Книга первая

Выяснилось, что даты нашего календаря не бьют со староземельским. Позже чуть-чуть переделаю самое начало. Зима, однако, должна быть. :-)

Город Энск, 8 октября 2005 года.

Суббота не задалась с самого утра. Сначала позвонила Лиза и заявила, что едет к маме и поэтому запланированная “приятная” суббота накрылась медным тазом. Макс пожал плечами – бывает. Альтернативой были более тесные отношения, но Лизавета совсем не та девушка, которую Максим Виноградов был готов допустить в свой дом надолго.

Следующий звонок был от хозяйки “однушки”, снимаемой Максимом. Тетка проинформировала жильца, что в связи с инфляцией квартплата повышается. Именно так, в связи с инфляцией. И снова Максим пожал плечами – ожидаемо и, пока, не критично.

И последней каплей стал звонок матери. Не приведи вам бог быть сыном учительницы не оправдавшим надежд матери! И ничего, что четыре года назад именно с подачи родителей Макс не смог оплатить учебу по контракту, ради успешного поступления младшей сестры. Положа руку на сердце, он признавал, что сам виноват в вылете с “бюджета” и что сестра будет лучшей студенткой. НО! Сестренка могла бы годик подождать, а вот для девятнадцатилетнего парня вылет из института и отсутствие денег на “медицину”… “Здравствуй юность в сапогах”!

Теперь же, поняв, что у сына имеются свободные средства, мать, раз за разом предпринимала “атаки” с целью заставить непутевое чадо вернуться на “генеральный курс”. При полном “одабрямсе” со стороны никогда не прекословящего жене отца и “заучки” сестры. Максим не винил родню, но четко дал понять, что теперь жизнь будет планировать самостоятельно. Не помогло…

Настроение было окончательно испорчено, и Максим задумался, чем бы таким заняться, чтобы исправить плохо начавшийся день. Как ни парадоксально, но самым эффективным был признан поход на работу. Никаких срочных заказов не было, и была надежда часам к двум пополудни побаловаться с мужиками пивком. Особенно если Макарыч расщедрится на рыбку.

Потирая в предвкушении руки, Максим быстро собрался и уже через сорок минут вылезал из такси неподалеку от автомастерской, в которой уже восемь месяцев работал. Открыв своим ключом калитку, Макс оказался по ту сторону забора. Во дворе обнаружился достаточно навороченный “Крузак” около которого беседовали трое. Двоих Максим знал: хозяин и главный мастер Петр Филиппыч и главный поставщик клиентов Сергей Иванович. Третьим, суда по всему, был клиент.

“Нет, не клиент”, – тут же поправил самого себя Максим, – “Джипяра и так неплохо подготовлен, вряд ли стоит что-то менять или переделывать. Похоже, это клиент Сергея Ивановича”.

Внимательно присмотрелся к незнакомому мужику. Лет тридцать пять, неплохо упакован в стиле “сафари”, на правом боку еле прикрытая курточкой кобура…

“Точно клиент Сергея Ивановича!” – порадовался собственной наблюдательности Максим. – “Интересно, а на кой они сюда заехали?”

Все разъяснилось, когда Максим попал в раздевалку и на вопрос попивающего чаек Макарыча какого черта он припёрся на работу, а если приперся, то чего так поздно, только махнул рукой:

– Та ну их нах!

– Понятно! – Покивал Макарыч. – Значит, будем сегодня пить пиво!

– А Филиппыча уговоришь? – Задал совсем не праздный вопрос Максим.

– А-то! Счаз клиента проводим и сгоняем.

– Так не наша же тачка?

– Не наша, – согласился мастер, – резину поменяли. Машина-то у мужика вполне, а вот резина больше для комфорту была.

– Ясненько! – Покивал головой Максим. – Ну, какие ЦУ?

– Делаем так, ты, давай, начинай раздербанивать япошку. Миха закончит варить дуги на “козла” и поможет тебе. А там и мы с Петром вернемся. С пивом и рыбкой. – Макарыч отсалютовал Максиму кружкой.

– Макарыч! – Радостно вскричал Макс. – Ну, почему у тебя нет еще одной дочери?! Блин, такой тесть и не мне достался!

Пинок мастера цели не достиг, все-таки, двадцать три это вам не пятьдесят три! Посмеиваясь, Максим прошел в цех и принялся за работу.

Минут через сорок рядом с “Хайлюксом” уже лишившимся кресел и внутренней обивки дверей появился Миха.

