Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Дурни вавилонские

Добавить в мои книги
15 уже добавили
Оценка читателей
4.2
Написать рецензию
  • TibetanFox
    TibetanFox
    Оценка:
    180

    Более чем уверена, что половина прочитавших эту книгу сочтёт её мерзостью. И тут уже дело вкуса, я никак не могу нащупать ту формулу, по которой она может или не может понравиться: один мой знакомый, любитель трэша, сатиры и очень неглупый человек долго плевался после того, как я её посоветовала. Но я в восторге, в полном восторге, так что пока читала — мучила одного из ЛайвЛибовских френдов по аське, периодически выдавая ему цитаты и гору спутанных звуков, символов и междометий, призванных символизировать моё: «Ыыыыы!» этому произведению.

    Данихнов... Очень умный человек, который в моём представлении получился при слиянии Салтыкова-Щедрина и фильма «Живая мертвечина». Он обстебал всё и вся настолько изысканно и трэшово одновременно, что «королева в восхищении». Всех персонажей в этом произведении невозможно представить в виде живых людей, это настолько собирательные личности, что я не понимаю, как их можно жалеть или ненавидеть. Это беспощадное высмеивание всех недостатков так называемой славянской ментальности, прилюдная порка и обнажение труселей в крупный красный горох перед всем честным народом. Ионыч — «пассионарий», которому некуда свою пассионарность приложить, поэтому он творит безбожную ерунду. Кипучая и дурная энергия, ему бы воспитателей хороших да дело, которым бы он занимался, то чудо был бы, а не чудовище. Феденька, который «хороший исподтишка», подавленный и покорный более сильному, хотя втайне ропщет и осуждает. Нет. Не ропщет, не так. Он хочет быть хорошим и славным для всех, ему всё равно, что делать, хорошее или плохое, надо будет — всегда себя убедит, что делает правильно. Ну а Катенька, Катерина, «лучик света в тёмном царстве»... Ох, как я её не люблю. Это концентрированное воплощение той дурной славянской святости, которая любит убогоньких, юродивых, которая ради любой ерунды будет жертвовать собой картинно и с улыбкой на устах... Сладкая до состояния диабета святоша. Про неё Марик очень хорошо говорит: «Святая ты девчонка, Катя. Вот только от твоей святости иногда тошно становится». Глупая, но добрая. И Данихнов хорошо показывает, как эта мягкость и «абы кому плохо не сделать» на самом деле способна творить зло, прежде всего, потаканием и оправдыванием паучищ вроде Ионыча, взращивая его и без того огромное чувство вседозволенности. Катенька говорит: «Туман в голове, пропасть, темнота, и ширится она, и ширится, а я не знаю, что мне делать; не знаю, кто я и зачем и что происходит тоже не знаю...» Святая простота, которая так и молит: «Ну помучьте же меня, пусть я пострадаю, страдание, значит, очищение». Фу. Кстати, на неё очень удачная карикатура есть внутри самого текста: когда один из героев превращается в мертвяка, зомби, какая-то баба в восхищении бросается ему на шею со словами «Переспи со мной!», а когда тот отказывается, в ещё большем восхищении ходит по избе и умилённо восклицает: «Ах, какой великолепный мужчина, другой бы переспал, а этот...» В любой навозной куче умудряются найти несуществующее алмазное добро, как будто синдром Полианны дал сбой и стал работать на четыреста процентов мощности.

