Том 8 «Словаря советского социализма» представляет главы написанного и изданного в 2021 году А. В. Маниным-Уральцем с посвящением 100-летию Союза ССР колоссального 2-х томного труда «Словарь-глоссарий эпохи СССР», в общей сложности включившего в себя 10 000 устаревших советских слов, устойчивых выражений, смыслов и понятий социально-трудовых явлений 1917-1991 гг. Двухтомный труд, созданный при поддержке ВОО «Трудовая доблесть России» по программе разработки семинаров для наставников в регионах РФ, выполняет задачу ознакомления с методом мгновенного извлечения в любых жизненных явлениях, касающихся связи с эпохой СССР, максимально правдивых оценок - для подопечных наставников, в т. ч. аудиторий обучающихся. Это достигается простым методом - путем указания в каждом явлении положительного и отрицательного зарядов, т. е. того позитивного и «негативного» в жизни, без чего цельного ядра правды и истины (а их здесь выявляется до 90-99%) в материальном мире, как в области точных наук и естествознания, не существует. Автор изучаемую эпоху исторических явлений, получившую точно очерченные временные рамки, исследует в т. ч. инструментарием «точных наук».

Тома 1-5 «Словаря советского социализма» - представляют материалы 1 тома «Словаря-глоссария эпохи СССР»: 1100 словарных статей (1917-1991 гг.)Условия формирования социально-трудового базиса в России (1773 -1991 гг.) Уроки извлечения социально-трудовых явлений в историях промышленных предприятий 1917-1941 гг., как отражениях системы социализма в СССР.

Тома 6-10 «Словаря советского социализма» – представляют материалы 2 тома «Словаря-глоссария эпохи СССР»: 700 словарных статей (1917-1991 гг.) Уроки извлечения социально-трудовых явлений в историях промышленных предприятий 1941-1991 и 1991-2010 гг., как отражении истории РСФСР и РФ. Труд акционерных обществ в постсоветскую эпоху (1991-2011 гг.)

В книгах эпоха СССР рассматривается сквозь призму становления и развития трудовых коллективов ведущих отраслей промышленности: с 1917 по 1991 гг. с факторами предшествующей царской эпохи и постсоветского времени. Указаны закономерности явлений, главным образом, во власти возникшего диктата «советского рабочего права» и вскрытый главный движитель социализма советского образца: Закон исторического потенциала советского промышленного предприятия – ячейки, моделирующей в себе общий фон развития советской власти по всем социально-трудовым фронтам. Только со столь мощным арсеналом исследовательски-наставнических подходов на основе тщательного изучения и написания множества трудовых летописей о создателях советской системы, одобрения методов обобщения и анализа их судеб в общей судьбе страны, стало легитимным взять на себя почетную миссию составления словаря слов, фразеологизмов смыслов и понятий эпохи СССР. В «Словаре» ее явления рассмотрены в двух томах в общей сложности в 1800 статьях.

Глава 7

10 000 советских устойчивых выражений, слов, смыслов

и понятий как отражение исторических и микроисторических

социально-трудовых явлений эпохи СССР

Каждый желающий из наставников вправе использовать перечисленные в данном разделе книги названия социально-трудовых явлений социализма для самостоятельного составления статей по эпохе СССР. При этом наиважнейшим являются попытки видеть в наименованиях статей с «производственным» текстом и подтекстом ключевые слова и выражения всех явных больших и малых, в том числе «микроскопических» социально-трудовых явлений в бытовом и общем социокультурном пространстве советской жизни в эпоху СССР. Если мы видим фразу «Абсолютные рекорды эксплуатации изделий в технике, мы должны видеть общее состояние дел с качеством вообще всех видов продукции, так или иначе связанных с научно-техническими достижениями, а также и современные технологии, качество товаров, в том числе, - чего и требует основная тема статьи, - высокого и высшего качества продукции, изделий, в том числе наблюдаемых в сфере услуг. Ничто из того, что имеет любую связь с трудом, не принадлежит лишь сфере труда, а всегда еще и тому, что на время отделяется от него, чтобы жить в счастье передышки, занятия семейными делами, культурным отдыхом, пребыванием в сфере искусств либо на природе, на озере в лодке, на дорогах за рулем техники и так далее. Кстати, социально-трудовое явление «Аварии в цехах» также потому именно социальные а не только, собственно, «производственно-технические», потому что все для чего-то создается, монтируется и обслуживается в эксплуатации человеком и коллективом, и всюду он живет в сфере риска.

