www.superizdatelstvo.ru

© Аркадий Шварцер, 2025

© СУПЕР Издательство, оформление, 2025

Все истории и события, описанные в этой книге, вполне возможно, происходили на самом деле (автор, видимо, не способен ничего самостоятельно придумать).

Имена и портреты всех героев вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или мертвыми, абсолютно случайны. Или нет? (Не поддавайтесь на провокацию автора!)

Часть первая
Одержимый наживой

Глава 1.
Магазин «Книжная находка»

Попав впервые в «Книжную находку», Эмиль Гиванов испытал ослепляющее чувство восторга. Вот книги, которыми он мечтал обладать, чтобы вновь и вновь возвращаться к ним, как на встречу со старыми друзьями. Это с одной стороны. С другой стороны, возникло чувство полной беспомощности и даже неполноценности от тщетности своих желаний. «Желанья!.. Что пользы напрасно и вечно желать?..» Особенно если нет денег.

Милечка

По прошествии многих лет окружающие уверенно будут называть Эмиля заботливым сыном, добрым отцом, любящим мужем, щедрым любовником и даже хорошим другом. Однако мы знаем, что главной любовью и страстью всей его жизни была нажива. В его корыстолюбии явно прослеживалась патологическая самоотдача, вплоть до идиотизма и даже самопожертвования. Куда привела его в конечном итоге нажива мы и хотим рассказать.

* * *

С магазина «Книжная находка» началась карьера нашего героя. В конце семидесятых годов прошлого века рядом с магазином обосновалась книжная толкучка, или стихийный «чёрный» книжный рынок. Милиция, безусловно, не дремала – гоняла этих книжных «жучков» и в хвост, и в гриву. Они покорно и дисциплинированно разбегались, но потом опять собирались на том же месте.

В принципе, любую торговую операцию можно считать спекуляцией, поскольку цель торговли заключается именно в получении дохода за счёт разницы между ценами покупки и продажи. Тем не менее, в СССР такой доход определялся как «нажива» и карался по закону.

Все «книжники», которых задерживала милиция, обычно объясняли, что они книголюбы и собирают книги исключительно для своей домашней библиотеки. Какая тут нажива, товарищи начальники?

* * *

Этот книжный «чёрный рынок» у букинистического магазина «Книжная находка» находился в самом центре Москвы, буквально у подножья памятника первопечатнику Ивану Федорову. За этим рынком постоянно и напряжённо наблюдал Железный Феликс Эдмундович, установленный перед зданием КГБ, из окон которого тоже хорошо просматривалась площадка у магазина. Рядом был вход в метро «Дзержинская», напоминающий два уха, а потому прозванный в народе «Уши КГБ».

Там, у «Книжной находки», под пристальным «наблюдением и прослушиванием» со стороны жутчайшего карательного органа, начал свой славный путь к Большой Наживе наш отважный Эмиль.

* * *

Справедливости ради надо отметить, что Иван Федоров был первопечатником сугубо местного значения. Общепризнанным в мире первопечатником является Иоганн Гутенберг, напечатавший в 1452 году Библию «массовым» тиражом в 180 экземпляров. А Иван Федоров по заданию Ивана Грозного более чем через столетие, в 1564 году, напечатал около двух тысяч экземпляров «Апостола», содержащего части Нового Завета. Памятник Ивану Федорову был открыт в 1909 году. Конечно, могли бы назначить и Ивана Грозного первопечатником, если бы он в своё время вёл себя прилично, а не буянил.

Иван Федоров

Перехват

Итак, примерно во второй половине 1970‑х Эмиль встал на «перехвате» у «Книжной находки». Это была низшая ступень в карьере спекулянта старыми книгами. «Перехватчиками» называли мелких жуликов, которые буквально перехватывали граждан, которые направлялись в магазин с желанием честно сдать книги родному государству. Сдатчик немедленно получал в кассе наличные за минусом 20% от оценки книги товароведом, а книга отправлялась на прилавок в ожидании своего покупателя.

* * *

Необходимо объяснить принцип работы спекулянта старыми книгами в те легендарные советские времена. Все антикварные и букинистические книги в Советском Союзе делились на две категории: каталожные и некаталожные. Каталожные книги были описаны в «Каталогах-прейскурантах на покупку и продажу букинистических и антикварных книг», изданных в 1961 году и тридцать лет неизменно служивших неоспоримым руководством для всех товароведов книжных магазинов СССР. Каталоги описывали примерно пятнадцать тысяч позиций, а остальное книжное море разливанное товаровед оценивал интуитивно, сообразуясь с собственным опытом.

