Настоящим космонавтом четырехлетняя Лиза оказалась довольно внезапно.

В тот раз Лиза очень скучала по маме. Мамы уже давно не было дома. Она ушла по делам и все не возвращалась.

И хотя Неваляй с Медузякой играли с Лизой и успокаивали Лизу, говорили, что скоро мама вернется, Лиза чувствовала, что тут что-то не так…

Лиза довольно давно, еще с Нового года, знала, что она одна такая на всей планете, что остальные дети живут далеко отсюда, на Земле.

В тот раз дедушка Федор приезжал с Луны и изображал для внучки сказочного Деда Мороза. Конечно, Лиза догадалась, что Дед Мороз не сказочный, что это ее собственный дедушка изображает. Но Неваляй объяснил, что это игра такая, что нужно подыгрывать, и Лиза действительно весело провела с дедушкой время. Все остальные многочисленные родные и знакомые Лизы тоже ее поздравляли и передали через дедушку целый мешок подарков. А потом Дед Мороз улетел обратно на Землю, к остальным девочкам и мальчикам. Потому что других деток на Венере нет. И вообще деток нигде кроме Земли пока нет. Не родились еще, как мама говорит. Ты, Лиза, первая.

Здорово, наверное, быть первой и единственной. Но поговорить больше о том, что сейчас ее беспокоит, толком и ни с кем.

— Бабуля! — позвала Лиза. — А где моя мама?

— Еще на работе, золотце, — ответила прозрачная бабуля, как обычно возникая из ниоткуда.

— А когда она придет? — спросила Лиза.

— Я спрошу ее, солнышко, когда она мне ответит.

— А где она?

— На моих камерах ее нет, — вздохнула бабуля. — Я сразу тебе передам, как только увижу ее.

Мама обычно всегда сразу отвечала. А почему тогда не отвечает сейчас?

— Может, она уже ответила? — еще раз спросила Лиза у бабули.

— Еще не ответила, золотце мое, — ответила бабуля. — Давай я напишу дедушке Федору, ему стоит об этом знать.

Дедушке Федору давали знать, если что-то шло не так. А сейчас точно что-то было не так.

Значит, надо все узнать самой!

— Я иду её искать, — решила Лиза. — Я знаю, куда она пошла.

— Лучше бы тебе подождать ее тут, золотце, — заметила бабуля как всегда безмятежно. — Дедушка еще не получил мое письмо, но скоро он ответит.

— А вдруг мама хочет, чтобы я за ней пришла? — обоснованно заметила Лиза.

— Ну конечно, золотце, — согласилась бабуля. — Мама всегда рада тебя видеть.

— Тогда я пошла за ней, — заключила Лиза. Но она помнила мамин наказ, что кто-то из взрослых должен знать, где она гуляет. — Передай дедушке, что я пошла к маме.

— Обязательно передам, золотце, — добродушно отозвалась бабуля. — Может, подождешь еще полчасика, когда он ответит?

— Не, — ответила Лиза. — Некогда мне. Я пошла.

И она начала собираться в дальний путь.

— Ты куда? — спросил Неваляй.

— За мамой, — бросила Лиза, укладывая в свой игрушечный рюкзачок походные припасы: водичку в непроливайке, два пакетика фруктового пюре, оставшиеся от завтрака, зеркальце и сладкий протеиновый батончик.

— Тогда мы с тобой, — Неваляй выкатился из гнезда, в котором обычно заряжался. А Медузяка, тихо вздохнув, оторвалась от наблюдения бесконечного облачного ландшафта, уходящего за горизонт за круглым окном, расправила полупрозрачную мантию, взлетев с подоконника, где питалась солнечным светом, наполняя летучим гелием свою светящуюся пурпурную желейную шляпу.

— Конечно, — согласилась Лиза. — Вместе веселей.

И они пошли вместе.

Лиза открыла дверь детской и вышла в коридор.

