Глава

АКТ 1: РЕЦЕПТ ГНИЕНИЯ

Глава 1: Гниение изнутри

Артём проснулся ровно в 3:00 ночи от липкого, животного чувства, что в комнате изменился воздух. Пахло сыростью, подвалом и старой, засыхающей кровью. В темноте хрущевки стояла удушливая, мертвая тишина, которую нарушало лишь его собственное прерывистое дыхание. Он попытался включить ночник, но пальцы наткнулись на что-то влажное и холодное на простыне. С трудом нащупав телефон, Артём зажег экран, поднес его к лицу и едва не закричал.

Его собственные ногти на правой руке были сорваны до самого мяса. Кожа вокруг фаланг лопнула, обнажая багровые, пульсирующие ткани, а глубоко под ногтевое ложе была забита черная, жирная кладбищенская земля. Она пахла могильным перегноем. Рядом на простыне лежали три желтоватых человеческих зуба с обрывками подсохших десен. Это были не его зубы.

Телефон в руке мелко задрожал, освещая комнату блеклым синеватым светом. В этот момент из темного угла, где у шкафа стояло старое ростовое зеркало, донесся едва слышный, влажный хруст выворачивающихся суставов. Звук был таким, словно кто-то с силой переламывал крупные куриные кости, завернутые в мокрую тряпку.

— Кто здесь?.. — хриплым, сорванным шепотом выдавил Артём, всматриваясь в темноту.

Ответа не последовало. Он медленно опустил ноги на ледяной линолеум и направился к зеркалу, направляя фонарик телефона вперед. Луч света скользнул по пыльной амальгаме. То, что он увидел, заставило его сердце остановиться.

В отражении стоял он сам. Но это была не просто копия. Артём замер, не шевелясь, но его зеркальный двойник продолжал медленно двигаться. Отражение пристально, не мигая, смотрело на настоящего Артёма, пока тот судорожно хватал ртом воздух. Затем губы двойника поползли вверх в неестественной, слишком широкой улыбке, обнажая окровавленные десны без трех передних зубов.

Зеркальный Артём поднял руку с сорванными ногтями и с сильным скрипом прижал ладонь к стеклу с той стороны. С настоящих обоев за спиной Артёма послышался тихий, едва различимый шорох — словно сотни насекомых одновременно начали скрести бетон изнутри стен. Голова Артёма взорвалась острой, невыносимой болью, зрение помутилось, и реальность вокруг него начала стремительно проваливаться в ледяную черную бездну

Глава 2: Кафельный ад

Падение длилось вечность, но Артём не почувствовал удара. Наоборот, реальность вокруг него сменилась удушающим, ледяным холодом.Он лежал на спине. Сверху на него давил низкий потолок, покрытый влажной изморозью.

Воздух был настолько густым от испарений формалина и застарелой гнили, что каждый вдох обжигал легкие, словно жидкий азот. Артём приподнялся на локтях, и его ладони скользнули по склизкой поверхности. Это был лабиринт. Бесконечные, давящие коридоры, выложенные тусклым, глянцевым черным кафелем подвального морга. Грязные межплиточные швы пульсировали, будто под ними протекала густая, застоявшаяся кровь.

Здесь не было ламп, но стены излучали мертвенно-серый, фосфоресцирующий свет. Из глубины коридоров доносился далекий, механический ритм — тяжелые, медленные удары, от которых вибрировал сам пол. Этот звук напоминал биение гигантского, больного сердца, замурованного где-то в фундаменте.Артём попытался встать, но ноги не слушались. Он взглянул на свои руки:

сорванные ногти из первой главы больше не кровоточили — из них сочилась густая, похожая на мазут жидкость.

Вдруг за его спиной раздался влажный, хлюпающий шлепок.Артём обернулся и оцепенел. Из темноты бокового ответвления лабиринта медленно выползали три фигуры. У них не было кожи. Обнаженные, волокнистые мышцы багрового цвета туго обтягивали кости, а вместо лиц зияли рваные дыры, из которых капала серая слизь.

В руках существа держали старые, покрытые темным налетом скальпели и костные пилы. Они не издавали ни звука, кроме свистящего хрипа, вырывающегося из обнаженных гортаней.

Твари приблизились мгновенно. До того, как Артём успел отползти, одна из безликих сущностей наступила ему на грудь, вдавливая ребра внутрь со страшным хрустом. Он закричал, но вместо голоса из его рта хлынула холодная болотная жижа, заливая шею и подбородок.Второй палач вонзил ржавое лезвие скальпеля ему в плечо. Медленно, с леденящим душу смаком, существо начало сдирать полосу плоти, обнажая белеющую ключицу. Боль была не сновидческой — она была абсолютной, выжигающей сознание.

Артём чувствовал, как сталь скребет по кости, как рвутся живые нервные окончания. Он дергался в судорогах, но существа держали его намертво, методично переламывая ему суставы пальцев один за другим. Влажный треск ломающихся фаланг эхом разносился по черному кафелю.

Казалось, этот ад будет длиться вечно. Но в самый пик боли, когда Артём уже готов был отключиться, удары «сердца» в стенах резко прекратились.Существа без кожи замерли.

В их пустых глазницах отразился первобытный ужас. Они синхронно отпустили Артёма, попятились назад и начали стремительно вжиматься в стены, буквально растворяясь в черной плитке.Лабиринт погрузился в звенящую, мертвую тишину. Из дальнего конца коридора по полу пополз тяжелый, замораживающий туман, пахнущий сырой землей из разрытой могилы. Шаги. Медленные, тяжелые, неестественные. Что-то огромное и длинное приближалось к Артёму, волоча свои конечности по кафелю.

Глава 3: Тонкий двойник

Туман наползал со всех сторон, укутывая черный кафель плотным саваном. Воздух окончательно превратился в лед. Артём лежал в луже собственной темной юшки, не в силах пошевелить изломанными пальцами. Боль в ободранном плече пульсировала в такт затихшему сердцу лабиринта.

Из белесой пелены впереди показался силуэт.