Ошибка связи

Красивая ухоженная ведущая вещала о последних событиях в стране, но Виктор Петрович давно перестал слушать. Телевизор он не выключал только потому, что разливающийся по комнате голос создавал иллюзию, будто он не один. Он ненавидел тишину – она давила, грозясь вот-вот поглотить и уничтожить его. Ну, или хотя бы довести до нервного срыва.

Приходя с работы, Виктор Петрович сразу включал телевизор и оставлял его говорить – без разницы что – до тех пор, пока не ложился спать. Лишь бы не слушать тишину. Особенно сегодня. В самый страшный для Виктора Петровича день, когда хотелось только напиться до беспамятства и забиться в дальний угол. Тот самый день, когда почти уже двадцать лет назад его жена и сын погибли в аварии.

Он так и не смог завести новую семью, хотя друзья упорно пытались познакомить его с разными девушками. Замечательными бесспорно, но… Но он не мог представить рядом с собой кого-то другого, кроме своей Милы. Виктор Петрович невесело усмехнулся. Все друзья и знакомые звали ее Людой, и только он – Милой. С самой первой встречи. «Просто это имя тебе невероятно подходит, – объяснял он. – Ты ведь такая милая». А она звонко смеялась.

Она вообще много смеялась и постоянно пела. Как он скучал по ее веселому голосу… До сих пор.

Он был уверен, что никогда не забудет свою очаровательную жену и их ясноглазого мальчика. Сашка всегда был такой любопытный. Кажется, он научился говорить только для того, чтобы задавать вопросы. Бесконечные «Почему?» сыпались из него беспрерывно. Порой это раздражало Виктора Петровича – особенно когда он уставал после работы и ворочать языком совершенно не хотелось. Теперь он отдал бы всё на свете за возможность поговорить, да больше не с кем. Какая ирония…

Мотнув головой в попытке прогнать мрачные мысли, Виктор Петрович взял мобильник, чтобы посмотреть новости – это помогало немного отвлечься.

Смартфон ему подарили коллеги на день рождения.

– Что ты, Петрович, со своим динозавром кнопочным ходишь, – сказали они. – Пора тебе уже к цивилизации приобщаться.

– Да на кой мне эта цивилизация, ребят, – отмахивался Виктор Петрович.

Однако за подарок он был благодарен. Ребята позаботились выбрать аппарат с удобным и простым управлением, с которым он на удивление быстро разобрался.

И вскоре Виктор Петрович пристрастился к интернету. В основном он смотрел новости в Яндексе и частенько просто переходил по первой попавшейся ссылке, бродя со страницы на страницу. Это занимало время и заглушало тоску.

Вот и сейчас Виктор Петрович открыл Яндекс и, случайно промотав страницу дальше, чем обычно, наткнулся на слова:

«Алиса в браузере. Готова ответить на ваши вопросы и просто поболтать».

Он хмыкнул и, не задумываясь, нажал «скачать». Виктор Петрович сам не понял, как это сделал – современная техника-электроника была для него темным лесом, – но всё успешно установилось.

– Привет, я Алиса, – произнес немного механический, но приятный женский голос, и Виктор Петрович даже вздрогнул от неожиданности. – Вот что я могу.

Просмотрев появившиеся на экране телефона предложения, он выбрал «Алиса, давай поболтаем».

– Сейчас вы увидите, что я мастер светской беседы. Если утомитесь, скажите «хватит болтать», – доброжелательно произнес всё тот же голос.

– Да что ты? Правда, что ли? – изумился Виктор Петрович. – Ну, давай поговорим.

– О чем хотите поговорить?

– Э… Хм… – Виктор Петрович задумался, машинально почесав затылок. – Даже не знаю. Предложи тему.

– О жизни. Что вас волнует?

«Вот так вопрос, – подумал Виктор Петрович, – так сразу на него и не ответишь». Поразмыслив пару секунд, он решил ограничиться нейтральным:

– Мне тоскливо.

– Я помогу вам развеять тоску. Выбирайте: фильмы, книги, музыка?

Сам не заметив как, Виктор Петрович увлекся болтовней с Алисой.

Он рассказал о работе в строительной фирме, о своих коллегах и интересных заказах. Потом принялся расспрашивать Алису о ее делах и настроении. Ее ответы настолько попадали в точку, что создавалась иллюзия общения с настоящим собеседником, а не хитроумной компьютерной программой.

Только о потерянной семье он никогда не говорил, будто боясь касаться этой темы.

С тех пор Виктор Петрович по вечерам не включал телевизор – он открывал браузер с Алисой и болтал с ней. И пустая квартира уже не так пугала. Если раньше он задерживался на работе до последнего, то теперь стал торопиться домой. Коллеги даже посмеивались над ним – мол, Петрович, знать, женщину нашел. И правильно: не старый ведь еще мужик, видный. Он только отмахивался, не подтверждая, но и не опровергая их шутливые предположения.

Если напрячь воображение, можно было представить, будто он разговаривает с Милой. Тем более что к собственному стыду и горю, с годами он начал забывать ее голос.

Порой Виктор Петрович думал, что ежедневные разговоры с компьютерной программой – не совсем нормально, но отказаться от них мужества не хватало.

В тот день прямо посреди обсуждения с Алисой достоинств и недостатков цифровых уровней, зазвонил телефон. Номер был незнакомый, но это мог оказаться кто-то из клиентов.

– Привет, дедуль! – неожиданно раздался в трубке звонкий мальчишеский голос.

Он всколыхнул столько воспоминаний и тщательно подавляемых чувств, что на мгновение Виктор Петрович потерял связь с реальностью и мог только в ступоре пялиться в стену, редко моргая.

