том, что на момент первого издания «Путешествия к Арктуру» читателю уже была знакома «Лилит» Макдоналда, а к тому времени, когда Линдсея открыли в Америке, мир успел познакомиться с таким примечательным автором, как Чарльз Уильямс. Всех троих — распутинообразного сурового Макдоналда, инклинга Уильямса и аутсайдера Линдсея, чья «судьба стерильна и страшна» — с их оригинальными теологическими взглядами вскоре примерно сравняли в правах, объявив «влиятельными» и «заслуженными», — одним словом, нафталинщиками. К.С. Льюиса я не ставлю в этот ряд по двум причинам: во-первых, уровень узнавания несопоставим, во-вторых — его в отрыве от теологического аспекта сложно себе представить. Работы же Макдоналда (несмотря на священнический сан) могут фигурировать как фэнтези без всяких тебе приставок. Уильямс, несмотря на эксплицированную уже в одних названиях тематику («Война в небесах», «Сошествие во ад») уютно себя чувствует в каталоге мистики. «Путешествие в Арктуру» называли «гностической одиссеей», «невероятной онтологической фантазией», но роман традиционно проходит по ведомству научной фантастики, а не новеллизированной эзотерики. Наконец, можно вспомнить «Бесконечную историю», написанную через каких-то двадцать лет после того, как Линдсей получил посмертное признание: одни торжествуют — «да это же Кроули для мл. шк. возраста!», другие недоумевают — «вычо, сказок никогда не читали?». Эти ключевые для speculative fiction’а романы объединяет их дуалистичность: хочешь — настраивайся на моралите, не хочешь — приключения никуда не деваются.

В отношении «Путешествия к Арктуру» дуалистичность особенно бросается в глаза. Обитатели планеты Торманс живут на попечении не только двух солнц, но и двух богов. Будь это манихейская диада, землянину, брошенному на произвол судьбы, пришлось бы не так туго: но тут все сложнее, и, к тому же, если с единым творцом пророков не оберешься, то в системе Арктура, где до конца не ясно, кто кого сотворил, каждый абориген — пророк. При желании можно опознать в их причудливых доктринах и стоицизм, и агхори, и просто визионерскую удаль (это касается, например, теории о творце, который весь лицо, и лицом этим повернут к небытию, — а мир заполняет форму творца, так-то).

Линдсей был сложноват для потенцильной аудитории — до тех пор, пока в 60-х студенты не подняли на щит одновременно восточных мистиков и сказочников с уклоном в мегаломанию и эскапизм (не будем тыкать пальцем). У нас его тоже напечатали — как водится, в 90-х, и тиражом аж в 75000 экземпляров (что характерно, под одной обложкой с романом Филипа Фармера, в котором последний замахивается аж на джеймса нашего джойса). Но если когда-то можно было списать вялость читательского интереса на якобы сложность «Путешествия», то сейчас ему грозит забытье по другой причине — по форме ведь это то самое презренное «попаданческое фэнтези», со всеми наивными косяками, которые со времени написания романа не то что не исчезли из жанра, а стали его визитной карточкой.

Обесцениваясь как аллегории, такие книги обычно остаются занимательным сюжетным чтивом; здесь — наоборот. «Путешествие к Арктуру», по-моему, очень нужный текст. Гармония, пони, радуги — это замечательно, но почему Кристалмен, создатель волшебной флоры и фауны, носит такую отвратительную ухмылку? Почему неблагозвучная музыка Свэйлона влечет людей больше, чем сладостные гармонии? Православный философ говорил: «Защищенность — есть признак смерти». Настоящее божество Торманса на вопрос, как его называют земляне, отвечает: «боль».

4 июня 2013
LiveLib

Поделиться

winpoo

Оценил книгу

Кто ищет, тот всегда найдёт! Душа просила тайн и загадок, и, выискивая, что бы почитать, первое, на что я обратила внимание, - это даже не название этой книги, а издательство, выпустившее её. Я не большой поклонник ужасов и мистики, но подумала, что приличное издательство не может издать что-то неприличное даже в несерьёзных жанрах. И даже наоборот: в них оно, скорее всего, отыщет самое достойное и незатасканное. Вот так и получилось, что я стала читать «The Haunted Woman» - историю 1921 года, в которой воплотились тайные мечты поклонников мистики, а может, и не только мистики: старый Ранхилл Кортом - дом с крылом аж XIII века, интригующие недомолвки о том, что происходит в «Восточной комнате», возникающие из ниоткуда проходы в пространстве-времени, весна посреди осени за окном… И, к счастью, это оказались не только детские сказочки о таинственных и пугающих встречах с умершими обитателями дома, чем часто всё и ограничивается. Фантасмагорический и одновременно волнующе романтичный мистико-символический контекст «специально для взрослых» был изначально взят намного шире, постепенно превратившись чуть ли не в экзистенциальный, и именно он сделал сюжет чем-то бóльшим, чем саспенс или триллер. А ещё было в нём что-то неуловимое от Д.Х.Лоуренса, А.Стриндберга и, может быть, даже от Э.Т.А.Гофмана…

