Шел урок письма. Хэтти что-то гнусаво напевала, медленно-медленно выводя буквы в прописи и высунув от усердия кончик языка. Стоял первый теплый весенний день. Вдруг огромная муха с синеватым брюшком, поблескивающим, будто кусочек стекла на солнце, упрямо забилась в окно. Ее громкое жужжание слилось с гудением Хэтти. Казалось, еще немного — и моя голова вот-вот лопнет от шума.