Глава 1. Первый след

Ночью подготовительная комната казалась почти отрезанной от остального мира.

За матовым стеклом коридора горел дежурный свет. Вентиляция работала ровно, негромко, и лишь изредка где-то в глубине здания хлопала металлическая дверь.

Лада включила рабочую лампу.

Свет должен был быть достаточно ярким, чтобы она могла различать малейшие изменения оттенка кожи, но не настолько холодным, чтобы исказить цвет. Она никогда не доверяла одному источнику освещения: то, что при одном свете выглядело естественным, при другом могло уйти в серый или желтоватый оттенок.

Она отрегулировала лампу и внимательно осмотрела лицо мужчины.

Шестьдесят два года. Предприниматель. Семья заказала посмертную эстетическую реставрацию и отдельно попросила сделать всё возможное, чтобы он выглядел естественно.

Лада хорошо понимала такие просьбы.

Для близких прощание иногда становилось последним воспоминанием о человеке. И её задача заключалась не в том, чтобы сделать умершего моложе или красивее.

Она должна была вернуть ему узнаваемость.

Лада работала в тонких нитриловых перчатках. Сначала очистила кожу и оценила её состояние, затем перешла к цвету.

Она не любила плотные слои косметики. Они скрывали то, что следовало сохранить.

Профессиональные составы ложились тонко, почти незаметно. Лада наносила их небольшими участками, постепенно выравнивая оттенок. Где-то требовалась цветокоррекция, где-то всего несколько лёгких движений кистью.

Она никогда не торопилась.

В её работе слишком заметный результат означал, что работа сделана плохо.

Лицо не должно было становиться другим.

Человек должен был остаться собой.

Она немного изменила положение головы, проверила линию губ, затем мягко прошлась кистью по щекам.

Потом снова остановилась.

Возле правой брови проходила тонкая неровная линия.

Лада наклонилась ближе.

Старый шрам.

Не свежая травма. Не посмертное повреждение. Рубцовая ткань сформировалась давно.

Она взяла увеличительную лупу и внимательно проследила взглядом контур.

Положение, направление, характер рубца всё это она отмечала автоматически. За годы работы профессиональный взгляд становился почти рефлексом.

Лада отложила лупу.

Что-то в этом шраме казалось знакомым.

Она попыталась вспомнить, где могла его видеть, но память молчала.

— Странно…

Собственный голос прозвучал слишком громко.

Лада снова посмотрела на лицо и всё-таки продолжила работу.

Восстановление объёма тканей здесь не требовалось. Повреждения были минимальными, поэтому она ограничилась косметической коррекцией.

Последние движения кисти были почти незаметными.

Затем Лада выключила яркий рабочий свет и оставила мягкое освещение.

Теперь мужчина выглядел спокойно.

Просто так, как выглядел бы во сне.

Именно этого она и добивалась.

Она сняла перчатки и выбросила их в предназначенный для этого контейнер. Уже взявшись за ручку двери, остановилась.

Ещё раз посмотрела на шрам.

Странное чувство не отпускало.

Будто она уже встречалась с ним.

Но где?

Лада выключила свет.

Через два вечера она оказалась в совершенно другом мире.

Здесь не говорили о смерти.

И почти не говорили о деньгах.

В них просто не было необходимости.

Глава 2. Взгляд

Лада не любила закрытые мероприятия.

Не потому, что ей было неуютно среди обеспеченных людей. Скорее наоборот она слишком хорошо понимала, как устроен этот мир.

Здесь не спрашивали цену.

Если требовалось редкое вино, его находили. Когда нужен был отдельный зал, его освобождали. В случае, если человек хотел остаться незамеченным, персонал умел сделать так, чтобы его действительно никто не увидел.

Сегодняшний вечер проходил в старом особняке в центре города.

Снаружи здание почти не изменилось: тёмный камень, высокие окна, тяжёлая дверь без яркой вывески. Только человек, знавший адрес, мог догадаться, что за ней находился закрытый клуб.

Лада назвала имя у входа.

Охранник сверился со списком и бесшумно открыл дверь.

Закрытый зал частного клуба находился на верхнем этаже старого особняка, который после реконструкции превратился в один из самых дорогих адресов города.

Тёплый свет ложился на тёмное дерево. В высоких зеркалах дрожали отражения свечей. На столах стояли хрусталь и белые цветы.

От женщин пахло дорогими духами. От мужчин табаком, кожей и парфюмом, название которого Лада никогда не запоминала.

Внутри пахло воском, белыми цветами и дорогим табаком и парфюмом.

Музыка звучала почти неслышно не та, которую слушают, а та, которую замечают между разговорами.

Лада сняла пальто.

— Спасибо, Лада Сергеевна.

Сотрудник гардероба уже убирал его в шкаф.

Без номерка.

Здесь знали своих.

Лада поправила браслет и вошла в зал.

На женщинах были платья, которым не требовались логотипы. На мужчинах часы, стоимость которых никто не обсуждал вслух. За одним из столов говорили о перелёте так буднично, будто речь шла о поездке через город.

Она осторожно взяла бокал шампанского.

