От этого романа у меня были слишком большие ожидания, которые, к полнейшему моему сожалению, так и остались моими. Природная катастрофа, множество изломанных судеб, восточный колорит и история, которая, оживая с каждой страницей, должна вести к сокрушительному финалу, призванному расставить всё по своим местам и определить роль каждого, даже самого малозначительного персонажа. Именно таким виделось мне на начальном этапе развитие сюжета — кажется, именно так хотел реализовать это автор. Получилось весьма спорно, не всегда увлекательно и логично, но благодаря довольно простому стилю страницы летели к финишу довольно бойко. Всего лишь пара вечеров на чтение, а вот на то, чтобы подвести итоги этого урагана, понадобилось чуть больше времени.
Смысл того, что ты сейчас услышал, не в том, есть ли у меня особая сила или нет. Нельзя судить о человеке только по его виду. Правда — штука многогранная.
Масштабная история развивается в нескольких временных плоскостях, но подлинной жемчужиной этого романа, безусловно, должно было стать время, когда свирепствовал один из самых разрушительных циклонов за всю историю человечества. Именно его сокрушительное воздействие не только на окружающую природу, но и на людей, попавших в эпицентр этого страшного явления, должно было стать тем сюжетным стержнем, на который, словно нити на веретено, наматывались бы все последующие события. Бхолийский циклон 1970 года — это реальный исторический факт. Стихия, по разным оценкам, унесла жизни от 300 000 до 500 000 человек. 12 ноября — это одна из самых трагичных дат в истории региона, но последствия разрушительного циклона принесли не только ужасающие жертвы, но и усилили борьбу за независимость, что привело в 1971 году к созданию государства Бангладеш. Масштабность событий, которые автор использует для сюжета, способна поразить любое воображение, однако исполнение совершенно не поспевает за грандиозностью авторской задумки.
В его грезах ее глаза всегда зеленого цвета. Цвета кузнечиков, изумрудов и сочной листвы. Иногда они приобретают темноватый оттенок нефрита.
Роман начинается со знакомства с Хонуфой, именно она во всех смыслах станет «сердцем» этого урагана. Попав в самую сердцевину страшнейшего природного явления, она и для персонажей всей этой человеческой драмы станет тем центром, который сведёт воедино их изломанные стихией и людьми судьбы. Но в тот страшный день, когда она привязывала себя верёвками к дереву, чтобы пережить апокалипсис, обрушившийся на её дом, все её мысли были только о сыне, который, как она надеялась, был в безопасности. И, конечно, она даже не догадывалась о том, сколь причудливо извиваются жизненные нити и какое определяющее значение могут иметь её собственные поступки для будущих судеб других людей.
Когда теряешь власть над чувствами и даешь им волю, то становишься похож на корабль без руля, отданный на потеху ветру...
Для меня лично повествование разделилось на две главные сюжетные линии, которые, словно две разные реальности, вели своё повествование о событиях, на первый взгляд между собой никак и не связанных: история Клэр и спасённого ею японского военного лётчика Итиро, а также история Шахрияра и его символичного квартета. И где-то там, в тени этих определяющих течений реки под названием жизнь, отходили более мелкие притоки — истории Рахима и Захиры, Джамира и Хонуфы, — не ведущие ответвления этой драмы, но весьма важные в общем развитии сюжета.
Всякий раз за его появлением следовала страшная буря.
— Как думаешь, кто это такой?
Рина многозначительно смотрит на нее.
— Ну, люди разное говорят. Одно знаю точно: под этими черными парусами явно ходит не человек.
События Второй мировой войны, самолёт, сбитый над джунглями, история японского лётчика переходят в совершенно драматичное время буйства Великого урагана «Бхола», кажется, призванного стереть с лица земли всё, что было до него, жестокую борьбу за независимость, разделение региона на лоскутное одеяло из вновь образованных государств, навсегда изменившее современную карту мира, — и всё это плавно перетекает в события настоящего времени, когда начинающий аспирант борется за своё место под солнцем, пытаясь остаться в стране, в которой проживает его маленькая дочь. Если он не сумеет найти работу, то ему грозит депортация, и нет никакой гарантии, что в последующем он сможет получить визу на въезд, а значит, Анна будет расти и познавать эту жизнь без его участия. Разрыв с собственным ребёнком может толкнуть человека на опасные вещи, и автор, безусловно, поставит своего героя перед этим сложным моральным выбором. C'est la vie...
В жизни, полной неожиданностей, надо уметь быстро привыкать к внезапным поворотам судьбы.
Но сколько ни пытался автор переплетать судьбы столь разноплановых персонажей в единый узор, жизненное полотно неизменно рвалось, оставляя героев невольными заложниками этих разрозненных сюжетов, которым не суждено стать одной общей историей. Всё по отдельности достойно самостоятельного романа, но всё вместе представляет собой слишком перемудрёный узор, за сложностью которого потерялось самое главное — первоначальная задумка и сами герои. Излишняя многоструктурность, огромное количество действующих лиц и хронологически объёмная череда событий, в которых они принимают участие, требуют от своего создателя не просто обладать увлекательным слогом и писательским воображением, а быть настоящим архитектурным гением, способным поддержать все сюжетные нити и, сохранив безупречный баланс, свести воедино множество судеб, превратив свой роман в гармоничную симфонию, способную затронуть самые тонкие струны души. Ариф Анвар стать таким чародеем слова не смог. Это было неплохо, моментами даже увлекательно, но при этом слишком запутанно и, как следствие — не слишком реалистично. Но всё не зря. Всё для читательского опыта.
Иной язык убивал всё их очарование, отчего он уже и сам начинал задаваться вопросом, правда ли они достойны такого восхищения...