    Но только на главных персонажах-типажах Данихнов не остановился, прошёлся и по другим недостаткам. Здесь и любовь к халяве, и алкоголизм, и интернетики, и «всегда виноват кто-то другой», и «работа для видимости», и многие мелкие черты, про которые очень любит говорить какой-нибудь Задорнов в своих монологах. Дескать, мы много бухаем, это наша русская ментальность. Получай, русская ментальность, от Данихнова гнилым валенком по яйцам. Нечего этим гордится. Стыдится надо того, что ворьё, что алкоголики, халявщики и бузотёры. Зато «широкая и загадочная душа» и стихи все знают наизусть, а города зовутся по именам писателей, потому что духовность же... Бррр. Страшно. Очень страшно. Не то страшно, что про зомби написано, а то, что правду ведь режет автор, по живому режет. Даже лайвлибовцев (и нам подобных) не пожалел: "Ведь у людей до смешного доходит: вот понравилась, к примеру, двоим одна и та же книга. И что же они, думаешь, вместе мирно её обсудят, восхитятся талантом автора? Да нет же: они передерутся, разойдясь во мнении, кто из них лучше понял замысел повести или кому повесть понравилась больше!"

    Кстати, действительно поначалу немного напоминает «Кысь» Толстой. Такая же славянская обстановка, снега, антиутопия, говор, деградация... А потом перестаёт, плавно так, совсем всё другое.

    И ещё очень понравилось оформление книги. Потрясающие чёрно-белые иллюстрации. Вот тут есть несколько, но не все (самой моей любимой нет, например). Да и обложка завораживает. Признаюсь, я вообще купила эту книжку чисто из-за обложки и названия. И не пожалела ни на минуту, хотя рекомендовать не буду. Очень на любителя эта книжка, не для широкого круга.

    Читать полностью
  • Empty
    Empty
    Оценка:
    93

    Очень на любителя эта книжка, не для широкого круга © TibetanFox

      Итак-с... Первая ассоциация с этой книгой не трэш, а грайнд. Поясню: в 1984 году Чак Норрис Шульдинер и группа Death записали альбом, положивший начало стилю, как не странно, позже названному Death metal. С годами групп-исполнителей и поджанров становилось все больше, и закономерным явлением стал грайнд - концентрат сложных гитарных рифов, сверхскоростных барабанов и гроулинга. Фича в том, что чуть больше чем все коллективы, играющие в этом стиле занимаются, в основном, стёбом, троллингом и пародиями. (см. Виноградный день (ru), Ultra Vomit (fr), six feet under (USA) and moar)

      Так вот, книжица получилась грайндовой. Из крутого теста, замешанного на пришельцах, психах, сценах жестокого обращения с животными, мутантах и извечных вопросах русской интеллигенции, щедро взбрызнутого кровушкой и водочкой, молодой, но уже перспективный автор лепит "Девочку и мертвецов". Трпещите, Сорокины-Уэлши-Елизаровы и прочие Бэнксы, пришел Данихлов и ща он вас всех обстебёт. Что же мы имеем в итоге?

     &nbsp...Бескрайнюю снежную пустыню неизвестной планеты, символизирующей Россию (привет, "Кысь" Толстой, и тебе здравствуй, "Посёлок" Булычева) автор щедро заселяет бродячими мертвецами (салют, Масодов!), много пьющими русскими (зравствуй, "День опричника" Сорокина) и девочкой.

       Пародия -- это смешно.Как "Очень страшное кино". Или как "Большая разница" хотя бы. Тут же... Ну как-то не уловил я тонкой иронии и едкого сарказма. Шутки толстокожи, намеки прозрачны до неприличия, а финалы почти всех сцен напоминают оные же в американских молодёжных комедиях. Ну, типа, если ботаник на студенческой вечеринке знакомится у бассейна с грудастой блондинкой, то через минуту появится мордоворот -- парень девушки -- и скинет очкарика в воду. При чем все увидят и посмеются, ага. Порадовал только Федя, который давил жуков, название каннибальского праздника поедания серых мертвяков -- "День серости" и героическая оборона детского садика, большинство участников которой пошли туда из-за халявного бухла.

