С творчеством Дейзи Вэнити я познакомилась не так давно, однако с самого начала в глаза бросилось ее умение строить тексты так, что в них сочетаются пронзительная чувственность, холодные, отстраненные психологизмы, будто сказанные автором невзначай, и слаженная композиция.
«Лживые зеркала» - год назад, когда была только идея и документ в Word, книга называлась не так – одно из немногих произведений, которое я прочитала за три дня. Я никогда не читаю книги так быстро.
Одна из абсолютных фавориток в мире современной литературы, конечно, главная героиня – мисс Уинифред Бейл – самодостаточная, самоуверенная, прекрасная и – самое главное – умная шпионка, состоящая на службе у мистера Уоррена.
Мисс Бейл – идеальный рассказчик. Она настолько тревожна и умна, так бдительна и цинична, что читателю не может стать скучно, пока он находится в ее голове. Уинифред не идеальна, как может показаться на первый взгляд, хоть и кажется, что она не может совершить ошибки; не только потому, что не имеет на нее права.
Поэтому Дейзи знала, что делала, когда строила повествование так, что читатель видит мир глазами героини – отсюда и насмешливо-пессимистический тон, обилие вопросов, которые Уинифред задает сама себе и – мое самое любимое – внимание к деталям. Будучи шпионкой, с семи воспитывающейся на службе у садиста Уоррена, который намеренно «отучил ее любить» (тоже один из самых жестких моментов), Винни привыкла обращать внимание на детали. Это делает повествование детективным с самого начала – плюс на этом пункте я лично жму Уинифред руку, ведь понимаю, каково это – когда не можешь расслабиться ни на секунду, вынужденная проверять всю входящую информацию, считывать подтексты, скрытые глубоко за речью – мимика, интонация, движения тела, жесты. Очень многое Уинифред угадывает – и зачастую оказывается права, но подаются такие случаи вовсе не как случайные совпадения, а высчитанные предположения, аргументированные с особым самоуверенным очарованием девушки.
Психологизмы «Лживых зеркал», особенно те, что относятся к Уинифред, продуманы до мельчайших деталей и имеют весомые причины («Злость бурлила внутри нее, шипела. Она так долго сдерживала ее, что это чувство казалось ей теперь незнакомым... и восхитительным» - настолько глубокие до истины знания о конкретных эмоциях наталкивают на мысль о том, что авторка либо сама испытывала нечто подобное, либо изучила курс психологии для магистров). Я вижу здесь прямое доказательство того, что мой психолог прав: контролеры так много внимания уделяют людям вокруг, что сил и времени на самоконтроль хватает не всегда. По таким мелочам и можно вычислить манипуляторов, абьюзеров и нарциссов
Уинифред – выходец из низшего сословия. Она стремится наверх и очень тяжело переносит любые (пусть даже и надуманные) намеки на то, что она – не аристократка, не леди. В то же время элиту общества Уинифред считает глупыми и бесполезными людьми, подобно Жюльену Сорелю из «Красного и Черного». Только мисс Бейл гораздо, гораздо умнее, и симпатизировать ей легче, ведь все ее мысли понятны, читатель оправдывает ее и ненавидит всех ее врагов вместе с ней. Ее легко задеть и разозлить, но показывать злость она не будет – этот психологизм выльется к середине повествования в открытый селфхарм, который героиня будет пытаться преодолеть с помощью Теодора.
Я обращаю внимание читателя на слог Дейзи: он льётся, как вода, и звучит, словно музыка. То есть и по структуре, и по звучанию (хотя первое замыкается вторым и наоборот) предложения, создаваемые авторкой, безупречны («Из-за угла шкафа ей открывался превосходный обзор на письменный стол. Вошедший к нему не спешил», «На висках выступила влага: Уинифред не привыкла к физическим нагрузкам. Предпочитала иначе марать руки»). Таким образом, авторка передает утонченный, но недоверчивый к миру образ мышления героини («Это ловушка. Это точно ловушка»).
Видна также глубина вовлеченности Дейзи в лор своей истории – в сравнении с первыми версиями финальная рукопись детализирована настолько, что у читателя не возникает ни одного вопроса к продвижению вперед сюжетных линий. Слова «вазон» и «розетка» вообще ранее никогда не встречались мне в подобном контексте – и я лишь хочу пожать авторке руку и выказать свое уважение.
