Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны

Не радуйся, когда упадет враг твой,

и да не веселится сердце твое, когда он споткнется.

Ветхий Завет, притчи Соломона, 24:17.

Еще не видя опасности, лишь интуитивно почувствовав ее, я до упора вдавил педаль тормоза. В боковом зеркале мелькнул мотоцикл. Характерный лязгающий звук, вибрация. Даже при небольшой скорости удар получился ощутимым – представить, во что превратился правый борт моего автомобиля, я не успел. Тонкая фигурка, словно тряпичная кукла, перелетела через капот и, как в замедленной съемке, исчезла где-то впереди, подняв волну грязных брызг.

На мгновение я крепко зажмурился. Откуда взялся этот чертов «донор»¹?! На пустой проселочной дороге, где нет ни населенных пунктов, ни даже приличной автозаправки на десятки километров вокруг! Надеясь, что человек, приземлившийся под колеса моего автомобиля, жив, я включил «аварийку» и вышел из машины.

Часть первая

Глава 1. Свадьба, которой не было

Свадьба, свадьба… Если раньше это слово навевало лишь туманные ассоциации – мерещились фонтаны, лошади, дворцы, и, в целом, вызывало положительные эмоции, то теперь, когда до собственного бракосочетания оставались считанные дни, слово «свадьба» воспринималось не иначе как ругательное и провоцировало зубовный скрежет и мигрень. Ярослав был традиционно невозмутим, а вот Арину свадебный переполох ужасно нервировал. Из всех существующих сценариев она бы с радостью выбрала тот, в котором можно тихонько расписаться и уехать за тридевять земель. На море, как в кино. Или лучше на океан! В горы, на Камчатку. Или в Калининград. В пустыню Гоби, на Северный полюс, можно даже в Сибирь – все равно куда, лишь бы без суеты и ненужных церемоний.

Увы, когда в свадебный переполох включились родственники, все надежды пошли прахом. Мамы «молодых» познакомились, не дожидаясь официальных представлений, и просто взяли управление торжеством в свои руки. Трудно сказать, с чьей стороны активность оказалась выше: обе родительницы были воодушевлены и полны идей. Теперь мнение «молодых» не учитывалось в принципе.

Поначалу жених с невестой еще пытались сопротивляться, однако очень быстро поняли бесперспективность затеи: мамы были настроены решительно и легко подавили зарождающееся восстание. Справедливости ради стоит отметить, что пространные размышления Арины на тему свадебного наряда старшие дамы вежливо выслушали. Даже покивали с понимающим видом. По итогу: брючный костюм и кожаные штаны с рубашкой отмели сразу, а на робкое предложение выйти замуж в джинсах закатили глаза. После дали высказаться и жениху, но Ярослав так настойчиво лоббировал вариант неглиже (в знак протеста), что не был услышан.

Конец бессмысленным спорам положила мать Ярослава, Альбина Владимировна. На очередной «тематической» встрече она с улыбкой посмотрела на Арину и вкрадчивым голосом произнесла:

– Ариночка… Моя старшая дочь выходила замуж в восемнадцать лет бог знает в чем, бог знает где, да еще и за иностранца, – Альбин сделала многозначительную паузу, и по ее ухоженному лицу пробежала тень, сделав неуловимо похожей на ведущую ток-шоу «Давай поженимся». – Я хочу хотя бы одну нормальную свадьбу! Мне кажется, я имею на это право.

За нежным взглядом Арина увидела непробиваемую стену, в ласковом голосе бряцнул метал. Невеста сдалась, жених благоразумно махнул рукой. Альбина Владимировна торжественно открыла буклет с перечнем магазинов.

И вот, не прошло и пары дней, как Арина обнаружила себя стоящей перед огромным зеркалом в салоне свадебных платьев, в обществе двух восторженных мамаш и раскрасневшейся девушки-консультанта. Обреченно взирая на море кружев, обволакивающих ее худенькую фигурку, Арина прикидывала, не пора ли «делать ноги». Ей было жарко, одновременно хотелось пить и есть, а главное, поскорее покончить с этим этапом. Ни фасон, ни цвет платья уже не возбуждали ее воображения: пусть оно будет в горошек, в клеточку, даже «в крокодильчик»… Хотя, признаться, конкретно это – сто двадцать пятое по счету, как показалось Арине, – действительно было прекрасно.