      Девочка. Катенька. Изощренный садизм, рабская покорность и улыбка имбицила. Пародия? И кого же эта Катенька пародирует? Льва Толстого с его непротивлением злу насилием? Так для этого надо хотя бы осознание зла, чего в Катеньке не замечено. Или Катенька введена в книгу только для того, чтобы оттенить жестокость исчадия ада Ионыча? Нетипично для заглавного героя. Скорее всего она придумана как постоянный раздражитель для читающего. Ну типа как гламурное кисо за компутером, постоянно тупит, делает глупость за глупостью, а когда ты в сотый раз видишь наглухо зависшую тачку, мило хлопает ресничками "я ничего не нажимала...". Скажите, хоть кому-то нравятся герои, которые бесят на протяжении всей книги? Садисты есть в зале? Не слышу?

      Мертвецы. Ничего более нелогичного, чем мертвецы в этой книге, я не видел давно. То они не могут разговаривать, только стихи помнят. То они ведут вполне связную беседу. Тут они хилые и беспомощные. А тут -- неистребимые. Порой съедобные, а порой и нет... И главное, никого такие метаморфозы не удивляют. Ладно, спишем на пародийный прием. То, что в конечном итоге, целью мертвецов оказывается не желание убить всех человеков, а дружба и взаимопонимание показалось аллюзией на "Метро 2033" Глушковского. Там, правда, были не серые, а черные, но все-таки.

      Второстепенные персонажи -- Ионыч, Федя, Рыбин, Александра, Наташа... Все поражают ненатуральностью, какой-то вымученной природой. Раболепие и святая вера в Китеж-град Феди, мужицкая рассудительность и цинизм Ионыча, тертый калач Рыбин, матёрый мусор, попадающийся на видимый невооруженным глазом крючек... Ненатурально, болезненно ненатурально.

      Картинность. Точнее, кинокартинность. Многие сцены из книги больше похожи на наброски киносценария. Та же бойня в детском садике, или момент, когда двух мертвецов ВНЕЗАПНО сбивает вездеход, к которому они долго и, как оказалось, безрезультатно, шли -- по этому поводу только два соображения: или автору не хватает умения передать картинку, которая появилась в его голове так, чтобы она не была похожа на картинку, или... Правильно, он ещё и "Обитель зла" со "Старикам здесь не место" пародирует.

      Ладно, пора закругляться. Вот ещё что: если это пародия на современный пост-модерновый трэш, то где, простите, порнуха? Как это -- без извращённого секса, копрофилии, групповых изнасилований крупного рогатого скота с летальным исходом? Или автор пародирует только целомудренные аспекты современной литературы? Или... Или это вообще не пародия, а серьёзная заявка на бестселлер? Наверное, так и есть. Поняв, что испугать морем крови искушенного читателя уже нельзя, а для психоделических картин а-ля Кафка кишка тонка, автор делает финт ушами: вызывает эмоции у читающего зубодробильным абсурдом происходящего на страницах. Плевать, что эмоции в большинстве случаев негативные, абы о книге и авторе заговорили. Что ж, эффект достигнут. Всем приятного чтения.

    Читать полностью
  • Zoate
    Zoate
    Оценка:
    46

    География подлости, орфография ненависти
    Апология невежества, мифология оптимизма

    Вот вообще раньше не слышала об этой книжке. Удивительно, даже краем глаза нигде не видала. А оказалась очень стоящая вещь, между прочим, эдакий сатирический трэш в фантастических декорациях.
    Вся прелесть здесь, на мой взгляд, не в сюжете, в конце концов, какая разница, кто куда поехал и кого в очередной раз убил. Главное впечатление - во-первых, от обстановки (оригинальные миры - моя слабость), во-вторых, от броуновского движения героев, от деталей и подробностей того, как вся эта убогая человекомасса с полнейшей разрухой в головах варится в собственном соку. Но обо всём по порядку.

    Сеттинг сам по себе прекрасен. Поначалу напоминает "Кысь", но чем дальше, тем самобытнее выглядит этот мир. Место действия - отдалённая планета, являющаяся российской колонией и состоящая из разбросанных там и сям деревень и небольших городов. Как бы Россия, но не совсем. Потому что флора-фауна инопланетная свой отпечаток накладывает и нашествием зомби здесь никого не удивишь.