Возьмем первые три десятка наименований явлений из словаря, который ожидает нас ниже, и навскидку литературно-документальным словом попробуем связать их все в единую канву, или, вернее сказать, в единый клубок труда и жизни.

«Если бы человек не жил в поле естественного рабочего права на сбои и аварии в трудовых коллективах, он бы с ужасом и безнадежностью взирал на аварийную ситуацию на дороге. Но точно так же, как он имеет право на свободу управлять транспортным средством, он обязан предполагать это право и для других. Любая свобода – это риск и статистика сбоев и, следовательно, принятие жизни такой, какая она есть всегда. От пробуждения с первыми лучами солнца по пению петуха либо по будильнику и до погружение после естественного права на прожитые сутки жизни в право на естественный сон. И сама жизнь, и сны полны переплетений жизненных ситуаций, порядка и Авдеевых конюшен, риска и драки до крови, хотя риска часто, как говорится, на авось. Как постоянно с кем-то либо всеми вместе повторяющихся явлений: и на работе, и в не ее всегда одновременно трудовой и социально-культурной сферы. Той сферы, которая, даже если в ней не только спокойный и творческий, но и нудный труд, сопровождаемый авралами и ремонтами, это, все же, необходимая сфера жизни. И в ней может быть простая ежедневное посторенние малой мечты: сдать смену, выйти из походной и на автобусной, благоустроенной во время субботника, остановке, спокойно дождаться заводского автотранспорта и, прибыв домой, посвятить остаток дня приятному препровождению с дорогими и близкими людьми. Либо, если впереди выходной, выйти у незамысловатого старого автовокзала, а оттуда двинуть к еще более древнему речному порту, чтобы, надышавшись морского воздуха, прибыть в места детства к друзьям. Они втроем запасутся соляркой, уговорят соседа-автокрановщика, наконец, поставить на бережке пирс из брошенной рядом старой бетонной плиты, и обкатают его любимой рыбалкой, долгой беседой каждый о своем. Друзья оба инженеры, их мысли заняты новой работой и мыслями о карьере. У одного - автоматизацией производственных процессов. Пусть выскажется. А они, остальные, как всегда, посмеются над его «гениальными» коллегами, которым недосуг починить в его цехе простой автомат с газированной водой. А у другого друга на языке одна микропроцессорная техника. Он хочет добиться того, чтобы в стране наши «Жигули» собирали самые совершенные роботы-манипуляторы, как собираются лучшие иномарки. Но многое можно было бы отдать и за то, чтобы возродилось производство и дорогих их душе и сердцу, как и каждого русского человека, родные «Москвичи» и «Волги»!.. Когда-то на заводах прогрессом считали наладку автономной работы станков, ликвидировав древнюю старину – работу нескольких агрегатов от одной ременной передачи от общей трансмиссии. А теперь, с такой народнохозяйственной мощью, неужели нельзя сделать так, чтобы во все концы страны непрерывно поступали отечественные машины и грузовыми автоперевозками, и железнодорожным транспортом, да хоть и самолетами, как, случается, поступают к нам их «лимузины». И чтобы не было стыдно за качество, за частые случаи аварий на дорогах, чтобы не автопарк медпунктов и травпунктов наполнял оживленные трассы и перекрестки, а чтобы рос авторитет искусного труда ученых, профессоров и академиков. Конечно, мечтать об автоматизации и микроэлектронике хорошо. Но надо действовать! Правда, сколько же еще придется пройти своих рубежей! Сколько еще самых авторитетных комиссий дадут свои заключения, прежде чем придут твердые решения, ведь здесь завязаны и экономика, и строительство, сколько будет написано новых научных книг и осуществлено публикаций в периодической печати. И, дай Бог, этому скорее свершиться, чтобы теперь новые программы были внедрены в сферу научно-технологического и технического производства, без которой не создается в мире ничего материального, путного. Может, напишут статью и о нем, заводчанине, тоже имеющем свое авторское свидетельство на техновшество. Им бы вновь соединиться. Или каждому на своем месте взяться за общую работу. И они, трое некогда очень амбициозных друзей, еще создадут свою технику посложнее -мечту высокой проходимости в северном варианте, не даром все когда-то об этом мечтали в институте. И никаких агитплощадок и агиток не потребуется: желающие исследовать места, где не ступала нога человека всегда найдутся. Да вот, хотя бы, они, их дружная тройка, - хоть сейчас! Что риск! Главное, сложилось наличие необходимых предпосылок. Ради добрых свершений он оправдан! И кто-нибудь их них еще найдет свое средство нового научно-популярного или даже художественное слово!.. »

