Серия «Школа верховой езды. Академия Беркли»

© Copyright © Астория Грасс, 2025

© Быкасова Ксения, дизайн обложки

© В оформлении использованы материалы по лицензиям © shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Глава 1

За окном автомобиля проносился однообразный пейзаж типичного английского пригорода. Лысые зеленые поля скатали в большие рулоны, и те смиренно дожидались, когда их уберут, а хмурое небо становилось все тяжелее, грозя пролиться дождем и испортить и без того поганое настроение.

Я ехала в Академию Беркли и абсолютно не представляла, как буду там выживать. Все мои заверения, что я исправлю свое поведение, все мои мольбы папа воспринял с каменным лицом. Он и раньше был излишне строгим и отстраненным, а теперь стал просто невыносим.

Я мотнула головой, отбрасывая тягостные мысли, и достала телефон. Помимо десятка сообщений от подруг из прежней школы нашлось и одно от Генри. Старший брат не потрудился приехать и проводить меня, но спасибо, что хотя бы соизволил написать.

Нора, желаю удачи в Беркли. И да пребудет с тобой сила;) А если серьезно, то первым делом сходи в Зал Славы и посмотри, не выцвело ли мое фото. И еще… Посчитай, сколько старшекурсниц приходит мной полюбоваться.

Я закатила глаза и откинулась на спинку сиденья.

Боже-е-е и вся королевская семья, помогите мне пережить этот год.

Я с детства слышала рассказы отца и братьев об Академии, о том, как нелегко им там жилось и с каким трудом они продирались к верхушке рейтинга. Уильям, правда, лидером никогда не был, но держался в семерке лучших, а этого тоже не каждый добьется. Они с нескрываемым восторгом говорили о вечной усталости, о слишком сложной программе и жесткой конкуренции. В эти моменты папа и братья казались мне сумасшедшими. Как можно любить Академию, которая вытягивает из тебя все силы?

Первые капли забарабанили по стеклу, и я перевела взгляд на окно. Темные стволы деревьев слились в черное пятно, разбавленное едва проступившей желтизной листвы. Я вспомнила, что около нашего поместья золотом уже покрылись макушки дубов. Я любила смотреть из своей комнаты, как они качаются на ветру, а ближе к вечеру выходить на улицу и вдыхать аромат сырости и разбухшей коры. Иногда я собирала упавшие желуди и относила нашему лесничему, чтобы он подкормил оленей. Этому меня в детстве научила мама, и я продолжала так делать.

Глаза защипало. Я задрала голову и уставилась в потолок, на котором мерцало подобие звездного неба. Мне эта фальшивка казалась нелепой, но маме нравилась. Как и вся машина в целом. И о чем только папа думал, отдавая мне ее «роллс-ройс»? Наверное, просто не мог избавиться от него иначе… Но мне было больно от каждой поездки, ведь здесь все напоминало о маме. Запах ее духов въелся в кожаную обивку, и сколько бы Майк ни отвозил машину в химчистку, это оставалось неизменным.

Я зажмурилась, и перед глазами вместо звездочек появились белые круги. Машину мягко покачивало на неровностях сельской дороги, и тело начало расслабляться. Я полночи собирала вещи и поспала от силы часа три. И все же засыпать было нежелательно – судя по навигатору, мы вот-вот должны были приехать.

Я достала из кармана кулон в виде подковы с россыпью разноцветных драгоценных камней. Мама подарила его на счастье на мой десятый день рождения. Эта вещица передавалась по женской линии в ее семье больше двух веков и считалась талисманом. Правда, сейчас из-за него у меня будут большие проблемы… Ведь я потратила лишний час на поиски этого кулона, и поэтому мы теперь опаздывали.

Суперправильный Майк даже согласился превысить скорость, но делу это не особенно помогло: в лучшем случае мы наверстали минут десять. И все-таки я не жалела. Я и так прибывала в Академию на день позже остальных, а потому оставить дома удачу никак не могла. Спасибо Уиллу, что напомнил про подкову и что единственный из всех пришел проводить.