Так о чём же книга? Просто так и не скажешь. О любви? О таинственном доме? О влиянии музыки на человека? О внутреннем раскрепощении? О женской власти и эмансипации? О сковывающей фальши социальной реальности? О сублимации подавленных желаний? Об извечной человеческой тяге к волшебству? Да, и об этом тоже. Но больше всего, как мне показалось, о чувстве подлинности – желании человека чувствовать себя самим собой, поддаваясь собственным порывам, раскрываясь для другого, не сдерживая себя и не маскируясь условностью светских правил. Случайно-неслучайно оказываясь в таинственно появляющихся комнатах вместе, герои чувствуют себя моложе, свободнее, естественнее, их внутренний мир являет себя ярче и аутентичнее. Их тайная игра в «комнатах свиданий» увлекает их, ведь каждый спасается в них от скуки, пресыщенности, монотонности и предсказуемости собственного существования (Изабелла) или от одиночества, печали, кризиса, душевного надлома (Генри). Комнаты раскрывают им какой-то иной пласт бытия – их собственное «быть может – может быть». Но при этом Генри абсолютно по-мужски сразу понимает, что Изабелла – дама его сердца (ему достаточно комнаты с зеркалом), а Изабелла по-женски нуждается в познании и пребывании иных пространствах, чтобы удостовериться в своих чувствах и принять или отвергнуть их (она открывает двери всех комнат и выглядывает в окно третьей комнаты). И оба – юная светская леди и пожилой коммерсант – одновременно и нуждаются и боятся того, что происходит и может произойти в этих зеркально-зазеркальных пространствах, в этом четвёртом измерении.

В романе много символических и мифологических отсылок: руническое название дома, холмы эльфов и владения троллей, выброшенное и странным образом вернувшееся кольцо, лестницы, которым нет конца, окно, из которого виден спящий музыкант и временами доносится страстно зовущая к любви и самораскрытию музыка, двойник миссис Ричборо, умерший-воскресший в конце Джадж… Все вместе – это очень нескучное чтение под мартовский снегопад. И, конечно, книгу украшает великолепное послесловие Евгения Головина.

4 марта 2018
LiveLib

Поделиться

osservato

Оценил книгу

Знаете, у меня есть подозрение в собственном упоротом фанатизме по ГО, потому что вычитав из романа словосочетание "музыка весны", тут же припомнила одноименный бутлег 94-го года. А ведь мало ли что это словосочетание может означать! Такого яростного и ядовитого времени года мне отродясь не встречалось, а ведь начиналось все как-то серенько и совсем не таинственно, да еще эти беседы о женской природе и мужской галантности и постоянно повторяющееся "спокойно". "Спокойная" барышня, "спокойно" взяла и забралась в таинственный чертог, который давеча частично сперли тролли и который по сути является то ли развилкой магического пути в сказках - "налево пойдешь - коня потеряешь...", то ли порталом в прекрасное далеко. Упрямая баба портит помолвку, гробит пару человек, заглянувших в лицо (смерти,демиургу, вечности - нужное подставить), и продолжает скучать, такая вся загадочная. С другой стороны, буде случиться такому, кто бы во все это не полез?

23 июня 2013
LiveLib

Поделиться

Eytychia_me

Оценил книгу

Жизнь Изабеллы скучна и предсказуема.

Наверное, было очень оптимистично ожидать чего-нибудь захватывающего.... Жизнь Изабеллы скучна, ну а чтение этой книги чуть не отбило мне желание читать вообще: увиливала от чтения как могла.
Дэвид Линдсей пишет очень вычурно. Создается впечатление, что он очень много времени тратил на создание величественных фраз и высокосветских бесед, а вот на создание интересных образов и на поддержание сюжета в динамике - сил уже не хватило.
"Ну как же так?" - вопрошала я. Такая интересная идея, такая таинственность, такая загадка! Но всё это просто растворяется в приличном количестве скучного текста, обесценивается дубовыми героями и непонятными действиями в принципе.
Аннотация намного интереснее книги! Советую прочесть только её и на этом закончить.