Поздороваться. Немного побыть и уйти.

Таков был план.

Пока она не увидела его.

Сначала не лицо.

Манеру держаться.

Мужчина стоял возле высокого окна и разговаривал с двумя гостями. Один что-то рассказывал, второй смеялся. Он почти не улыбался, не перебивал и слушал с таким вниманием, будто запоминал каждое слово.

Когда разговор закончился, мужчины разошлись.

Он остался один.

Только теперь Лада разглядела его лицо.

Высокий, подтянутый, тёмные волосы, спокойный взгляд. Тёмный костюм сидел безупречно.

Ничего показного.

Ему не требовалось привлекать внимание.

Он и так его получал.

В этот момент мужчина поднял глаза.

И увидел её.

Лада не отвела взгляд.

Он тоже.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Потом он едва заметно улыбнулся.

Через некоторое время подошёл.

— Мы раньше встречались?

— Не думаю.

— Странно.

— Почему?

— Вы смотрите на меня так, будто пытаетесь что-то вспомнить.

Лада слегка приподняла бровь.

— А вы подошли так уверенно, будто были уверены, что я вас жду.

— Не был уверен.

— Тогда смелый человек.

— Иногда.

Он взглянул на её бокал.

— Вам нравится?

— Что именно?

— Шампанское.

— Средне.

— А что вам нравится?

— Хороший вопрос для первого разговора.

— Поэтому и задал.

Лада улыбнулась.

— Тогда пока не отвечу.

— Договорились.

Мимо них прошёл официант. Он забрал почти полный бокал и через несколько секунд поставил перед ней новый.

Она едва успела это заметить.

— Здесь за всеми так следят? — спросила она.

— Здесь стараются замечать то, чего другие не замечают.

Лада перевела взгляд на него.

— Вы часто здесь бываете?

— Редко.

— И всегда разговариваете с незнакомыми женщинами?

— Только если они сами начинают на меня смотреть.

— Я могла просто задуматься.

— Конечно.

В его голосе не было ни капли насмешки.

Лада снова посмотрела на него.

И заметила шрам.

Он начинался чуть ниже линии волос и уходил к боковой поверхности шеи.

Тонкий, старый, почти незаметный.

Для большинства просто неровность кожи.

Для неё деталь, которую невозможно было не отметить.

Она задержала взгляд всего на мгновение.

Но мужчина заметил.

— Что?

— Ничего.

— Вы опять смотрите.

— Профессиональная привычка.

— Теперь мне особенно интересно, что это за профессия.

— Не самая подходящая тема для светского вечера.

— Почему?

— После неё люди обычно начинают задавать слишком много вопросов.

— А если я люблю вопросы?

Лада поставила бокал на стол.

— Тогда вам будет интересно со мной.

Он чуть улыбнулся.

— Уже интересно.

На несколько секунд они замолчали.

Лада снова взглянула на шрам.

И вдруг поймала себя на мысли, что ей хочется провести по нему пальцами.

Мысль была настолько неожиданной, что она тут же её отбросила.

— Вы всегда так внимательно рассматриваете людей? — спросил он.

— Только тех, кто мне интересен. Или, что-то интересное на них.

На этот раз он не улыбнулся.

Просто странно посмотрел на неё.

И между ними возникла тишина, в которой не требовалось ничего добавлять.

— Александр, — наконец представился он.

— Лада.

— Полностью?

— Пока достаточно Лады.

— Тогда будем считать, что это первое знакомство.

— А если я не хочу второго?

Он чуть склонил голову.

— Тогда мне придётся постараться.

Фраза прозвучала совершенно спокойно.

И именно поэтому Лада почувствовала её сильнее, чем если бы он сказал это с улыбкой.

К ним подошёл мужчина лет пятидесяти.

— Александр Николаевич, вас уже ищут.

Александр повернулся.

— Сейчас подойду.

Мужчина отошёл.

Лада запомнила отчество.

Александр снова посмотрел на неё.

— Мне нужно отойти.

— Я переживу.

— Не сомневаюсь.

Он сделал несколько шагов, но остановился.

— Лада.

Она повернулась.

— Да?

— Мы ещё увидимся.

Это прозвучало не как вопрос.

Он ушёл.

Лада осталась у окна.

За стеклом город отражался в чёрном ночном небе, а внутри зала продолжалась музыка, звенел хрусталь, кто-то тихо смеялся.

Она поймала своё отражение в стекле.

Ей не нравились мужчины, которые слишком быстро чувствовали себя уверенно рядом с ней.

А этот почему-то не раздражал.

Пока.

Позже, уже дома, Лада сняла серьги и положила их на туалетный столик.

В комнате было темно.

Она не спешила включать свет.

В памяти снова возник тот самый шрам.

Лада закрыла глаза.

На несколько секунд перед ней оказались два разных лица.

Одно неподвижное, холодное.

Другое живое, внимательное.

И одна деталь, которая почему-то оказалась общей.

Она открыла глаза.

— Совпадение, — тихо сказала Лада самой себе.

Слово прозвучало неубедительно.

Она выключила телефон и легла спать.

Но этой ночью сон так и не пришёл.