В меру пышное, с открытыми плечами и юбкой из двойной ткани, оно струилось и создавало впечатление легкого облака. Нижний слой корсета был сшит из атласа, верх – кружевной, нежно-золотистый. Никаких оборок, рюшей и прочей мишуры, столь ненавистной новоиспеченной невесте. Наряд вполне сгодился бы даже для какой-нибудь не сильно завалящей принцессы, однако Арине, лишенной права выбора, было совершенно все равно.

– Как тебе, дорогая? – вопрошала Альбина Владимировна, заботливо поправляя длинный-предлинный подол воздушного одеяния. – Тут совсем ничего лишнего, посмотри, как изысканно! Крошечный атласный поясок, только и всего…

Мама из кресла напротив издавала одобрительно-восторженные звуки.

– Да, прекрасно, – покорно согласилась Арина, не в силах избавиться от призрака Ларисы Гузеевой.

– Лен, ей опять не нравится, – расстроенно сообщила Альбина, повернувшись к матери Арины. – Может, примерим вон то, белое?

– Нет! – Арина в панике вцепилась в платье, которое уже приготовилась сдирать с нее будущая свекровь. – Я хочу это!! Мамочки, давайте больше не будем, а?

Елена Сергеевна любезным голосом разговаривала по телефону и кому-то объясняла, как проехать в салон.

«Папа что ль проникся, – подумала Арина, – хотя по интонации не похоже. Пора платить за это чудо и уносить ноги, а то маман созовет на помощь еще пару десятков доступных родственников…»

Пока Арина задумчиво разглядывала себя в зеркале, девушка-консультант ловким движением накинула на ее голову длинную прозрачную фату, а в руки сунула пыльную имитацию свадебного букета. Увидев себя в отражении, ошеломленная «невеста» вздрогнула, мамаши умиленно заохали. В фате и с букетом картинка была полной, не хватало разве что жениха. Да чего уж – принца! В это время входная дверь поддалась чьим-то усилиям, нежно тренькнул колокольчик, и этот «кто-то» вошел в салон.

«Слава Богу, еще клиенты! – мысленно поблагодарила Создателя Арина. – Может, теперь от меня отстанут…».

– Неземная красота, – раздался позади нее знакомый низкий голос, но почему-то с сильным кавказским акцентом: – Продай, слушай! Любые деньги плачу.

Арина обернулась, расплываясь в улыбке.

– Ярослав…

– Нет! – страшным голосом завопила Альбина Владимировна, одним тигриным прыжком оказываясь между «молодыми». – Лена, закрой ее!!! Яр, не смотри!!!

Елена Васильевна схватила свой палантин и бросилась укутывать дочь. Не ожидая от взрослых дам такой прыти, Арина тем не менее успела увернуться от матери, не оставлявшей попыток заарканить ее огромным шарфом, но едва не попалась в железную хватку Альбины. Та была полна решимости собственным телом преградить ей путь к Ярославу. Угрожающе звякнули браслеты на тонких запястьях, ярко полыхнул в свете ламп бриллиант на обручальном кольце… Энергичная, подтянутая мать Ярослава могла бы стать достойным противником, но Арина совершила обманный маневр, и в руках Альбины Владимировны осталась одна фата. К счастью, платье в потасовке с родственниками не пострадало. Ну а победила молодость.

– Привет, – выдохнула Арина и, отбросив букет, наконец повисла на шее молодого человека. Тот покачнулся, но равновесие удержал. Бутафорский букет с профессиональной ловкостью поймала девушка-консультант.

– Спокойно, спокойно, принцесса, – Ярослав отстранился, любуясь невестой. – Не пристало без пяти минут замужней матроне кидаться вот эдак на серьезных мужчин.

– И давно ты стал серьезным мужчиной? – весело спросила Арина, проводя рукой по длинным волосам Ярослава.

– Поверь мне, я им родился.

Молодой человек закружился с облаком тафты и Ариной по салону. Расстроенные мамы невольно попятились.

Осторожно поставив девушку на гладкий пол, Ярослав повернулся к старшим дамам:

– Пардон, мадам.

– Ну, Ярослав, – жалобно произнесла его мать. – Я же просила! Зачем ты нам все портишь? Жениху ни в коем случае нельзя видеть невесту в платье до свадьбы…

– Я не суеверен, маман. А по поводу подвенечного наряда я свои пожелания уже неоднократно высказывал.