Лиза вообще много уже где побывала, кроме детской, кухни и столовой в Зеленой жилой зоне. Повидала мир. Она бывала на верхней палубе и даже на нижней, гуляла в оранжерее, заглядывала и в медотсек, сидела у мамы на столе в кабинете, болтая ногами, пока мама записывала важные сообщения «для Луны».

Неваляй с осуждением говорил, что Лиза совала свой длинный нос туда, куда его совать не стоило, вроде причальной палубы, энергетического отсека и атриума орбитального подъемника в Оранжевой зоне. Но ведь интересно же!

Теперь она шла мимо всех этих таинственных мест, прямо туда, куда отправлялась мама сегодня утром. На уровень баллонов. В Красную зону.

— Лучше бы тебе не заходить сюда, золотце, — проговорила бабуля.

— Я иду за мамой, — упрямо ответила Лиза.

— Будь осторожна, золотце, — вздохнула бабушка.

Раздутые гелием баллоны очень большие, как слоны или даже киты, и Лиза знала, что именно на них держится все. Баллонов было три.

Лиза прошла мимо генераторов гелия из забортного воздуха, поднялась по лесенке на палубу техобслуживания. Неваляй там, где не мог катиться на своем нижнем шаре, с лязгом прыгал по ступенькам, Медузяка тихой цветной тенью следовала за Лизой.

Там, в шлюзе на внешнюю палубу, они и нашли маму.

Мама спала прямо на рабочем месте, прямо в шлюзе, ведущем наружу на баллоны. Прямо в скафандре.

Это был ее старый скафандр, в котором мама ходила чистить баллоны от серобактерий, размножающихся на освещенной солнцем поверхности баллонов. Ходила в старом, чтобы не портить кислотой новый.

Устала очень и села прямо в шлюзе на пол отдохнуть. И спит вот.

— Мама, — проговорила Лиза, постучав по окну шлюза. Лиза знала, что без связи мама ее не услышит, но вдруг?

— Экстренная ситуация, — произнес вдруг Неваляй не своим голосом. — Человек в опасности.

— Вас поняла, — мягко, как обычно, ответила бабуля. — Отправляю к вам медицинскую каталку.

Иногда они начинали так говорить, совсем по-взрослому, хотя Лиза их в общем-то понимала.

— Нужно ее разбудить, — проговорила Лиза. — Нужно ее оттуда забрать. Неваляй, открой дверь.

— Без скафандра тебе туда нельзя, — озабоченно пробурчал Неваляй. — Полезай-ка ты в Медузяку, немного полетаем.

Когда Лиза забралась в мягкую полость внутри прозрачной Медузяки, Неваляй набрал код на панели доступа, и дверь шлюза отодвинулась.

— Мама, — сдавленно произнесла Лиза. Голос внутри Медузяки звучал немного глухо. И очень хотелось плакать. Но плакать некогда. Прибыла медицинская каталка.

У каталки, которой управляла бабуля, были лапки, как у котика, но их длины не хватило, чтобы погрузить на нее маму. Лиза руками сквозь мягкий бок Медузяки и Неваляй помогали подтащить ее поближе.

И вот так они: каталка, бабуля, внучка, робот и биот — затащили маму Лизы на каталку прямо в скафандре и выкатили из шлюза. И прямо на каталке поехали в медпункт, где Лиза выбралась из Медузяки обратно наружу, а бабушка взяла все в свои железные руки.

— Веду диагностику, — произнесла бабуля, когда они сняли с мамы шлем, а она так и не проснулась. — Сердечная недостаточность. Состояние критическое. Золотце, подожди с друзьями снаружи, а я пока помогу маме проснуться.

— Мама, — Лиза дернула безвольную руку в скафандре. — Мама!

Лиза знала, что сейчас заплачет и ничто ее не остановит.

— Золотце мое, — грустно проговорила бабуля. — Дедушка Федор прислал тебе сообщение. Поговори с ним. А я пока помогу маме. Поверь мне, все будет хорошо.