– Ну, ты, блин, трудоголик! – Вытирая пот, приветствовал он друга. – Какого тебе дома не сидится? Че, Лизка не дала?

– И это тоже. – Отмахнулся Макс.

– Предки…, – понимающе покачал головой Миха. – Слушай, пошли перекурим, а то я совсем упрел.

Парни прошли в дальний конец бокса и уселись под старой вытяжкой, так и не демонтированной после переноса покрасочной камеры. С удобством расположившись на, специально для этих целей приспособленном, диване от двадцать первой “Волги”, приятели молча закурили.

Собственно, Миха или, если официально, Михаил был сыном босса и Максу сильно повезло, что сначала в армии Миха признал парня из параллельного класса, а потом и на гражданке порекомендовал Максима отцу и, что гораздо важнее, Сергею Ивановичу. Максим невольно ухмыльнулся, вспомнив, как через месяц работы ему таки раскрыли секрет всех непоняток, творящихся в автомастерской.

Максим откинул голову назад и ткнулся затылком о заднюю стену бокса, за которой, оказывается, находились ВРАТА.

– Че головой об стенку бьешься? – Поинтересовался Миха. – Так достали?

Макс пожал плечами. Михе, в отличие от многих, не было нужды изображать из себя своего парня, он именно таким и был. Поэтому, Максим и рассказал случайно встреченному бывшему соученику и сослуживцу о неприятностях с семьей. Но, в данный момент, никакого желания обсуждать перипетии сегодняшнего утра не было. Не получив ответа, Миха не обиделся и, хмыкнув, хлопнул приятеля по колену.

– Прорвемся! – Жизнерадостно заявил он и вскочил с дивана. – Ну, что, айда трудиться?!

Максим собрался последовать примеру приятеля, но затылок пронзила странная дрожь, и раздался звук наподобие комариного писка, только раза в два громче. Миха тоже услышал и изумленно оглянулся на Максима. Спросить он уже ничего не успел. Писк резко сменился на протяжный басовитый “бо-ом” и серебристый пузырь, вырвавшийся из бетонной стены поглотил обоих парней.

Где-то, день первый, утро.

Максиму повезло. Сильный удар сзади частично погасил волговский диван, а голова врезалась во что-то достаточно мягкое, чтобы вызвать лишь легкий шок. Потом мир в очередной раз накренился и сбросил парня на колени. При этом ветки кустарника больно хлестнули по лицу.

– Мать! – Заорал Максим, вскакивая на ноги, и потрясенно добавил. – Твою мать!

Кустарник, хоть и довольно густой оказался высотой всего по грудь Максу и совершенно не мешал любоваться на колышущееся разнотравье, среди которого то тут, то там торчали могучие деревья с раскидистой кроной. Словно завороженный, Максим оглянулся и обалдел окончательно. Прямо перед ним красовалась задняя половинка “Лендкрузера” сюрреалистически притулившаяся у подножья поросшего все тем же кустарником холма.

– Ну, ни хрена себе! – Выдохнув, пробормотал Максим. Тут его внимание привлек стон и шевеление радом с останками машины. – Миха!

Михаилу не повезло значительно больше. Тот же толчок, который бросил Максима вместе с диваном на заднее сидение бывшего джипа, впечатал стоявшего Михаила головой в крышу машины. И сейчас, парень тяжело ворочался в кустах, пытаясь перевернуться на живот и вытереть кровь с лица. Максим продрался сквозь куст к приятелю и принялся помогать. Он попытался усадить Миху на сиденье, но оглушенный парень все пытался с него сползти, так как лишившись передней половины и, соответственно колес, остатки “Круизера” располагались с существенным наклоном. Отчаявшись устроить раненого на сидении, Максим усадил его на землю и прислонил к остаткам волговского дивана.

– Миха, ты как? – Лихорадочно соображая, чем же остановить кровь, поинтересовался Максим.

– Ё-ё-ё..! – Только и смог простонать Миха.

– Потерпи, брат! Сейчас что-нибудь придумаю! – Максим с сомнением расстегнул спецовки и оценил состояние футболки.

Решив, что более чистую ткань он вряд ли найдет, максим быстро вылез из рукавов и стянул футболку. Поломанные ветки царапали оголенный торс и парень потратил несколько секунд, чтобы снова накинуть спецовку. Отведя руки раненого приятеля, Максим осторожно вытер тому лицо и попытался сделать повязку на разбитый лоб.