Кто-то может возразить: но ведь такой рассказ может отображать жизнь и в любой капиталистической стране? И тогда все жирно выделенные явления можно назвать не советскими явлениями, не эпохи СССР. Нет, это не так. Очень легко все, что выделено жирно, обыграть именно как чисто советские проявления жизни. Следует только добавить небольшие детали. Но важно было показать, что, все же, даже и при чисто механическом соединении данных выражений, обозначающих конкретные вещи, уже вырисовывается нечто, очень и очень похожее на то, что окружает нас именно в родимой российской жизни. И если бы были добавлены ощущения, оценки на все окружающее людей в их советской эпохе, рассказ в любом случае был бы принципиально контрастирующим с тем, который был бы написан о сегодняшних современниках, касаясь «той же» ситуации с «теми же» героями. Мы, может, внешне в обеих эпохах во многом живем очень схоже, но только все, чтобы ни предпринимали из того, что указано в нашем литературном опыте,, не несло бы в себе общественного резонанса - как права простого работника на что-то… на то что… на то, чтобы… И с совершенно здравым оптимизмом советского человека:, что если на самом деле приложить что-то стоящее и потребовать адекватно ответить на них Родине в образе товарищей по работе, эта Родина просто-таки обязана принять это как свое и, хотя бы, попытаться помочь. В ощущении полнейшего права хозяйствования с разной степенью амбиций и квалификаций, с убежденностью что любая добрая мысль в любом случае обязана быть обсуждена коллективом по первому решительному требованию, - именно в том ощущении и убеждении жила основная масса народа в сфере коллективного созидательного самоотверженного труда. И проверочным материалом для утверждения этого, лакмусовой бумажкой, в любом случае явится попытка каждого желающего представить, что описываемые факты и события могут являться постоянными «хроническими» именно для того советского времени, какие с трудом на столь долгое время фиксируют в себе другие эпохи и в других отечествах.

Каждому, кто желает закрепить в себе убежденность великой миссии учить молодые поколения патриотизму, любви к прошлому Отечества и уважения к «прошлому» и нынешнему коллективному созидательному самоотверженному труду, необходимо, хотя бы, логически подтвердить себе самому следующую простую истину. Если учесть, что в каждом из десяти тысяч, а, может, десятков тысяч, социально-трудовых явлений среднестатистический советский человек-труженик понимал его основные вещи, так или иначе, разбирался в них, - а если чего-то хотел уточнить, то и уточнял это у друзей, родственников, соседей, а также в кинофильмах, печати и литературе, - то как же был богат в смысле образованности и нравственности коллективных отношений этот самый среднестатистический советский человек! Обывателям, не связанным с гражданской совестью, с чувством патриотизма, он мог казаться вечным «трудягой-бедолагой». И, все же, как только представляешь себе десятки миллионов тружеников и все несколько сотен миллионов советских людей эпохи СССР с совершенно «причесанным» по труд и взаимопомощь, под обязательное образование и заботу о будущих поколениях, всякий другой народ, даже и в развитых капиталистических странах, не предстает в сознании столь великим преобразователем мира с нравственной основой спасителя всего человечества от ложных ценностей.