Следующий аспект «Лживых зеркал» - поразительная, неожиданная ироничность, заключенная на этот раз ВНЕ повествования – это юмор, с которым сталкивается Уинифред при взаимодействии с другими людьми. Я думаю, шутливость может означать безопасность (исключением является Стеллан, хотя его манера общения скорее схожа с самой Уинифред – сарказм: «Если он назовет его «Закат», она бросится в Темзу вниз головой» - юмор главной героини более злой и несет в себе цель – уколоть врага. Или сделать какой-либо вывод: «Самоуверенный богатый юнец, пытающийся свергнуть короля? Уже больше похоже на правду. И звучит глупо – очень в его духе»).
По интонации шуток можно проследить, как меняется отношение Винни к Дарлингу: если сначала это колкости, относящиеся главным образом к его умственным способностям, превозношение собственного ума и холодного рассудка в противовес пылкости и милой наивности молодого человека («Если бы Дарлинг каким-то чудом забрел в публичный дом, пять минут спустя проститутки выпроводили бы его оттуда, понятия не имея, что с ним делать», то к середине – это обреченные замечания о неисправимости его романтической натуры.
Уоррен не шутил в присутствии приемной дочери, с ним она всегда была в напряжении, потому очевидно ее ошеломление, когда простодушный Дарлинг, сам по себе непохожий ни на одного из ее знакомых, начинает шутить – причем делает это без какой-либо цели, а сам для себя или для Уинифред. Хотя складывается впечатление, что он сказал это только ради шутки, и это прекрасно. Дейзи знает, как влюбить читателя в своих героев.
1. «Невероятно удобная штука – эти ваши корсеты! Носи я такой, то пользовался им на полную катушку. Таскал бы пряники с обеденного стола, жульничал бы в вист… Ах, постойте. У меня для этого есть кое-что поудобнее… – С довольным видом он похлопал себя по груди. – Карманы»
Как только в сюжете появляется Дарлинг – обратного пути нет. Каждая его реплика теперь будет вызывать пронзительное умиление, жалость, слезы радости и желание укачать этого большого ребенка на руках. Поначалу Уинифред отрицает это и раздражается от собственных реакций, но затем даже начинает подбирать к Дарлингу милые эпитеты («щенок»).
Интересны размышления шпионки об аристократах, с которыми так или иначе связана вся ее жизнь: «Ей хотелось бы иметь в себе этот легкий, неуловимый дух аристократизма, присущий Дарлингу и Эвелин и заставлявший иметь какое-то значение каждый их жест, каждое слово, каждый взмах ресниц»
Мы видим, что девушка рассуждает о высшем обществе с ясностью ума, которая присуща только людям, НЕ входящим в данный круг: она четко выделяет и высмеивает их недостатки. При этом достоинства их сходны с теми, которыми обладает она сама: ведь каждый ее жест, слово и взгляд также имеют значение – причем не эстетическое, а практическое. Возможно, такое замечание вызвано ее собственным повышенным вниманием к людям, которых ей суждено копировать. В мысли заключено не просто восхищение, а какое-то отчаяние.
Дейзи строит конфликт любовной линии на известном противостоянии сердца и разума, но делает это так естественно, что читатель и не подумает вспомнить о том, что конфликт этот частый и ожидаемый.
В целом могу сказать, что проглотила историю о воскресении глубоко захороненных чувств в атмосфере преступного Лондона так быстро, что теперь хочется еще. Когда я закончила чтение, несколько часов в голове витал вопрос: «А что мне делать теперь?». Я люблю Уинифред, но не жалею – наверное, именно такого впечатления о ней у читателя авторка и добивалась. Героиня – сильная женщина, и я все время забываю о том, что по сюжету ей всего семнадцать лет. Обстоятельства, в которых она росла, сделали ее жестокой, но под обезоруживающим воздействием искренней любви устоять не может даже страх перед смертью. Огромное внимание уделяется страху и его способности «дергать за ниточки». Порой они настолько длинные, что не нужны никакие подтверждающие его власть бумаги – тоже великолепная деталь, умело произведенная Дейзи Вэнити в метафору о свободе.
Спасибо за Ваше творчество, и, пожалуйста, не останавливайтесь!