Мамы на два голоса продолжали упрекать Ярослава в безответственности, на что тот элегантно отшучивался. Улучив момент, когда на нее перестали обращать внимание, Арина сделала шаг назад и юркнула за шторку. Лихорадочно стягивая с себя платье, она соображала, как избежать дальнейшего участия в выборе товаров, сопутствующих свадебному наряду. Туфли, наверное, все же придется померить. А вот остальное…

Из зала доносились приглушенные голоса: Ярослав развлекал мам небылицами на тему вреда суеверий. К примерочной подошла девушка-консультант, и Арина решительно вручила ей ворох кружев, громким шепотом сообщив, что платье они покупают. Девушка схватила платье с таким энтузиазмом, что вместе с нарядом едва не выдернула из кабинки не успевшую одеться клиентку.

Натянув на себя футболку и джинсы, Арина сунула ноги в кроссовки и осторожно выглянула из примерочной. Мамы были заняты обсуждением сложного вопроса: платье будет открытое, а что тогда надеть сверху? Все-таки середина декабря, может и снег случиться. Альбина Владимировна требовала немедленно купить атласное болеро, подбитое перьями какого-то чудо-зверя, возможно, страуса, а Елена Сергеевна склонялась к классической меховой накидке. У Арины волосы зашевелились на голове.

– Бежим отсюда, – прошипела она Ярославу, набрасывая куртку, – а то сейчас шубы начнем мерить…

Не дав молодому человеку попрощаться с дамами, Арина схватила его за рукав и потащила в сторону выхода.

Ярослав толкнул дверь и, спустившись первым, подал руку, чтобы Арина не свалилась с высоких ступенек.

– Над твоим поведением еще работать и работать, – строго заметил он, пытаясь скрыть блеск в глазах. – Будущая теща не простит мне такого отвратительного поведения.

– Простит, простит. – Арина боролась с рукавом куртки. Ярослав помог девушке найти нужный «вход» и сам застегнул на ней молнию. – Она тебе все что хочешь простит… Пусть сами всю эту лабуду покупают, я собиралась выходить замуж в джинсах. Это был жест доброй воли, пусть развлекаются… Ты им денег оставил? Вот и поехали домой.

Ярослав скептически поджал губы, но все же кивнул.

– Уговорила. Только в офис заедем – звонил твой редактор.

Арина внутренне сжалась, но согласилась. Некоторое время назад под нажимом Ярослава она оформила свои отрывочные воспоминания в подобие книги и отправила в ряд издательств. Особенно не обольщаясь, что редакторы кинутся наперебой предлагать свои услуги, Арина этот шаг посчитала закономерным. У Ярослава имелось свое мнение, разумеется, в корне отличное от Арининого. Он предлагал другой путь. Как человек опытный, Ярослав прекрасно представлял работу издательств. Шанс, что в потоке рукописей доморощенных писателей именно ее работу заметят и решатся напечатать, был ничтожно мал. И вовсе не потому, что творение Арины он оценивал, как посредственное, это в данном случае не играло никакой роли. Просто Ярослав понимал законы бизнеса и видел концепцию продвижения литературного продукта совсем иначе, нежели печать в каком-либо издательстве в рамках определенной серии. Так, потешиться, можно. Книжку в руках подержать… Но достичь какой бы то ни было популярности не получится. Арина пыталась втолковать Ярославу, что как раз известность ее совсем не прельщает, и цель вовсе не так глобальна, но кто бы ее послушал! Перфекционист во всем, Ярослав к любому вопросу подходил обстоятельно и с намерением получить максимальную отдачу. Читай – выгоду. Арина махнула на Ярослава рукой и, выправив рукопись, тайком отправила свое сочинение в несколько редакций. Самым большим удивлением было то, что довольно быстро пришел отклик. Одно небольшое издательство вступило с девушкой в переписку, и вскоре она была приглашена на встречу с редактором. Приятнейшая молодая женщина Нина – так звали редактора – уверила, что Аринина книга подходит в новую серию, задуманную издательством. Она дала ряд советов, что, по ее мнению, стоит изменить и как именно доработать материал. Арина воспрянула духом, предвкушая, как расскажет о своей маленькой победе Ярославу. Но, увы, решала судьбу молодых авторов все-таки не одна Нина.