    - В полях, покрытых волшебным снегом с голубыми искорками, оживают мертвецы, читают стихи, идут, серенькие, бывает, в города, повидаться с родными - а из них там шашлык на площади жарят. Деликатесы ж. Мёртвые жрут людей, люди жрут мёртвых.
    - На грибы, растущие среди красных берёзок, надо охотиться с шипастой дубинкой. А то - усики всякие, лапки, мало ли.
    - В яйцах желтки имеют щупальца, их протыкать надо, чтобы яичница со сковородки не сбежала.
    - Лошадки не чувствуют боли, морды их, живых, можно варить в ведре - отличный бульончик получается. А лошадке ничего не будет при этом.
    - На полях, охраняемые собаками с лысыми рогатыми головами, пасутся стада туров - полуживотных-полурастений на утиных лапах. Они всасывают траву пухлыми красными хоботками, а во время бури закапываются в землю и превращаются в подобие пальмы с красным мясным стволом, пульсирующими венами (у меня у одной нездоровые ассоциации, да? ><) и лохматой белой кроной.
    Куча всякого такого. Ну и

    Вдалеке снова завыл дикий хомячок

    А в остальном - обычные русские мужики да бабы, водка-самогон, в деревнях - избы да хозяйство, в городах - квартиры и непыльная работёнка. Компутеры и постирочные машины даже у некоторых есть.

    Но именно население придаёт особую прелесть этой чУдной фантастической клюкве. Ух, какой простор для сатиры! Достанется всем чертам Загадочной Русской Души™, которые люди недостатками признавать отказываются, потому что "это же наш менталитет". Вот весь этот "менталитет" автор хорошенько преувеличит и злобненько на всеобщее обозрение выставит, читаешь - основная эмоция: рука-лицо. То смешно, то невыносимо печально, а скорее, и то, и другое вместе.

    - Зачем буйствуем, гражданин?
    - Воображаемую бездну фигу с маком заставляем выкушать, - сказал Рыбнев, свешивая ноги с детской горки. Протянул милиционеру бутылку. - Хотите водки, товарищ милиционер?

    Ощущения от наблюдения за героями такие же, как от просмотра документальных передач о неблагополучных российских деревнях со спивающимися безработными жителями, простыми как три рубля и легко демонстрирующими мгновенный переход от крайней душевности к особой жестокости и обратно. Или как от обрывков разговора, которые долетают, когда проходишь мимо лавки с бомжами и бичами, перемежающими высокопарные тосты с бурными матерными рассуждениями о судьбах народа в общем и о жизни своей тяжёлой в частности.
    В выдуманном автором мире пресловутой Загадочной Русской Души™ со всеми её прелестями даже больше, чем было в оригинале на родной планете, благо, населению колоний деградировать несложно, гротеск уместен. Животное существование, стремление меньше вникать в суть, незамутнённое сознание и простые мысли, грубые и злые забавы. Герои - хмурое, краснолицее, разгорячённое алкоголем стадо, не до проблем гуманности, не до всякой метафизики им.

    - Ты - сумасшедший! - выдохнул мудрый голос из тарелки. - Достойно ли такое человечество счастья?!
    - Не до счастья нам, - пробормотал Рыбнев. - Выжить бы.

    В общем, автором создана благодатная среда для самых последних мразей, и - преувеличение, конечно, зато очень показательно - Данихнов и населил свой мир сплошь таковыми, гнилыми изнутри людьми. И сами они себя боятся, пустоты в себе боятся. Несправедливости окружающей тоже боятся, соседей, таких же запуганных. А от страха, конечно, ещё больше жестокостей и подлостей творят. Да и.. как-то так само у них всё это получается, не нарочно. Люди-то все, вроде бы, неплохие, сами не объяснили бы, почему и зачем. Вышло и всё тут, хоть и православные все поголовно. Может, водка виновата - на неё ж проще всего списать любой косяк.
    Ничего не напоминает? :)

