Глава 1. Катастрофа

Последние лучи майского солнца пробивались сквозь витражные окна кабинета, окрашивая полированное красное дерево письменного стола в теплые янтарные оттенки.

Тимор Ауэр откинулся в кожаном кресле, обитом телячьей кожей горчичного цвета, и с удовлетворением пробежал взглядом по столбцам цифр в месячном отчете. Доходы «Гладиаторских садов Ауэр» за последний квартал превысили все ожидания.

Кабинет словно дышал вековым достатком. Стены облицевали панелями из черного ореха, украшенными позолоченной резьбой в виде драконьих крыльев.

На каминной полке из белого мрамора покоились древние реликвии рода Ауэр: хрустальные сферы с застывшим внутри драконьим пламенем, серебряные кубки с выгравированными рунами на забытом драконьем диалекте, миниатюрная статуэтка златогривого дракона из цельного золота.

Над камином висел портрет основателя империи Ауэров, деда Тимора — Максимилиана Ауэра, чьи зеленые глаза словно следили за каждым движением потомка.

Тимор поправил манжеты белоснежной рубашки из тонкого шелка. В человеческом облике он выглядел как воплощение аристократического совершенства: темные волосы с едва заметной серебристой проседью у висков, благородные черты лица, черные глаза, в которых мерцала древняя драконья мудрость.

Развернутая на столе карта империи Виридис пестрела цветными булавками, обозначающими филиалы его бизнеса. Красные — действующие гладиаторские арены, синие — центры подготовки, зеленые — пункты сбора драконов, нуждающихся в помощи. Каждая булавка означала сотни спасенных драконьих жизней, семьи, которые получили шанс на достойное существование вместо нищеты и бесславия.

— Герр, позвольте подать вечерний чай.

Себастьян тихо постучал и появился в дверном проеме с безупречной выправкой. Человек средних лет, одетый в темно-синий сюртук с серебряными пуговицами, он нес серебряный поднос с чайным сервизом из тончайшего альденбургского фарфора. Пар, поднимающийся от изящного чайника, наполнил воздух ароматом редкого горного чая с травами.

— Благодарю, Себастьян. — Тимор отложил документы и потянулся к чашке, украшенной миниатюрами золотых цветов. — Надеюсь, все приготовления к завтрашней поездке идут по плану?

— Разумеется. Ваш багаж упакован, костюмы проверены, подарки для деловых партнеров готовы. Фройляйн де Сапфир также готова к отъезду. — Себастьян осторожно расставил на столе хрустальную сахарницу и молочник. — Капитан Вольфганг вчера вечером подтвердил, что «Гольден» прошел техническое обслуживание в депо близ Серебряных гор и будет готов к отправлению в назначенное время. — Камердинер поклонился и вышел из комнаты.

Тимор кивнул, наслаждаясь терпким вкусом чая. Его частный железнодорожный состав «Гольден» уже пять лет исправно доставлял его в деловые поездки по всей империи. Быстро, комфортабельно, надежно. Специально оборудованные вагоны позволяли перевозить драконов, нуждающихся в помощи, а роскошный салон обеспечивал все удобства для деловых переговоров в пути.

Послезавтра утром предстояло начать долгое путешествие в Кайзерхоф — промышленную столицу северных земель, где его ожидали важнейшие переговоры с инвесторами о расширении сети заповедников.

Тимор допил чай и взялся за перо, чтобы просмотреть последние деловые бумаги. В особняке царила та особая тишина, которая бывает только в домах очень богатых людей: приглушенная, обволакивающая, словно сама роскошь поглощала все лишние звуки.

Стук каблуков по мраморному полу коридора нарушил покой. Шаги становились все быстрее.

Себастьян влетел в кабинет, не постучавшись. Такого за долгие годы службы не случалось ни разу. В руках он сжимал желтый конверт телеграммы, лицо было бледным.

— Герр, экстренное сообщение!

Тимор поднял взгляд от бумаг, мгновенно насторожившись. Себастьян никогда не терял самообладания.

— Что случилось?

— Телеграмма от капитана Вольфганга. Боюсь, новости крайне неприятные.

Тимор взял конверт и вспорол его пальцем, чувствуя, как учащается сердцебиение. Текст был краток и безжалостен:

«Герру Ауэру. Сообщаю с глубоким прискорбием, что "Гольден" сегодня в 16:30 потерпел крушение близ Серебряных гор. Экипаж жив, но локомотив и несколько вагонов разрушены. Приношу извинения за доставленные неудобства. капитан Вольфганг».

— Драконы не пострадали? — быстро спросил Тимор.