Главный редактор, второй человек после владельца издательства – сухонький дяденька в огромных очках и мерзком серо-коричневом костюме – минут сорок втолковывал Арине, что ее сочинение абсолютно неприемлемо в таком виде, ибо сплошь набито непроверенными фактами. Стиль изложения материала тоже оставляет желать лучшего. Было очень странно, что он в принципе решил встретиться с девушкой и потратил на нее колоссальное количество своего драгоценного времени. Наверное, у него по какой-то причине было плохое настроение, и Арина просто попалась под руку.

Первые десять минут Арина честно пыталась слушать, кивая в нужные моменты. Потом нудный голос редактора начал ее убаюкивать, несмотря на неприятный контекст, и Арина начала считать барашков, вольно пасущихся в ее безудержном воображении на зеленом лугу.

– Если вы надеялись написать исторический роман, то вам это категорически не удалось, – бухтел дядечка, с откровенной неприязнью взирающий на Арину. – Ваши индейцы совершенно неправдоподобны. Перенесите героев в наше время или в параллельную вселенную и будем считать, что это фантастический роман, не имеющий к реальному историческому прошлому никакого отношения. Надеюсь, вы не планировали карьеру писательницы, это ваш единственный опыт?

Арина моргнула. Дядечка кряхтел дальше:

– Я бы порекомендовал обратиться к понятным житейским сюжетам, в которых вы более подкованы. Бытовой детектив, любовный роман… возможно, здесь вас будет ждать успех.

После «выволочки» от редактора Арина пришла домой, чувствуя себя хуже некуда. Триумфа не случилось, и вечером она рассказала обо всем Ярославу. О гнусном дядечке из издательства, о хорошей и доброй Нине и собственной несостоятельности, как автора. В конце рассказа девушка уже рыдала на груди у молодого человека, сетуя на собственную бездарность. Ярослав усилием воли сохранял серьезное выражение лица, а когда Арина успокоилась, вытер ей слезы и налил зеленого чая.

– Завтра поедешь со мной. – Ярослав добавил в Аринину кружку дольку лимона, и та благодарно улыбнулась, снова усаживаясь к нему на колени. – Я же не просто так тебе рассказывал, как именно все это надо делать. Попробовала? Убедилась? Я знаком с этой кухней, а ты опять не послушалась взрослого дядю.

Шмыгнув носом, Арина помешала чай, и, глядя как расправляются зеленые листочки, призналась:

– Я хотела сама… нельзя же постоянно рассчитывать на чью-то помощь.

– На чью-то? – Ярослав поднял брови и даже чуть отклонился назад, чтобы иметь возможность посмотреть девушке в глаза. – На «чью-то» действительно не стоит, а на мою сам бог велел. Для чего-нибудь и я пригожусь, вероятно.

Арина улыбнулась сквозь слезы и потерлась носом о его плечо. Ярослав поцеловал ее в светлую макушку и скинул с колен.

– Давай ужинать.

Девушка охотно кивнула и направилась к холодильнику. Кажется, там были вполне подходящие стейки.

Ярослав уткнулся в телефон и вдруг как бы невзначай спросил:

– А какие вопросы этот мерзкий редактор задавал конкретно?

Арина пожала плечами, отметив, что в воспоминаниях образ противного дядьки уже заметно поблек.

– В основном бубнил, что это полная ерунда и что я не писатель. И стиль ему не тот, и индейцы неправдоподобные, и вообще, как мне это в голову пришло.

– И как оно пришло? Что ты сказала?

Пришлось напрячь память. Выудив стейки, Арина захлопнула холодильник и теперь рассеянно их разглядывала, пытаясь отыскать дату изготовления.

– Ничего определенного. Меня как раз в сон клонить начало, и голова разболелась.

– Вспоминай, вспоминай. Это важно.

Словно очнувшись, Арина внимательно присмотрелась к Ярославу.

– Думаешь, он из этих, Данииловых? Тогда бы он в меня намертво вцепился, нет?

– Поведение странное и нетипичное для главного редактора. Больше ничего.

Арину бросило в жар. Ярослав невозмутимо тыкал в телефон, ничем более не выдавая своего интереса. Не придумав ничего лучше, девушка приложила ко лбу кусок мяса в вакуумной упаковке. Так себе компресс, конечно, но голову требовалось немедленно остудить.