Со средним братом у меня всегда были теплые отношения. Уильям отличался чуткостью и добротой. Там, где Генри шел по головам, Уилл не шел вовсе. Может, именно поэтому, в отличие от папы и старшего брата, он избрал своей стезей науку, а не бизнес?

Перед мысленным взором предстал Уильям: высокий, чуть вьющиеся каштановые волосы взъерошены, на любимом бордовом свитере ядовито-желтое пятно (видимо, последствия очередного эксперимента), на руках свежие ожоги… Хорошо, что совсем крошечные.

Прежде чем я села в машину, он крепко обнял меня и погладил по голове.

– Я буду скучать, сестренка.

Еще немного, и слезы полились бы ручьями по моим обветренным щекам, поэтому я решила отшутиться:

– Если вообще заметишь, что меня нет. Ты так редко выходишь из лаборатории.

Брат сделал шаг назад и окинул меня изучающим взглядом.

– И правда. Кажется, когда мы виделись в прошлый раз, ты была на фут ниже.

Я улыбнулась и указала на туфли на каблуке. Уилл хмыкнул:

– Они тебе там не понадобятся. А вот какие-нибудь из моих новых препаратов для повышения выносливости – вполне.

Я нахмурилась и нервно одернула плащ.

– Не пугай раньше времени.

Брат еще больше взъерошил свой беспорядок на голове.

– Все будет хорошо. Но если что – звони.

– Обязательно.

На этом наше прощание было окончено.

Интересно, верил ли Уильям, что все на самом деле будет хорошо, или сказал это ради приличия? Пока что я не видела ровным счетом ничего позитивного в сложившейся ситуации: в Академии я никого не знала, конный спорт не особо жаловала, да и поступила я не на первый курс, как все, – меня взяли сразу на третий. Это был вопиющий прецедент, который воплотился в жизнь только благодаря репутации и имени моего папы. Хотя я была бы рада, если бы все оставалось по-старому. Но после маминой смерти у меня ничего не получалось контролировать.

Машина резко повернула направо и начала подниматься в гору. Мы были почти у цели. Куда ни глянь, всюду расстилались бескрайние поля без единого намека на цивилизацию. Я подавила тяжелый вздох. Прогуляться по магазинам или забежать в кафе после занятий не получится.

Мы проехали огромные кованые ворота с гербом Беркли. Под колесами зашуршала галька. Майк остановился напротив главного входа, и я окинула скептическим взглядом старинный замок. Массивные серые камни покрылись бурым мхом, мощные толстые стены тянулись ввысь, сливаясь с пасмурным небом, а немногочисленные узкие окна зияли чернотой. Академия больше походила на крепость, чем на учебное заведение. В настолько древних постройках всегда были проблемы с удобствами: сбоило электричество, гудели трубы, гуляли сквозняки и плохо ловила сотовая связь.

Майк открыл дверь и любезно предложил мне руку. Дождь закончился, но воздух был сырой и холодный. С полей долетал аромат последних луговых цветов. Водитель занес мои чемоданы в замок и вприпрыжку спустился к «роллс-ройсу», бросив напоследок:

– Элеонора, берегите себя.

Я кивнула и, удивившись, что меня никто не встречает, направилась вверх по широкой лестнице. Оступившись на затертом от времени и мокром из-за дождя камне, я едва не упала и громко вскрикнула. Со стены сорвался разбуженный ворон и пронесся над моей головой, мерзко каркая. Я пригнулась и на всех парах влетела в холл.

Он оказался просторным, с высоким потолком, кованой люстрой с канделябрами и немного выцветшими витражами. Пахло тлеющими дровами и едва уловимо яблоками. Полумрак разгоняли тусклые светильники. Я ожидала увидеть других студентов, но вокруг не было ни души. Тишина.

Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы поинтересоваться, где все, но внезапно позади раздался строгий женский голос, заставив меня вздрогнуть:

– Мисс Леннард, вы опоздали.

Я испуганно выдохнула и медленно развернулась.