— К счастью, состав возвращался пустой — все драконы из последнего рейса уже были благополучно доставлены, — отчитался Себастьян.

Бумага выскользнула из пальцев и упала на ковер. Тимор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Переговоры в Кайзерхофе были назначены через две недели. Инвесторы ждали от него отчета о результатах работы и планах расширения драконьих заповедников на следующий год. Сорвать встречу означало потерять финансирование проектов, которые позволяли спасать сотни драконьих семей.

— Герр, вы бледны. — Себастьян подошел ближе. — Позвольте принести вам бренди.

— Нет, спасибо. Нужно думать, а не заглушать панику алкоголем. — Тимор поднялся из-за стола и начал расхаживать по кабинету, избегая подходить к высоким окнам. — Какие варианты у нас есть?

Себастьян на мгновение задумался.

— Позвольте направить запросы в другие частные железнодорожные компании. Возможно, у кого-то найдется свободный состав.

— Делай. И побыстрее.

Себастьян поклонился и поспешил к телеграфному аппарату в соседней комнате. В течение следующего часа он методично отправлял депеши во все крупные транспортные компании империи, используя связи и влияние дома Ауэр.

Тимор продолжал расхаживать по кабинету, нервно поглядывая на часы. Время шло, а решения все не было.

Наконец Себастьян вернулся с пачкой ответных телеграмм, и выражение его лица не сулило ничего хорошего.

— К сожалению, герр, все частные составы подходящего класса заняты или недоступны. «Стальной путь» специализируется только на грузах, «Имперские магистрали» полностью забронированы на ближайший месяц…

Тимор остановился у книжного шкафа.

— Что ж… — Он остановился у книжного шкафа, спиной к камердинеру. — Остаются только обычные пассажирские поезда?

— Боюсь, что так, герр, — осторожно ответил Себастьян. — Хотя «Северный экспресс» — флагманский маршрут империи. Уровень сервиса там приближен к частным составам.

Тимор вернулся к столу и склонился над картой. «Северный экспресс» действительно был гордостью транспортной системы Виридис. Магические двигатели позволяли составу развивать скорость до восьмидесяти километров в час на равнинных участках. Маршрут пролегал через самые живописные уголки империи: луга, кристальные озера, древние леса, величественные горные перевалы.

Тимор провел пальцем по красной линии железной дороги на карте, отмечая для себя ключевые станции.

Розенталь — первая остановка, где его ждал торговец Крамер с партией молодых драконов из разорившихся семей. Штольценфельд — родовое гнездо баронов фон Вильдер, где предстояли деликатные переговоры. Альпенхоф в горах, Кристальхайм с его знаменитыми шахтами…

— Себастьян, нужно забронировать императорские люксы на всех рейсах «Северного экспресса» по этому маршруту, — сказал он, выпрямляясь. — И номера в лучших гостиницах каждого города, где планируются остановки.

— Понял, герр. На какой срок рассчитывать пребывание в каждом городе?

Тимор взял перо и быстро набросал расчеты на листе бумаги.

— Вот, возьми. — Он протянул бумагу камердинеру.

— Будет исполнено, герр.

Камердинер исчез в коридоре, и вскоре из соседней комнаты послышался стук телеграфного аппарата. Тимор откинулся в кресле и закрыл глаза.

— Что бы ты делал на моем месте, дедушка? — пробормотал он. — Наверное, без колебаний полетел куда нужно.

Максимилиан Ауэр был легендой среди драконов своего времени. Говорили, он мог летать от рассвета до заката. Он основал первые драконьи заповедники не из коммерческих соображений, а из искренней любви к своим собратьям. Для него семейный бизнес был делом чести, а не способом наживы.

Тимор был достойным продолжателем дела деда, даже если методы изменились со временем. Современный мир требовал современных подходов. Гладиаторские арены давали драконам шанс заработать на достойную жизнь, показать свою силу и благородство.

Звук возвращающихся шагов прервал размышления. Себастьян появился в дверях с довольной улыбкой на лице.

— Превосходные новости. Герр Кляйн лично гарантирует вам императорский люкс в первом вагоне. Также я позволил себе заказать для вас костюм для путешествий у герра Шнайдера. Более практичный, чем ваши обычные деловые наряды, но сохраняющий элегантность.

Тимор кивнул, восхищаясь предусмотрительностью своего камердинера. Себастьян служил в их доме уже тридцать лет и знал потребности хозяина лучше, чем он сам.