– Ой, б…, голова моя! – Простонал Миха.

– Да, ладно! Не самый важный для тебя орган! – Неуклюже попытался пошутить Максим.

– Юморист, тля! – Уже тверже ругнулся Миха.

– Так симулянт, прижми тряпку ко лбу, а я покопаюсь в багажнике, – Скомандовал Максим, – не на переднем же сиденье он шмотки держал.

– Ты о чем? – Прижимая пропитанную кровью бывшую футболку ко лбу, Михаил попытался повернуться. Удалось ему это не полностью, но и увиденного через плечо хватило, чтобы пораженно выдохнуть. – Ёперный театр!

– Ага! Вместе с балетом! – Хохотнул Максим. И хотя, ноги слегка дрожали, Макс сноровисто полез внутрь “урезанного” джипа. – Блин, как тут сидушка складывается! Ага, вот!

– Урод, блин! – Пытаясь увернуться от выпавших после складывания сидения мешков и ящика, заорал Миха.

– Упс! – Максим, все-таки, сумел удержать самый большой тюк от падения на многострадальную голову приятеля. – Прошу пардону!

Два вывалившихся мешка были родственниками не раз виденных Максимом РД-54тых, только более навороченными. А поймать ему повезло здоровенную и очень тяжелую камуфлированную сумку. Мелькнуло воспоминание, как с подобными сумками садились в автобус спецназеры, отбывающие на “большую землю”. Ну, по крайней мере, так ему шепнул один “знающий” прапор. Максим заглянул в багажный отсек и тихонько порадовался: еще одна сумка и два деревянных ящика застряли за не откинутой частью сиденья.

– Да-а, не хило тип затарился! – Пробормотал он.

– Ты о чем? – Снова попытался оглянуться Миха.

– Это же тот “Круизер”, которому вы резину поменяли сегодня. – Пояснил Максим. – Ну, что бы туда…

Только произнеся эту фразу, Максим понял, вернее, окончательно осознал, случившееся. Судя по обалделому взгляду приятеля, до Михи тоже дошло. Выпустив сумку, которая с металлическим лязгом вывалилась в кусты, Максим выполз из остатков джипа и уселся рядом с приятелем. Машинально вытерев о спецовку окровавленные руки, он прикурил две сигареты, одну из которых сунул в рот Михе. Тот, сделав пару затяжек, попытался ухватить сигарету, но так и замер, глядя на свою окровавленную руку.

– Вот-так влипли…! – Пробормотал Миха и принялся ожесточенно вытирать правую руку.

Максим не ответил, машинально обламывая ветки кустарника, чтобы они не мешали сидеть. Оба парня знали, ЧТО находилось за стеной и КУДА отправляются люди на подготовленных в автомастерской внедорожниках, но… Вот так, внезапно, оказаться ТАМ…

Докурив одну сигарету, не сговариваясь, достали еще по одной. Никто не решался первым нарушить молчание. Докурив и вторую сигарету, Максим в сердцах пнул сумку. Снова раздался металлический лязг. Словно прячась от окружающей действительности, Макс присел на корточки и открыл сумку.

“Ну, ни хрена себе!” – уже в который раз мелькнуло у Максима в голове, – “Как он с этим не боялся ехать по городу?!”

Сверху знакомых зеленых металлических ящичков, аккуратно в количестве трех штук уместившихся на дне сумки, лежали два чехла вполне узнаваемой оружейной формы. Кроме того, в сумке находился алюминиевый кейс пятьдесят на пятьдесят сантиметров. Непонятно зачем, Максим попытался поднять сумку и изумленно подумал: “Как же я ее удержал-то?!”

– Ну, – поторопил приятеля Миха, – что там?

– Три цинка, два ствола и какой-то ящик. – Не поворачиваясь сообщил Максим.

– Охренеть! Хотя…, – Миха замолчал.

– Ага, – подтвердил Макс, – Сергей Иванович, помнится, так и объяснял, что без стволов тут никак.

Снова помолчали. Потом Максим вытащил чехол поменьше и начал его распаковывать. Появилась смутно знакомая конструкция.

– Это что, “калаш”? – Изумился Миха.

В отличие от Максима Михаил не особо интересовался оружием. Так, в рамках интереса любого нормального мужика. Максим не ответил, разглядывая странный “ствол”. И только при взгляде на переводчик/предохранитель его осенило.

