Реальность, пойманная за хвост, или иллюзии, вежливо машущие издалека? Глубина омута или прозрачность высокогорья? Пепел будней или такой ослепительный огонь, что хочется щуриться на собственную жизнь? Любовь здесь — не столько принятие, сколько неизбежность: местами больно, зато меняет траектории. Каждый рассказ — сплетение нежности и измены: от неловкого первого поцелуя до трезвых, почти философских размышлений о грехе. А что грех — это, собственно, сама жизнь. Жизнь — это любовь. Любовь — грех. И тут хочется поставить знак вопроса.
В независимом издательстве «Чтиво» вышла книга «Сын греха» от Б. Майнаева, историка, педагога, журналиста.
О чём? «Мальчишки, получившие неожиданный подарок судьбы в виде молодой девушки, сталкиваются с суровой реальностью. Преданный своему делу врач, в очередной раз встречаясь со смертью, узнаёт о предательстве жены. Следователь и журналист расследуют убийство и измену, скрытые за соседской дверью, а разведчик, впервые поддавшись искушению плоти, открывает для себя новую грань между жизнью и смертью».
Сборник рассказов про открытие мира заново, про вкус крови на губах, про силу нервов, про раскаты грома внутри себя, про быстро затягивающиеся раны, про высокую поэзию и приземлённую прозу. Не про веру, не про надежду. Про любовь.
Каждый из текстов приглашает познать новую грань этого чувства. И тут возникает закономерный вопрос: «что такое любовь?» К слову, он тысячелетиями был предметом спекуляций. В «Матрице», мейнстримном культурном потоке непреложных истин, обитает множество сбивающей с толку чепухи об этой важнейшей части человеческого опыта. Каждый хочет любить и быть любимым. Но что мы понимаем в этих весьма неоднозначных переживаниях? Если мы не можем определить «любовь», как мы можем знать, что ищем, и как нам получить хоть какой-то шанс найти это?
Полезное и содержательное определение любви есть у блестящей мыслительницы и писательницы прошлого века Айн Рэнд: «любить – значит ценить». Или «Любовь — это непроизвольный ответ на (воспринимаемую) добродетель». Согласно её взгляду, мы откликаемся на добродетели, которые видим в другом человеке и которые являются отражением наших глубочайших ценностей. Именно наше восприятие жизни или наша шкала ценностей задаёт стандарт того, кого мы будем любить. Именно наши ценности, отражаемые в характере другого человека, вызывают эмоциональный отклик, который мы называем любовью.
Она определила «ценность» как «то, как человек действует, чтобы обрести или сохранить», а добродетель — как действие, посредством которого он это обретает или сохраняет». И чтобы понять любовь, нужно взглянуть на концепцию ценностей и осознать, что наши ценности (осознаваемые или неосознаваемые) играют решающую роль.
Любовь — это химия. С биологической точки зрения, это интенсивное неврологическое состояние, подобное голоду или жажде, но более постоянное. Мы говорим, что любовь слепа, или говорим о слепой или безусловной любви, то есть о том, что мы не можем её контролировать.
Однако с точки зрения эволюции любовь можно рассматривать как механизм выживания, который мы развили для того, чтобы нам действительно были необходимы долгосрочные отношения, которые означают взаимную поддержку, заботу родителей о детях и чувство защищённости и уверенности.
В отличие от нас, древние люди не объединяли различные эмоции в одно слово, называя их «любовь».
Например, древние греки описывали любовь как более общее понятие, не имеющее ничего общего с исключительностью, а скорее с универсальным чувством заботы об окружающих. Как говорил Аристотель, или как сказал бы любой психотерапевт: чтобы заботиться о других, нужно сначала позаботиться о себе.
Любовь — это страстная преданность, если взглянуть на неё глазами философа. Но она и не одно целое. Любовь к родителям, партнёрам, детям, дому, ближнему, Богу и т. д. — у каждой грани своя текстура. У каждой свои вариации: слепая, однобокая, трагическая, стабильная, изменчивая, неискренняя, неполная, безусловная…
Однако в лучшем случае все эти версии представляют собой благородную и страстную преданность, которая растёт и развивается, несмотря на то что часто появляется в нашей жизни незвано. Именно поэтому это больше, чем просто сильное чувство. Страсть без преданности — лишь возбуждение. Преданность без страсти — лишь одержимость.
Любовь — это стимул для всех великих историй. Любовь — движущая сила великих историй. Не только про романтическую любовь, но и к частям вселенной.
В конце концов, любовь — это свобода, которая нас связывает. Её легче испытать, чем определить. Любовь — единственное, что не может причинить никому боль, но может дорого обойтись. Парадокс её в том, что, даруя огромную свободу, она одновременно связывает тебя с другим человеком узами, крепче смерти. Её нельзя купить или продать. И нет ничего, с чем она не смогла бы справиться.
Все эти грани есть в сборнике «Сын греха». Чёткий слог, выверенные предложения, абзацы словно колонны полков идут по страницам, каждый раз обнажая один из своих пороков и предостережений насчёт любви. Великой ли? Совершенной ли? Опасной либо всепоглощающей? Автор отдаёт это на суд читателя.
Знайте себе цену и не соглашайтесь на меньшее. Вы достойны здоровой любви и партнёра, который уважает вас и вдохновляет стать лучшей версией себя. Химия сделает всё остальное.
И кстати, всё в том же независимом «Чтиве» всё от того же автора есть также «Дочь греха».