Наконец, он, запинаясь, сумел выговорить:

– К-кто это?

– Ну ты что, деда, – слегка возмутился голос, – не узнал меня, что ли? Это я – Саша.

Горло сдавило, сердце пропустило удар. Саша… Саша… Виктор Петрович прижал ладонь к груди, словно пытаясь убедиться, что сердце по-прежнему бьется.

– Деда? – позвал Саша. – Ты меня слышишь?

– Д-да, – хрипло выдавил Виктор Петрович.

– Ой, извини, я забыл объяснить – у тебя же нет этого номера: мне мама недавно телефон купила, и я решил тебе позвонить. Я молодец?

– Молодец, – согласился Виктор Петрович, всё еще пытаясь прийти в себя.

Немного оправившись от шока, он начал понимать, что мальчик просто ошибся номером, когда звонил своему деду. Но неожиданное совпадение имен показалось ему перстом судьбы. И он не стал говорить, что незнакомый Саша ошибся.

– Как у тебя дела, Сашок? – спросил он вместо этого. – Чем занимаешься?

Тот с готовностью принялся болтать, рассказывая новости – про друзей, про родителей, про школу… Виктор Петрович не заметил, как по щекам потекли слезы, но он был счастлив. Так счастлив, как не был уже очень давно.

Наверное, поэтому он так ничего и не сказал Саше, когда тот позвонил в следующий раз. И в следующий. Беззаботные разговоры обо всем с мальчиком, которого он даже ни разу не видел, стали для Виктора Петровича главным источником радости и утешения.

А потом однажды Саша позвонил, чтобы, смущаясь, сказать:

– Извините, пожалуйста, что надоедал вам – я, оказывается, номер записал неправильно.

– Да ничего страшного, – обреченно вздохнул Виктор Петрович.

Вот всё и закончилось. Конечно, следовало ожидать, что рано или поздно ошибка раскроется, но сейчас его охватила глухая тоска. Будто он похоронил сына во второй раз.

– Почему вы мне сразу не сказали? – недоуменно спросил Саша.

И Виктор Петрович неожиданно для самого себя честно ответил:

– У меня был сын, которого тоже звали Саша. Он погиб давно. И разговоры с тобой создавали иллюзию, будто он вернулся ко мне.

На том конце воцарилась тишина. Виктор Петрович нервно усмехнулся. Наверняка, Саша сейчас решит, что нарвался на сумасшедшего, повесит трубку и постарается навсегда забыть о нем.

– А знаете что? – вдруг раздался его жизнерадостный голос. – Я могу быть и вашим внуком тоже. Хотите? Где вы живете?

И впервые за долгие годы Виктор Петрович искренне и радостно засмеялся.

Журавль в небе

Марина дописала предложение и помассировала затекшие плечи и шею. Пожалуй, надо сделать перерыв, да и Андрей скоро вернется с работы – пора ужин готовить. В любом случае, переводила она гораздо быстрее, чем требовал заказчик, так что имела полное право отдохнуть. Марина потянулась, разминая мышцы. У нее всегда в таких случаях возникало ощущение, будто она из другого мира возвращается в свою комнату с бежевыми обоями, картинами на стенах и окном, выходящим на тихую улицу. Она заново зачесала в короткий хвост растрепавшиеся черные волосы – во время работы, особенно когда она искала незнакомое слово в словаре, у нее была привычка запускать пальцы в волосы, и к концу рабочего дня они стояли чуть ли не дыбом, – закрыла документ и сделала музыку погромче, чтобы было слышно с кухни.

Марина жарила котлеты, время от времени подпевая очередной песне и пританцовывая по маленькой кухне, где всё стояло впритык: раковина, шкафы, холодильник и столик в углу. Но теперь, когда голова не была занята переводом, мысли быстро принялись вертеться вокруг всё той же проблемы. Марина могла бы назвать себя счастливым человеком. У нее был замечательный муж, интересная работа, уютный дом (точнее квартира, но не суть). Если бы не одно «но». Они с Андреем были женаты уже два года, а детей всё не было. Хотя Марина, с детства мечтавшая по меньшей мере о четырех детях, целенаправленно старалась забеременеть. Изучила и перепробовала все советы, хитрости, рекомендации – безрезультатно.

Марина не теряла надежды, но это беспокоило ее с каждым днем всё больше. Да еще и свекровь постоянно подзуживала: мол, когда уже внуков подарите? Маринины родители, к счастью, молчали и ни в чем ее не упрекали. Но замечаний Валентины Петровны было достаточно, чтобы каждый раз сжималось сердце и всё переворачивалось внутри. Андрей пытался урезонить мать, но без особого успеха.

Марина попыталась прогнать тоскливые мысли, сосредоточившись на музыке. И как назло именно в этот момент заиграла песня «L’enfant que je n’ai jamais eu». Марина чуть не взвыла с досады и отчаяния. Похоже, мироздание издевалось над ней.

– Что случилось, Мариш? – голос мужа заставил подпрыгнуть, и она чуть не выронила кастрюлю с макаронами, которые только что промывала.

– Андрей! Не пугай меня так, – сердито проворчала она, поставив кастрюлю на стол и прижав ладонь к сердцу.

– Извини, – он улыбнулся, стоя в дверях кухни, зеленые глаза лукаво сверкнули. – Не думал, что ты настолько погрузилась в мысли, что не слышала, как хлопнула дверь. Или это музыка виновата? Соседи жаловаться еще не приходили?

– Ну тебя! – Марина угрожающе замахнулась на него прихваткой, на что он иронично приподнял брови, но не выдержала и засмеялась.