Цитаты из книг автора «Анюта Соколова»

Но песчинка тоже крохотная, однако может вывести из строя огромный и отлаженный механизм.

Моя внешность – тема для отдельного расстройства. Я красивая. На самом деле, без всяких оговорок. Один парень в девятом классе сравнил меня с Милосердной, какой её изображают в храмах: идеальная фигура, чистая светлая кожа, золотые волнистые волосы, огромные синие глаза. Жаль, что парень этот, не стесняясь, тут же заявил: переспать он не против, но ни на что серьёзное, Иржинка, не рассчитывай. Как бы ты ни нравилась, связать свою жизнь с хаотиком дураков нет. Всем известно: если в нормальных семьях хаотики рождаются один на десять тысяч, то дети хаотиков практически всегда хаотики. А кому нужны ущербные дети? Моим родителям дочь с ограниченными способностями была не нужна. Они написали отказ ещё в роддоме, на шестой день, когда целители проверяют ауру новорождённых. Этот боевик, этот целитель, этот иллюзор, этот менталист, этот универсал… Ой! Какая неприятность, у вас хаотик. Прощай, девочка, так и быть, мы дадим тебе имя. Хотя я много раз слышала – и за спиной, и в лицо, – что моя фамилия вымышленная. Не существует в Ашиноре рода Шиано. Однако документы подлинные, отчего ещё гаже. Лучше б я была какой-нибудь Дишур, без аристократического «о» в конце.

Что делает нас сильными? Перенесённые испытания? Желание выжить и отомстить? Гордость? Упрямство на грани отчаяния? Рис Ленар не была сильной. Обыкновенная девочка, неглупая, но наивная и доверчивая. Когда и как в меня втёк расплавленный металл? И почему я так долго не замечала, насколько изменилась?

– Почему ты не женился? – спросила я. – Полгода назад я ответил на этот вопрос: «Потому что дурак». Сейчас я знаю правильный ответ: я ждал тебя. Берг называет это предопределённостью пути. Дороги, которые нам предназначены и с которых не свернуть, как ни старайся.

– Беда пожилых людей в том, Юли, что прожитые годы заставляют нас видеть не столько сами события, сколько их последствия. Увы, этот драгоценный дар предвидения появляется слишком поздно, когда совершённые в юности ошибки не исправишь. Умудрённые горьким опытом старики пытаются предостеречь молодых, дети смеются над их советами и очень скоро наступают на те же грабли. Они набивают собственные шишки, взрослеют и хотят уберечь уже своих детей, те отмахиваются, и так далее по кругу…

– Живой человек в состоянии вернуть свободу, мёртвый – нет. – Вы, несомненно, поступили бы умнее, – усмехнулся Шен. – Притворились бы покорной и сбежали в удобный момент. – Я не могу предугадать, как бы себя повела, – почему-то захотелось быть с ним откровенной. – Возможно, тоже перестала рассуждать здраво и с отчаяния грызла себя зубами. Это сейчас мне кажется, что я сумела бы всех обмануть, ослабить бдительность и улизнуть. Но знаете, Шен… Чтобы понять, что такое устрицы, надо попробовать устрицу. Всё остальное – сотрясение воздуха. Первый раз в ярко-голубых глазах появилось нечто человеческое. Не благодарность, но весьма близкое к ней чувство.

– Занятная у вас мораль. Вы знаете, что я попал в империю незаконно, и закрываете на это глаза. – Я купила вас легально. Остальное меня не интересует. – Даже то, что я подданный чужого государства? Ваш враг? – В настоящий момент вы – мой инго, Шен. Пожалуйста, ешьте, а то опять всё остынет.

натворил?! – Может, ещё на колени стать и голову пеплом посыпать? – Я хотела усмехнуться, но усталые мышцы не слушались, и вышла кривая гримаса. – Последнего вокруг в изобилии… Мы вместе сражались. Негар делился энергией так же, как рядовой маг из его отрядов.

В этом я была с ним солидарна.

И большое спасибо за этот день! Всё было чудесно! – Даже труп, – усмехается Эстан. – Нет, не так: особенно труп!