16 марта 2020
LiveLib

Поделиться

Rossweisse

Оценил книгу

«Путешествие к Арктуру» трудно отнести к жанру научной фантастики, хотя вся книга посвящена странствиям землянина по планете Торманс. Несмотря на то, что автор упоённо описывает пейзажи чужого мира и населяющих его созданий, все эти путевые красоты служат лишь декорациями для духовного поиска (по крайне мере, того, что в этом романе выдаётся за духовный поиск) и не имеют иного значения и объяснения, кроме эстетического.

Название «Торманс» сразу кажется знакомым. А, нет, не кажется: к Тормансу отправилась экспедиция землян в романе Час Быка , планету по имени «Мучение» Иван Ефремов позаимствовал напрямую из книги Линдсея. Это довольно забавно, ведь «Час Быка» — книга с чётким сюжетом, в котором ясно изложено кто, куда, почему, зачем и как всё в итоге закончилось. А «Путешествие к Арктуру» в этом отношении — полная её противоположность.

Начинается роман просто чудесно — спиритическим сеансом, таким мило старомодным, уютным и ламповым, что немедленно располагает к себе. Ламповость и расположение длятся недолго, только пока не проявит себя во всей красе главный герой, с которым, к сожалению, мы уже не расстанемся до самого конца.

В аннотации эта книга описана как «сложно многоплановое произведение» с нестандартным сюжетом. Увы, это не так, сюжет представляет собой традиционнейшее путешествие из пункта А в пункт Б по пересечённой местности, и, поскольку «Путешествие к Арктуру» не приключенческий роман, а, скорее, роман-притча, персонажи также не отличаются глубиной характеров, у них одна-две определяющие черты. Что нам известно о главном герое? Это здоровенный бородатый мужик со страстной натурой и сильной волей. Сам он о себе говорит, что у него «нет ни жены, ни земли, ни профессии», поэтому-то он с такой готовность отправляется на другую планету в поисках некой загадочной и могущественной персоны, о которой он не знает ничего, кроме имени. Последовавшие за Линдсеем поколения фантастов, несомненно, развили идею о том, что человек, не состоявшийся в этом мире, обязательно достигнет изумительных высот в другом, но даже в самом сухом и кратком изложении эта очень популярная сейчас фантазия выглядит столь же утешительной, сколь и нелепой.

В начале своего странствия по Тормансу герой полон благородных и, возможно, даже искренних намерений (наблюдая за его поступками, не утратить к нему доверие не то что сложно, а невозможно): он вроде бы готов отбросить земные предубеждения и с открытой душой внимать мудрости нового мира.
Ха.
Ха.
Ха.
Впрочем, прежде стоило бы сказать, что я разуверилась в способности героя по достоинству оценить этот новый мир, как только обратила внимание на его мнение о старом — о Земле. О нашей с вами Земле, просто на сто лет моложе. Да, она не идеальна, и вероятна, никогда не была, но настолько пренебрежительно-уничижительных отзывов точно не заслужила. Это могло бы сработать, если бы речь шла о какой-нибудь выдуманной планете, не о Земле. О Земле мне не надо рассказывать, я сама тут живу! Ненависть и презрение главного героя к родному миру, не оспариваемые и даже не подвергаемые сомнению автором, намного больше говорят о герое (и, не исключено, об авторе), чем об этом мире.

Дальнейшее уже не удивительно, просто противно. Хотя, пожалуй, нет, кое-что удивительное всё же есть: просто потрясающе, как расходится авторская оценка поведения и поступков героя с характером его образа действий. Декларируемые открытость и непредвзятость на деле оборачиваются откровенным ханжеством и самоуверенным морализаторством, в бородатой голове героя нет даже тени мысли о том, что он не имеет ни права, ни знаний, ни даже необходимости судить обитателей Торманса, но его это не останавливает. К этим замечательным качествам прибавляется крайнее лицемерие: осыпая обвинениями людей, которые принимают его, отвечают на его вопросы, сопровождают на том или ином отрезке пути, себе герой легко прощает намного более страшные преступления (и даже находит возможность обвинить в них кого-нибудь — кого угодно — другого).

Заявленная страстность натуры проявляется вспышками необузданного гнева, имеющими разрушительные последствия, что же до силы воли... её нет. Волевой характер героя подчёркивается так часто, что даже смешно, потому что ни в одной ситуации, в которой уместно было бы силу воли продемонстрировать, она не видна. Герой либо выходит из себя, чтобы потом ненадолго, минуточек на пять, раскаяться, либо плывёт по течению, склоняясь перед непреодолимыми (ой ли?) обстоятельствами, либо подчиняет своё мнение мнению собеседника. Не каждую былинку так легко поколебать, как разум этого «волевого» человека: сейчас он обещает одно, вечером другое, наутро третье. Нечего и говорить, хозяин своему слову — захотел, дал, захотел, взял обратно.