– “Сайга”! Но, какая-то хитровы…тая. – Поделился Максим с приятелем. – Приклад как у америкосов, рукоятка тоже тюнингованая, цевье… А вот цевье и ствол, похоже, охотничьи. Хотя, на хрена охотнику планка Пикатинни…

– Во, блин, странный! Уже “каклаш” бы тюнинговал. – Удивился Миха.

– Не скажи. Если мужик охотник и толково умеет стрелять…, – Максим покачал головой. – Понимаешь, “Сайга” изначально качеством получше, а еще и тюнингованная. Причем, он даже автоматический режим не стал восстанавливать.

– Что, только одиночными?

– Знаешь, парни говорили, что уже на сотню метров очередями пулять, только для огневого подавления. А так или одиночными, или тройками. – Ответил Максим, вынимая из чехла снаряженный магазин. – Семь шестьдесят два, кстати.

– Тебе виднее. – Миха прекрасно знал непонятную для него самого страсть приятеля к огнестрельному оружию.

Максим присоединил магазин, кстати, стандартный армейский, отщелкнул предохранитель и передернул затвор. Попытавшись приложиться к оружию, потратил еще какое-то время, чтобы понять, как регулируется приклад.

– Ну, все, дорвался. – Хмыкнул Миха.

Немного сконфузившись, Максим снова поставил оружие на предохранитель и отложил в сторону. На очереди был второй чехол. И снова, добытое оружие сначала вызвало недоумение. Тем более, что оно было в разобранном состоянии.

– Тигр!

– Что? Где?! – Вскинулся Миха.

– Э-э-э, вот это “Тигр”. – Максим потряс винтовку без приклада.

– Кретин! – Миха попытался пнуть приятеля ногой. – Я чуть не обделался!

– Прости, брат! – Покаянно склонил голову Максим.

Под продолжающееся бурчание Михи, он попытался приладить на место приклад, но быстро понял, что с наскока этого сделать не получится. Вздохнув, парень стал упаковывать винтовку обратно.

– А что, ты этого “Тигра” собирать не будешь? – Удивился приятель.

– Это возиться надо. Тем более, видишь, тут обычного прицела совсем нет. Наверное, где-то лежит оптика, но пока ее найдешь… – Максим махнул рукой. – “Тигр” – это СВД-ха, только, снова таки, вылизанная и отлаженная. А, уж, судя по ложе, вылизана она будь здоров.

Упаковав “как было” гражданского родича снайперской винтовки СВД, Максим потянул алюминиевый кейс. К счастью, кроме обычных защелок, других замков не оказалось. Откинув крышку, Максим присвистнул и показал содержимое приятелю. Миха издал аналогичный звук. Этот “ствол”, явно, не был охотничьим. В поролоновых гнездах покоился такой себе джентльменский набор: короткий, не больше полуметра, автомат со сложенным скелетным прикладом, пара достаточно длинных магазинов, толстый черный цилиндр, оптический прицел и какая-то коробка.

Максим потянул автомат и удивился его легкости. Почти отрешившись от окружающего, особенно, от ехидного хихиканья Михи, он стал приводить оружие в боевое состояние. Черный цилиндр оказался глушителем, а странная конструкция цевья объяснялась возможностью выдвинуть штурмовую рукоятку. Парень, даже, вскочил на ноги, чтобы опробовать оптику. Кажется, это был обычный ПСО, но в оптических прицелах Максим не разбирался. По субъективным ощущениям, со всеми наворотами автомат был не тяжелее “калаша” и с учетом глушителя не особо длиннее. Удалось найти и маркировку – СР-3М. Хмыкнув, Максим выщелкнул из второго магазина патрон и снова присвистнул. Судя по всему, у него в руках находился небезызвестный СП-6, патрон для знаменитых “Винтореза” и “Вала”. Доснарядив запасной магазин, Макс извлек из кейса ремень и прикрепил к автомату.

– Закончил? – Весьма ядовито поинтересовался Миха. – Тут друг, можно сказать кровью истекает, а он играется. Давай рюкзаки потроши, может аптечка найдется.

– Наверняка, – бодрым голосом ответил Максим, – мужик собирался со знанием дела.

– Чего ты так решил?

– Ну, смотри, два, явно, ухоженных и пристрелянных “ствола” для дальней и средней дистанции, – потроша первый рюкзак, принялся объяснять Максим, – и интер-р-ресный такой автоматец для ближней. Оп-па! А я что говорил!