Именно с некаталожными книгами работали спекулянты высокого уровня доверия со стороны товароведов. Для получения «наживы» надо было очень близко знать товароведов хотя бы в двух разных магазинах. При этом совсем не обязательно было разбираться в книгах. Обычно такой делец приходил в первый магазин с утра, чтобы посмотреть свежую «приёмку» книг до того, как их выложат на прилавок. Отбирал с помощью товарища-товароведа «хорошие» книги, а потом сдавал их в другой магазин по более высокой цене.

Например, купил спекулянт книгу за десять рублей (по дороге послюнявил палец и стёр им, как ластиком, цену), затем сдал эту книгу в другом магазине за двадцать рублей, получив на руки шестнадцать. По рублю раздал товароведам и себе в осадке оставил четыре. Но таких «доверенных спекулянтов» было очень мало.

Не будем забывать, что товароведам категорически запрещалось затоваривать магазин: книги должны продаваться, а не лежать на полках с неподъёмными ценами.

С каталожными книгами тоже «работали», поскольку каталоги устанавливали предельные цены, выше которых книги оценивать запрещалось. А ниже было можно. Цена снижалась, если книга оказывалась в плохом состоянии, в плохом переплёте или в случае низкого спроса на неё.

* * *

Короче говоря, правила приёмки и продажи старых книг оставляли массу возможностей для «нетрудового» заработка. Это была очень мутная вода, в которой ловилась вполне приличная рыба. Однако, как ни странно, «предпринимателей», которые пользовались этими возможностями, на всю Москву можно было по пальцам пересчитать, потому они считали себя своего рода элитой и старались никого не допускать в свой круг.

Когда Эмиль появился у «Книжной находки», там уже стояли опытные бойцы. Свято место, как известно, пусто не бывает. Главным «перехватчиком» там трудился Лёня Ямпольский по прозвищу Поц. Лёня был человеком трудной судьбы, успевшим провести несколько лет в местах не столь отдалённых. Это был коренастый, почти квадратный человек с выдающейся лысиной странной формы (потому и Поц), губастый и добрый. Он взял Эмиля под своё крыло. Старый опытный еврей стал окормлять молодого еврея, что происходило в истории не одну тысячу лет.

По прошествии какого-то времени Миля стал понемногу разбираться в книгах, а деньги для того, чтобы провернуть первоначальные операции, ему давали родители. Без начального капитала бизнес не построить, а как не поддержать единственного и обожаемого сыночка?

* * *

Теперь пару слов о технологии «перехвата».

«Перехватчик» обычно стоял у магазина, зорко высматривая добычу. Завидев человека с тяжёлой сумкой, он бросался к нему с заготовленной тирадой:

– Извините, вы, наверное, хотите сдать книги? Я книголюб, давно собираю книги, а можно посмотреть, что у вас есть? Я готов заплатить сразу и больше, чем вам предложат в магазине, который к тому же забирает двадцать процентов.

Кто-то отмахивался, кто-то грозил милицией, но подавляющее большинство соглашалось показать свои книги. «Перехватчик» отбирал самое стоящее, иногда торговался, иногда сам назначал цену. Сдатчик мог зайти в магазин, оценить книги у товароведа и убедиться в «кристальной честности перехватчика». Но почти никто этого не делал. Почему? А почему через многие годы эти же доверчивые и простодушные люди покупали акции МММ?

Однако не надо думать, что «перехватчик» всегда работал в преступном сговоре с товароведом. Без сговора тоже прекрасно наживались деньги.

Надо отметить, что далеко не все «перехваченные» книги сдавались в магазин – некоторые пополняли личные библиотеки. Обычно спекулянты коллекционировали литературу определённой тематики, и все они по-своему любили книгу.

* * *

Каждый «перехватчик» мечтал и надеялся, что ему выпадет невероятный счастливый случай найти бесценный книжный «клад». Потому, рассчитываясь за книги, надо было произнести самую главную фразу, которая потенциально могла принести огромный «навар», оправдать многочасовые ожидания при плохой погоде и восстановить нервные клетки, убитые вынужденным общением со всякими «жлобами», как спекулянты называли случайных сдатчиков книг. Вот эта волшебная фраза:

– А может быть, у вас ещё есть книги, которые вы хотите продать? Вам, наверное, трудно таскать тяжести, а я мог бы подъехать, отобрать, что вам не очень нужно. Плачу сразу живыми деньгами. Вам не придётся мучиться с сумками и отдавать магазину двадцать процентов от оценки.

Видя сомнение в глазах человека, перехватчик добавлял:

– Хотите, я вам покажу свой паспорт, и вы сможете переписать мои данные на всякий случай? Но вы же разбираетесь в людях, вы же видите, с кем имеете дело, – и наивно хлопал ресницами.

И такие счастливые случаи бывали. Ниже яркие примеры.