Добро на какое-то время, внезапно встречаясь с коварством, ожесточением и злобой, всегда отступает, может споткнуться и упасть, почувствовав отравленное дыхание у перехватившего дух тела и занесенную над ним ногу, желающую переступить. И при этом добро, в ужасе и омерзении замерев, может долго собираться в комок, чтобы вернуть утраченные силы и встать, вынув меч возмездия. СССР был опрокинут. Но восставший дух России уже ощущает большой прилив решимости вернуть утраченные позиции, терпя унижение от позорного четкого ощущения утраченного величия, от стыда за разбежавшихся братьев по оружию. Да, многие старые клетки того, что было в величии СССР, за время временной амнезии и ушибов некогда могучего богатырского тела успели отмереть. Но память знает, какие из них, если станет необходимо, могут быть и будут обязательно репродуцированы вновь. Пусть и в новой эпохе и уже на новых позициях. Но, главное, с великим историческим потенциалом сохраненной памяти, передающей в новые генные коды силу не имеющих аналогов в мире великих побед над злом.

Но вернемся к ситуации, когда любой трудящийся человек после добросовестно выполненной работы ради его зарплаты, ради его реализации творческих способностей и ради его служения стране и отеческим ценностям, проживает другую часть жизни вне стен своего цеха. Но, все же, и здесь, как бы он ни старался, он не может вырваться за сферу социально-ТРУДОВОЙ парадигмы своей эпохи. Думая об отдыхе, строя амбициозные планы, ощущая себя более счастливым в завтрашнем дне, он все это, так или иначе, непрерывно связывает со своим трудом и с непрекращающейся деятельностью всей окружающей его социальной действительности.

Итак, нет ни одного постоянно или систематически повторяющегося в производственной жизни явления, которое, так или иначе, не было бы связано со всем тем, что человек видит и ощущает, о чем так или иначе, переживает после работы. Каждый может взять любые три десятка выражений социально-трудовых явлений из столбца без какой-либо выборки, и нет сомнений, что все они в более или менее взаимосвязанном варианте легко послужат к созданию маленького литературного произведения. То есть того, о чем можно рассуждать как о проявлениях отнюдь не технико-технологического процесса, производственной «рутины», а как о проявлениях социально-культурной жизни. Для этого нами созданы достаточно серьезные предпосылки.

Социально-культурная жизнь основывается не только на фактах, но и на чувствах человека. И в силу различных характеров и особенностей людей, все, что они фиксируют в своем сознании, как отражение мира, несет в себе некоторое личное представление о нем с некоторой долей домысла. Любое повторяющееся явление каждый раз в своем сознании человек облекает какими-то особыми деталями, без которых полностью воспринятым как объясненное оно быть не может. Так и в «Словаре-глоссарии» в иных заголовках статей может не быть точной картины явлений, их надо ее вспомнить и представить. Они могут нести пока еще их только первичное обозначение, даже только более или менее удачную попытку автора их обозначить. Но вот память, воображение, опыт и навыки все вместе начнут объяснять их в статье уже как определенные социально-трудовые явления.

Например, «Наличие предпосылок». Это не есть то, что относится только к советскому периоду. Но автор, приступающий к составлению статьи об уже исчезнувшем явлении времен социализма, своим навыком обязан расшифровать его как чисто советское явление, с позиций того, как оно на самом деле проявлялось в своих определенных специфических условиях.

Вот почему если все статьи словаря точно раскрывают явления социализма советского типа, и они точно «советские», то их заголовки в перечне 10 000 выражений, указанных ниже, становятся «точно советскими» и ничьими иными только когда автор, знающий о советском, начнет писать правду с достижением определенных глубин истины. Как и в том же выражении «Наличие предпосылок». Он напишет, примерно, следующее, включая здравый домысел памяти, но исключая вымысел сторонней эгоистической причины:

«В советском времени все трудовые коллективы работали, выполняя программы развития страны, и все должно было объяснено целесообразностью, наличием предпосылок тех или иных программ, то есть созреванием проблемы и ее определенной разработанности, а также наличия определенных ресурсов. На всех предприятиях и в учреждениях в плановой экономике все должно было быть расписано на годы вперед, и обоснованы причины, предпосылки, ресурсы осуществления новых программ. Поэтому среди различных устойчивых фраз, постоянно произносимых на собраниях и совещаниях, являлось «У нас сложились для этого хорошие предпосылки». Либо, наоборот, - «У нас нет для этого никаких предпосылок», или же: «Для этого необходимы предпосылки» и т. д.»