Неваляй выехал из медпункта в коридор и замерцал, рисуя вокруг себя лазером голограмму дедушки Федора.

— Лиза? — произнес невысокий мерцающий дедушка.

Лиза была уже не маленькая и, конечно, знала, что это был не ее настоящий дедушка. Что это дедушка попросил Неваляя изображать дедушку, как сам дедушка изображал Деда Мороза. Мама говорила, что это разговор понарошку, чтобы не ждать ответов с Луны по полчаса.

— Дедушка, — всхлипнула Лиза, выходя в коридор. Дверь медпункта за нею тихо задвинулась.

— Лизонька, ты как там? — спросил дедушка.

— Я хорошо. Мне только надо разбудить маму. Она не просыпается.

— Мы ей поможем, — произнес дедушка. — Все вместе. Понимаешь меня?

— Она проснется?

— Конечно, зайка. Мы все сделаем, — решительно кивнул дедушка. — У нас все получится. Послушай меня, Лизонька. Послушай внимательно. Сейчас бабушка позаботится о самом срочном, но потом нужно будет поднять маму в лифте. А сама бабуля Климентия со станции уйти не может. Я могу поручить тебе позаботиться о маме? Ты же уже достаточно большая?

— Я большая! — ответила Лиза.

— Тебе нужно просто зайти в лифт вместе с мамой и подняться на орбитальный причал, — произнес дедушка. — Это не сложно, мы все будем тебе помогать.

— Я могу, — ответила Лиза. — Я уже большая!

— Ты молодец, Лизонька, — сказал дедушка. — Ты настоящий космонавт, я тобой горжусь. Я пришлю за вами одного моего друга, он вас наверху встретит. Все будет хорошо. Я доверяю тебе право доступа в красные зоны, Лиза. Это большая ответственность. Будь умницей. Я на тебя рассчитываю.

— Конечно, дедушка, — Лиза шмыгнула носом.

— Дайте мне знать, когда подниметесь, — добавил дедушка и исчез, остался только Неваляй.

Плакать все равно хотелось. Но теперь у Лизы было важное дело. И она была полна решимости его завершить. Дедушка на нее рассчитывает.

— Я закончила коронарное шунтирование, — сообщила бабуля. — Пациент подготовлен для транспортировки.

— Можно забирать маму? — с надеждой спросила Лиза.

— Конечно, золотко, — подтвердила бабушка. — Я тебе помогу.

Дверь в медпункт отодвинулась, и каталка с мамой уже без скафандра по грудь внутри белого гигиенического медкокона выехала в коридор.

— Неваляй! Медузяка! Пошли! Потеряетесь! — позвала Лиза, взяв маму за руку и следуя за покатившейся по коридору каталкой.

Они шли в Оранжевую зону к орбитальному подъемнику…

— Наконец-то на лифте покатаемся, — пробурчал Неваляй.

— Угу, — отозвалась Лиза, не отпуская мамину руку. Ей, конечно, всегда хотелось покататься на этом лифте, в который ей ходить было нельзя. Но сейчас ей почему-то было невесело.

Каталка въехала в атриум орбитального лифта. Кабина с распахнутыми дверьми уже ожидала их. Тонкий и сияющий как лазерный луч белый трос уходил из вершины кабины высоко вверх, где за прозрачной крышей плыли далекие серебристые облака.

Лиза с каталкой вошли в кабину. Неваляй и Медузяка следом. Каталка зафиксировалась в центре кабины.

— Щадящий режим подъема, — произнесла бабуля. — Лифт отправляется.

Лифт, едва слышно загудев, неощутимо сдвинулся с места, медленно пополз вверх, неуловимо разгоняясь. Раскрылся прозрачный люк, выпустив кабину за пределы станции, и вот уже сверху видна вся станция, родина Лизы — три огромных металлических аэростата, сияющих на незаходящем солнце, неспешно плывущих над багровыми облаками далеко внизу…

Конец ознакомительного фрагмента.