    Ох, тяжко мне видеть, как др-р-рузья погибают! - кричал Светослов, целясь во врагов и не стреляя. - Закрыть глаза, штоле?
    - Не со зла, - говорит мужик, - а из-а недостатка культурности: у нас тут всё просто, и жизнь простая, и смерть часто случается, и смертоубийством никого не удивишь...
    - Ты уж не серчай, почтеннейший Владилен Антуанович. Не со зла полбашки тебе отстрелил, ох не со зла, а по строжайшей необходимости. Зато смотри, какое место для могилы тебе выбрали: катайся на коньках хоть каждый вечер, пусть и в призрачном бестелесном состоянии.
    - А можно мне как-нибудь покататься на коньках, дядя Ионыч? - спросила Катенька, зябко кутаясь в дырявое пальтецо.
    - Нашла время, дура.

    Да, те редкие существа, которые несмотря на царящее вокруг беззаконие и жестокость демонстрируют преданность да искренность, прощают всех, любят, вину на себя берут - от святости да беззубости их тошно становится. Уж эта вечная светло-радостная улыбка на разбитом лице голодной, замерзшей Катеньки! Юродивая, одно слово. Гадко.

    - Они ведь все хорошие, дяденька. Все! Все хорошие! Несчастные, но хорошие. Посмотри в эти глупые злые лица, дяденька. Как их можно не любить? Разве возможно такое? Ну посмотри, посмотри им в глаза!
    Вижу тебя, улыбку твою дурацкую, и убить хочу. Почему так, Катерина?

    Карикатурное в своей чудовищности сообщество получилось, и уж больно реалистичное, чтобы не впечатлять.

    - Слава богу! Есть все-таки бог на этом свете, Маричек, есть!
    - Наверно, - покорно согласился мальчишка. - Есть и издевается надо мной.
    Читать полностью
  • nevajnoli
    nevajnoli
    Оценка:
    28

    Трэш (англ. trash, буквально, «мусор») — направление в современном искусстве, характеризующееся декларативной вторичностью и вульгарностью. Обязательными и желательными элементами трэша являются: использование большого количества штампов, затасканных идей, «модного» содержания и неоригинальных сюжетных линий…(с)

    Первая книга, которая ассоциируется с творчеством из мусора. Хотя в начале чтения смутно припомнилась «Кысь».
    В жизни мусор — это результат деятельности человека.
    Человеческий мусор — плод бездеятельности общества.
    Ох, морализ… забыла слово… душок в моих словах… забыла слово…
    Забы…ово…
    Невероятный замес на юморе, отчаянии, обществ… заб…сло… до_стоянии, уродстве, надежде… мусоре… забытом.

    А_ буря мглою небо кроет_

    P.S. «Будущее прекрасно» от группы «Нежное Это» в качестве музыкальной ассоциации (видеоряд умопомрачительный)). Заинтересовавшись историей песенки (подумалось: а не стала ли книга вдохновителем музыкантов?), нашла информацию, что посвящена она Новому Веку, а создана в далёком 2000 году.

    Читать полностью
  • italianka
    italianka
    Оценка:
    27

    Весна мертвецов

    Зашевелились корни
    Деревьев и кустов.
    Растаял снег на дерне
    И около крестов.

    Оттаявшие кости
    Брыкаются со сна,
    И бродит на погосте
    Весенняя луна.

    Вон вылезли скелеты
    Из тесных, скользких ям.
    Белеют туалеты
    Мужчин и рядом дам.

    Мужчины жмут им ручки,
    Уводят в лунный сад
    И все земные штучки
    При этом говорят.

    Шуршание. Вздохи. Шепот.
    Бряцание костей.
    И слышен скорбный ропот
    Из глубины аллей.

    "Мадам! Плохое дело...
    Осмелюсь вам открыть:
    Увы, истлело тело -
    И нечем мне любить!"
    (1910)

    Вот такой вот позитивный вариант "Девочки и мертвецов" от Саши Черного :)