Максим вытащил из бокового “кармана” импортного РД аптечку. Опять-таки, импортную. Бинты и тампоны опознавались легко, но найти банальную перекись водорода среди импортных наворотов не удалось.

– И чего ждем? – Нетерпеливо поинтересовался Миха. Он уже пришел в себя, но до сих пор текущая кровь мешала активно участвовать в процессе потрошения чужих вещей.

– Ну-ка, запрокинь голову и убери тряпку. – Скомандовал Максим. – Так, кровь почти не течет. Умыть бы тебя и рану промыть, а то не понятно ничего.

Максим отложил аптечку и из второго “кармана” рюкзака достал здоровенную флягу. Содержимое пахло обычной водой. Сделав небольшой глоток, Макс понял, на сколько у него пересохло во рту и основательно приложился к “бидончику”. Довольно крякнув, он напоил приятеля и принялся очищать рану. Рана оказалась обширная и рванная. Пришлось использовать два пакета. При этом Миха ругался, чтобы Максим не заматывал ему глаза.

– Потерпишь! – Категорично заявил Макс. – Хрен его знает, как правильно наматывать! А так, точно не слезет.

– Ты гляди, буржуи, даже, ножницы положили! – Восхитился Миха.

– Ну, дык! Вот ранят тебя, так пока с тебя одежку и все прибамбасы снимешь, ты и кровью истечешь. – Закрепляя бинт, объяснил Максим. – А так, разрезал где надо, обработал рану и бинтуй поверх штанов.

После умывания приятели сошлись на том, что с водой они погараячились. И, хотя, во втором рюкзаке нашлась подобная фляжка, было решено воду экономить. И принялись уже в четыре руки исследовать доставшееся богатство.

После получасового рыскания по сумкам, рюкзакам и ящикам, приятели согласились, что пресловутый Робинзон Крузо был экипирован не в пример хуже. Так как, солнце поднималось все выше и становилось все жарче и душнее, Максим с Михой переоделись в легкие камуфлированные костюмы из рюкзака. Макс еще и надел легкие ботинки с высоким голенищем на шнуровке, явно импортный аналог обычных “берцев”.

– Красавцы! Жаль девки не видят. – Констатировал Миха.

– Слышь, герой любовник, я, кажется, понял, почему нас еще никто скушать не пытался. – Максим попытался в небольшой, но мощный бинокль осмотреть окрестности. – Получается, что мы сюда с утреца угодили. Ночные зверушки уже спать пошли, а дневные – еще не проснулись.

– И что?

– И то! Кровью пахнет? Пахнет! Так что, держи-ка ты автомат, а я возьму “Сайгу” и выберусь на холмик с биноклем.

– Может не стоит разделяться? – Передернув плечами, спросил Миха.

– Ну, осмотреться то надо. А куда тебе, калечному, по кустам продираться.

– Сам калечь ходячая! – Возмутился Миха. – Ладно, топай. А я “сейф” открыть попробую.

– Давай-давай. – Оживился Максим. – Если это оружейный ящик, то чего же он в него “стволы” не сложил? Ты, только, не шуми сильно.

– Топай уже, советчик. – Отмахнулся приятель.

Максим повесил винтовку на плечо стволом вниз, прицепил на пояс мачете в ножнах и подсумок с биноклем. Крутую “разгрузку” парень надевать не стал, во-первых, из-за жары, во-вторых, из-за непонятных креплений подсумков. Одного запасного магазина, на всякий случай, должно было хватить, что называется “за глаза”. Макс не собирался воевать, а совсем, даже, наоборот.

Где-то, день первый, час спустя.

Продирание сквозь кустарник оказалось не столь сложным как представлялось, и Максим решил не пользоваться мачете, чтобы не оставлять следов. Холм оказался не очень высоким и достаточно пологим, чтобы спокойно добраться до вершины. Здесь кусты росли совсем редко. Парню пришлось поломать голову, где устроиться, чтобы незаметно осмотреть окрестности.

А посмотреть было на что! По другую сторону холма, километрах в полутора-двух, красовался военный городок. Какой-то карявоватый, но, несомненно, военный. И дело было не в кривом заборе из колючей проволоки, не двух вышках по дальним углам. Максим быстро достал бинокль и жадно приник к окулярам. Через пару минут парень отложил бинокль и задумчиво пробормотал:

– Мать-перемать, негры! И стремные какие-то негры.