Торманс представлен как юный мир, в котором формы живых существ пока не устоялись и постоянно меняются, но люди Торманса, конечно, сильно похожи на земных. Имей они больше отличий, было бы неудобно обогатить историю ещё одной популярной фантазией, старой, как «Одиссея» (если ещё не старше): в странствиях герой встречает прекрасных женщин, которые с первого взгляда начинают питать к нему огромный интерес, возможно, разного рода, но неизменно пылкий. Причины популярности этой фантазии очевидны и по-человечески очень понятны, но даже задолго до Линдсея писатели пытались хоть как-то обосновать этот интерес: завязкой знакомства могло послужить спасение красавицы, или герой был не просто героем, а героем прославленным и широко известным, или был просто очень, очень хорош собой... Возможны варианты. Много. Ни один из них, однако, не относится к главному герою «Путешествия к Арктуру». Я могла бы списать это на условность, свойственную притчам, если бы не тот факт, что автора явно и сильно волнует «женский вопрос» и вообще половая дуальность. На Тормансе даже неодушевлённые объекты могут иметь женскую и мужскую природу (на «мужских камнях» я окончательно сломалась), что уж говорить о людях.

Линдсей яростно педалирует половые различия (игнорируя тот очевидный факт, что женщины отличаются не только от мужчин, но и друг от друга, да и мужчины различаются между собой; и при этом все в первую очередь — просто люди), причём, в зависимости от ситуации, женщины (все! в целом!) характеризуются либо как чувствительные и благородные создания, либо как источники соблазна и греха, но при этом всегда слабые и податливые. Это так тупо и мерзко, что даже комментировать не хочется, но стоит добавить, что мужчинами и женщинами половое разнообразие населения Торманса не ограничивается, видимо, чтобы герою было что ещё осудить.

А то ведь какой может быть духовный поиск без осуждения? Впрочем, тут герою надо отдать должное, он с неослабевающим упорством пытает вопросами религиозного, морального и мистического плана каждого встречного и поперечного, и получает ответы, которые каким-то образом помогают ему продвигаться вперёд — как ментально, так и физически. Но только ему, не читателю, поскольку что вопросы, что ответы носят настолько абстрактный и трансцендентный характер, что не имеют смысла даже в реальности притчи.

При желании, конечно, выводы сделать можно. Любые. Это-то и плохо.

Единственное, что делает «Путешествие к Арктуру» хоть сколько-нибудь выносимым, это описания природы. Серьёзно. Мне кажется, весь талант Линдсея, какой у него только был, в полной мере выразился в создании великолепных фантастических пейзажей. Они поразительны, грандиозны, величественны, описаны настолько живо и ярко, что для того, чтобы представить их в своём воображении, почти не требуется усилий. Их хочется рисовать, даже не будучи художником. Да, книга, состоящая только из описаний видов выдуманной планеты, выглядело бы странно. Зато у неё были бы все шансы стать хорошей. И по-настоящему нестандартной.

27 октября 2019
LiveLib

Поделиться

TreinenJuking

Оценил книгу

С древних как вселенная вопросов ? :
Почему мы здесь и зачем мы были созданы ?
Или с попытки найти свое место в этом мире и познать на своем опыте трансцендентные переживания единства и гармонии ?
Что или кто вообще толкает нас на эти поиски ? :
Отчаяние ? Боль ? Жизненные ситуации ? Бого-служители ? Внутренний голос ?
Достаточно вопросов я посеял на просторах вашего разума ?
- тогда немедля перейдем к перелистыванию жизненных страниц главного героя в поисках ответов. Но смею вас предупредить, книга лишь инструмент и в конце концов она будет сожжена в горящих лучах Маспела )

Представьте, что внутри вас живут две сущности, одна - желает поскорее со всем этим покончить и вернуться к первоисточнику, к тому месту где была рождена, а вторая, вечно кружится в танце удовольствия и наслаждения и постоянно мешает первой осуществить свой простой но суицидальный план. А теперь сфантазируйте два огненных, гигантских шара, вращающихся вокруг планеты вашего мироздания. По законам тяготения эти шары притягивают, притягивают не материю, а ваших внутренних сущностей.

Торманс - точка сборки вашего мироздания, постоянно переживает рассветы и закаты этих магнитных гигантов, и здешние жители непринужденно утопают в лучах разнообразных эмоций, чувств, переживаний и смерти.

И напоследок, интегрируйте в только что созданную вселенную Дьявола прикидывающимся Богом, и позвольте главному герою, не сбиться с пути, следуя гармоничным ударам бытия.

1 ноября 2019
LiveLib

Поделиться