Корзина оказалась совсем не тем, чем виделась на первый взгляд, и упорство Софрина прояснилось: в корзине лежал ребёнок, замотанный в какую-то рванину. Совсем ещё маленький. Младенец сурово хмурился, сунув в рот кулак. На врача настолько сознательно посмотрел синими глазами, что казалось – прекрасно понимает происходящее. И судьбу свою понимает, и упоминанием блох и мерзости недоволен, но внятных возражений не имеет.
– Вот же бесовщина… Идём в смотровую.