Часы на каминной полке пробили десять вечера. За окнами Альденбург зажигал ночные огни. Газовые фонари на улицах создавали теплые островки света в майской темноте. Где-то там, в ночном небе, летали драконы — свободные, не обремененные страхами и комплексами. Тимор невольно подумал о том, каково это — просто расправить крылья и взмыть в воздух.

Особняк готовился ко сну, но Тимор знал, что заснуть ему будет нелегко. Впереди ждало неизвестное приключение, и он мог только надеяться, что все пройдет гладко.

Глава 2. Пепел надежды

Утреннее солнце проникало сквозь изящные кружевные занавески гостевой спальни особняка Ауэров. Тонкие лучи играли на полированных поверхностях антикварной мебели — старинном комоде из красного дерева, изящном туалетном столике с зеркалом в серебряной раме, кресле-качалке, обитом бархатом цвета слоновой кости.

Виолетта де Сапфир лежала в кровати под балдахином из шелка приглушенного розового оттенка. Обычно к этому времени она уже была на ногах, порхала по комнате в одном из своих утренних платьев, напевая что-то веселое и беззаботное.

Сегодня все было иначе.

— Виолетта? — осторожно постучал в дверь Тимор, поправляя манжеты своего темно-синего утреннего халата. — Позвольте войти?

Из-за двери послышался слабый голос:

— Да, конечно, Тимор. Входите.

Тимор открыл резную дубовую дверь и замер на пороге. Виолетта полулежала среди кипы атласных подушек, закутанная в легкий кашемировый плед кремового цвета. Ее обычно румяные щечки были бледными, а светло-русые локоны, которые она так любила укладывать в причудливые прически, беспорядочно обрамляли лицо.

— Милая моя, что с вами? — обеспокоенно спросил он, подходя к кровати. — Вы выглядите… не совсем здоровой.

— О, Тимор, — слабо улыбнулась Виолетта, попытавшись сесть ровнее. — Простите, что встречаю вас в таком виде. Просто легкое недомогание. Наверное, слишком много волновалась о поездке.

Тимор сел на край кровати и взял ее за руку. Виолетта была хрупкой девушкой двадцати пяти лет, дочерью обедневшего графа, чьи родовые земли давно были заложены кредиторам. Несмотря на стесненные обстоятельства, она сохранила все изящество воспитания, полученного при дворе, и была идеальной спутницей для светских мероприятий.

— Может быть, стоит вызвать доктора? — предложил Тимор, заметив, как Виолетта слегка дрожит под пледом.

— Ничего подобного! — Виолетта попыталась засмеяться, но смех получился хрипловатым. — Это всего лишь легкая простуда. К вечеру все пройдет, вот увидите. Я не позволю какой-то глупости испортить наши замечательные планы.

Тимор внимательно посмотрел на нее. За годы знакомства он научился различать истинные недомогания от капризов, к которым была склонна Виолетта. Сейчас что-то в ее виде вызывало у него беспокойство, но он решил пока не настаивать.

— Хорошо, — согласился он. — Но позвольте заказать вам легкий завтрак. Горячий бульон и травяной чай помогут вам быстрее восстановиться.

— Вы так заботливы, — слабо улыбнулась Виолетта, прикрыв глаза. — Я действительно не очень хорошо себя чувствую…

К полудню состояние Виолетты заметно ухудшилось. Легкое недомогание превратилось в нечто более серьезное. Тимор велел Себастьяну принести прохладные компрессы и лучшие травяные настои из домашней аптечки.

— Позвольте проверить ваш лоб, — сказал он, осторожно прикоснувшись тыльной стороной ладони к ее коже.

Виолетта горела. Температура была определенно выше нормы, и с каждым часом становилось только хуже. Ее дыхание стало поверхностным, а щеки покрылись нездоровым румянцем.

— Себастьян, — позвал Тимор, когда камердинер принес очередную порцию прохладной воды с лавандой. — Немедленно пошлите за доктором. Пусть приедет как можно скорее.

— Будет исполнено, — поклонился Себастьян и поспешно удалился.

Тимор остался у постели Виолетты, периодически меняя компрессы и предлагая ей теплой воды с медом. Она дремала урывками, но даже во сне выглядела беспокойной.

— Тимор… — пробормотала она, ненадолго приоткрыв глаза. — Простите меня… Я так глупо заболела именно сейчас…

— Тише, милая, — успокоил он. — Не вините себя. Болезнь не выбирает время.

К вечеру в особняк прибыл доктор. Он был личным врачом многих аристократических семей Альденбурга и пользовался безупречной репутацией.

— Герр Ауэр, — поклонился доктор, снимая шляпу и передавая ее Себастьяну. — Себастьян сообщил о недомогании фройляйн де Сапфир. Позвольте осмотреть пациентку.

