Переправа, которой нет

Вот мурашки по спине

Смертные крадутся

А всего делов-то мне

Было что — проснуться!

...Что, сказать, чего боюсь?

(А сновиденья — тянутся)...

Да того, что я проснусь —

А они останутся!..

В. В.

I

Катя впервые открыла сайт «Плакучей переправы» в июне 2024 года. Она тогда работала в небольшом волгоградском издательстве, поэтому по делу службы пришлось познакомиться с этой организацией, так её обозначим.

Волгоградская редакция находилась на улице Мира, в старом здании с высокими потолками, где пахло бумагой, кофе и безысходностью. Иногда доносились крики с первого этажа — там располагался довольно-таки известный бар. Хотя их всё равно нельзя было сравнить с криками главного редактора Олега Владимировича. В тот день он дал ей поручение — собрать и изучить информацию про «Плакучую переправу». Кажется, ему надо было принять решение, подписывать с ними договор или нет. Большего Катя всё равно от него бы не добилась, потому что и так знала, что будет, спроси она, — очередной крик «Не положено!»

Так Катя и выяснила, что «Плакучая переправа» — это известный в писательских кругах международный журнал, базирующийся в Германии, но публикующий все свои номера на русском языке. Впрочем, редакторы были тоже русскими, ещё из тех русских, кто в прошлом веке перебрался в Европу, утверждая, что их прабабка по сестринской линии чуть-чуть меньше, чем на полпроцента, немка. Однако всё это лирика. А главное то, что опубликоваться в «Плакучей переправе» хотел каждый уважающий себя писатель. Всё-таки международный… Европа… Это придавало изданию магический ореол: русские слова, но не в России, то есть… серьёзно. Европейский взгляд, западная эстетика, никакой «этой вашей бытовухи».

Катя открыла сайт. На белом фоне кружились чёрные буквы — название журнала. Красиво. Дорого. Что-то из античности или вообще из рая. Главред писал в колонке: «Мы ищем литературу, которая оставляет след не на бумаге, а в душе. Литературу, которая не боится тишины».

Она тогда прочитала несколько опубликованных рассказов и стихотворений. Все они были про одно: люди в больших городах чувствуют себя маленькими, а в маленьких городах — забытыми. Никаких примет в тексте, только «город», «дом», «комната».

Конец ознакомительного фрагмента.