АКТ 1: РАЗБИТЫЕ ЗЕРКАЛА

Глава 1: Петля

У меня оставалось слишком мало времени. Солнце стремительно катилось к горизонту, окрашивая тяжелые облака в зловещий, предсмертный цвет. Я знал: как только наступит ночь, правила изменятся. Ночью бог нам больше не поможет.

На грубой деревянной поверхности передо мной лежали пять книг. Пять тяжелых фолиантов, каждый из которых дышал своей, пугающей силой. Белая, чистая, как девственный снег. Огненно-красная, пахнущая порохом. Бурая книга цвета засохшей крови. Угольно-темная, искажающая воздух вокруг себя. И серая, похожая на холодный туман. Они принадлежали мне. Я был их хозяином, но сейчас это знание не приносило облегчения — оно давило на плечи весом целой вселенной.

Пальцы дрожали. Я понимал, что не успеваю. Воздух вокруг стал густым, зазвенел, как натянутая струна. Где-то на периферии зрения пространство начало неестественно изгибаться.

— Надо хреначить... быстрее, — прохрипел я собственным, сорванным голосом.

Я резко выкинул руки вперед, пытаясь активировать защиту, соединить силу артефактов, но совершил ошибку. Поторопился. Реальность вокруг меня со страшным звуком лопающегося стекла пошла трещинами. Прямо передо мной с тихим шелестом открылась бездонная, черная пасть разлома. Материя не выдержала критической массы. Мир вокруг начал стремительно складываться внутрь себя, как бумажный оригами, сжимая стены, небо и землю в одну крошечную точку.

Меня затягивало туда, ломая кости и выворачивая душу наизнанку. Понимая, что это полный крах, я закричал в пустоту, обращаясь к самому себе:

— Я за одну попытку это не сделаю!

Пространство схлопнулось. Моё настоящее тело прекратило существование. А в темноте, где-то на задворках умирающей симуляции, раздался тихий, системный щелчок. Мой собственный приказ был принят. Код запустил перезагрузку.

С этого мгновения началась моя первая жизнь из двухсот девяноста одной...

Глава 2: Первый офис

Тьма отступила рывком, словно кто-то резко сорвал с моих глаз плотную повязку. Но вместо леденящей космической пустоты я обнаружил себя сидящим в дешевом офисном кресле. В нос ударил резкий, до боли знакомый запах дешевого пластика, перегретых принтеров и несвежего кофе. Повсюду раздавался монотонный, сводящий с ума гул: стрекотали клавиатуры, шуршала бумага, кто-то лениво переговаривался у автомата с водой.

Я посмотрел на свои руки. Они были гладкими, без единого шрама, в рукавах чистой белой рубашки. Моё сознание было чистым, как отформатированный диск — я не помнил, кто я, где мой дом и что произошло секунду назад. Вся моя прошлая жизнь стерлась, оставив лишь странное, липкое чувство тревоги где-то под ребрами.

На подвешенном под потолком плазменном телевизоре без звука крутился экстренный выпуск новостей. На экране дрожала камера мобильного телефона, снимая какую-то грязную площадь. В кадре появился полубезумный человек в лохмотьях. Он дико вращал глазами, хватал репортера за грудки и кричал прямо в объектив. Мой взгляд намертво приковался к бегущей строке внизу экрана. Буквы складывались в безумный текст: «...он кричал, что не из этого мира... что видел того, кто темнее космоса, страшней апокалипсиса и злей человека...»

Внутри меня что-то болезненно екнуло, словно это чужое безумие имело ко мне прямое отношение. Но додумать я не успел.

— Привет! Отличный день, правда? — весело окликнул меня коллега, проходя мимо моего стола.

— Привет, — машинально ответил я, выдавливая из себя дежурную улыбку.

И в ту же секунду мир сломался.

Звук клавиатур мгновенно смолк, сменившись оглушительным, скрежещущим звуком, от которого заложило уши. Это был хруст разрываемой материи. Прямо посреди офиса, пробивая бетонный пол и подвесной потолок, начали материализоваться чужеродные объекты. Пространство лопалось, как мыльный пузырь: из ниоткуда со скрежетом вывалился ржавый корпус огромного грузового корабля, за ним, сминая офисные столы, закружились и врезались друг в друга легковые машины. Стены здания пошли глубокими трещинами, сквозь которые стали видны куски совершенно других, чужих построек, буквально вросших в наш этаж.

Офис захлестнула паника. Люди кричали, падали, погребенные под обломками железа и бетона. Я вскочил на ноги, тяжело дыша, и бросился к панорамному окну.

То, что я увидел за стеклом, заставило мое сердце остановиться.

Горизонта больше не было. Всё пространство до самого неба занимала колоссальная, иссиня-черная стена воды. Невероятное, чудовищное цунами двигалось на город с неестественной скоростью, стирая с лица земли небоскребы, словно они были сделаны из мокрого песка. Воздух стал стеклянным, вибрирующим от колоссального давления.

Вода ударила в стекло. Мир вокруг меня превратился в бурлящий, смертоносный поток. Бетонные стены рухнули, и ледяная бездна поглотила офис, машины и людей.

Я бежал, пока потоки воды не сбили меня с ног. Легкие обожгло холодом. Воздух кончился. Я погружался на глубину, отчаянно пытаясь сделать хотя бы один глоток, но вместо этого лишь сильнее захлебывался, чувствуя, как сознание медленно угасает в соленой темноте. Это был конец моей первой новой жизни. Но где-то в глубине гаснущего разума я уже знал: это только начало цепочки

Глава 3: Боль

Соленая темнота офисного плена отступила не сразу. Она сменилась вязким, парализующим беззвучием. Я больше не чувствовал стен и бьющейся вокруг воды. Я вообще ничего не чувствовал, кроме странного онемения в основании черепа.

И тут раздался он.

Хруст.

Этот звук не был похож на треск ломающегося дерева или скрежет металла в разрушенном офисе. Это был сухой, резкий, оглушительный щелчок прямо внутри моей головы, словно кто-то с силой провернул заклинивший замок в моих шейных позвонках. От этого звука по всему телу прошла судорожная волна первобытной боли. Меня буквально вышвырнуло из одного небытия в другое.

Я открыл глаза и мгновенно понял, что сцена переменилась. Вместо белой офисной рубашки на мне был тяжелый, промокший насквозь армейский бронежилет. Я снова был в воде, но теперь вокруг меня высились массивные железобетонные опоры какого-то огромного затопленного здания. Вода здесь была другой — мутной, ледяной, пахнущей мазутом и гарью.

Мои новые легкие разрывались от нехватки кислорода. Тело действовало на чистых рефлексах профессионального бойца: я отчаянно рванулся вверх, перебирая руками и ногами, пытаясь доплыть до мерцающего наверху луча света. Снаряжение тянуло ко дну, как свинцовая гиря. Воздуха оставалось на долю секунды. Я сделал последнее, судорожное движение, вынырнул, судорожно глотнул ртом воздух вперемешку с копотью...

И мир снова щелкнул. Из темноты за спиной со свистом вылетела тень. Тяжелые, ледяные пальцы сомкнулись на моей шее. Силуэт.

Хруст.