Доктор проверил температуру, прослушал дыхание, осмотрел горло, пощупал пульс. Тимор нервно расхаживал по соседней гостиной, время от времени подходя к высокому окну, но тут же отворачиваясь — вид на сад с террасы третьего этажа вызывал у него неприятные ощущения.

Наконец доктор вышел из спальни, закрыв за собой дверь.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Тимор.

Доктор снял очки и принялся протирать их платком, что было верным признаком серьезности ситуации.

— Боюсь, новости неутешительны, герр Ауэр. У фройляйн де Сапфир острая лихорадка, возможно, начальная стадия воспаления легких. Температура под сорок градусов, дыхание затруднено.

Тимор почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— И что это означает для… для наших планов?

— Любые поездки категорически исключены, — твердо отрезал доктор, надевая очки обратно. — Минимум две недели постельного режима, возможно, больше. В ее состоянии даже короткая прогулка может быть опасной.

— Доктор, — осторожно начал Тимор, — понимаете ли вы, насколько важна эта поездка? Дайте ей что-нибудь…

— Герр Ауэр, — перебил его доктор Циммерман с легким укором в голосе, — я понимаю, что деловые обязательства важны. Но никакие обязательства не стоят человеческой жизни. Если фройляйн де Сапфир попытается предпринять длительное путешествие в ее нынешнем состоянии, последствия могут быть самыми плачевными.

— Доктор, — сказал он тише, — а если я предложу вам… скажем, тысячу золотых виридисов за более… оптимистичную оценку состояния фройляйн?

Доктор выпрямился во весь свой небольшой рост и посмотрел на Тимора с холодным достоинством.

— Герр Ауэр, никакие деньги не изменят ее состояния. — Он взял свою черную сумку и направился к выходу. — Я оставлю рецепты для лечения. Себастьян знает, где меня найти, если ее состояние ухудшится.

После отъезда доктора Тимор вернулся к Виолетте. Она лежала с закрытыми глазами, но услышав его шаги, слабо повернула голову.

— Тимор… что сказал доктор?

— Ничего страшного, — солгал он с улыбкой. — Просто нужно несколько дней отдохнуть.

— А поездка? — слабо спросила Виолетта. — Ваши важные переговоры?

— Не беспокойтесь об этом, — ответил Тимор, осторожно поправляя плед. — Главное, чтобы вы поправились.

На следующее утро Тимор проснулся с тяжелым сердцем. До отправления поезда оставалось меньше двух часов, а его планы лежали в руинах. Он сидел в своем кабинете, уставившись на железнодорожные билеты.

— Себастьян, — позвал он.

Камердинер появился мгновенно, словно ждал за дверью.

— Герр?

— Фройляйн Шарлотта фон Аскания все еще в своих загородных имениях?

— Боюсь, что да, герр. И вернется не раньше следующей недели.

— А графиня Изабель?

— Отправилась с супругом на море, герр.

— Баронесса Элеонора?

— Принимает родственников из Фракии.

Каждый отказ усиливал чувство обреченности.

— Герр, — осторожно сказал Себастьян, появляясь с очередной пачкой отказов, — возможно, стоит рассмотреть отсрочку переговоров?

— Не говори глупостей, Себастьян, — покачал головой Тимор.

Часы на каминной полке показывали половину девятого. До отправления поезда оставался час.

— Знаете что, Себастьян? — сказал Тимор, внезапно поднимаясь. — Готовьте багаж. Я еду.

— Но герр… без подходящей спутницы…

— Как-нибудь обойдусь, — решительно ответил Тимор. — В конце концов, возможно, в дороге представится возможность найти подходящую компанию.

Он знал, что это авантюра. Появиться на важных деловых переговорах без спутницы было почти неприличием в их кругах. Но выбора не оставалось.

Пока Себастьян суетился с багажом, Тимор поднялся к Виолетте. Она спала более спокойно — лекарства доктора Циммермана начали действовать.

— Тимор? — пробормотала она, услышав шаги. — Вы уезжаете?

— Да, милая. Нужно ехать, как бы ни было тяжело оставлять вас в таком состоянии.

— Простите меня, — слабо сказала Виолетта. — Я все испортила.

— Глупости. — Тимор осторожно взял ее горячую руку. — Поправляйтесь скорее. А я… как-нибудь справлюсь.

Через полчаса элегантный экипаж дома Ауэр катил по мощеным улицам Альденбурга к Центральному вокзалу. Тимор сидел в мягком кожаном кресле, нервно перебирая документы и размышляя о предстоящих переговорах.